Чтение онлайн

Погрузившись с головой в заботы, не заметила, как прошло практически пол дня и только когда настало время обеда, в голове всплыли вчерашние воспоминания и намерения относительно одного из приёмышей. Так что стоя на кухне, перед плитой, я старалась сосредоточиться на том, что делала сейчас, одновременно ведя неспешную беседу с провинившимся мальчишкой.

– Азар, мне не нравится, что ты снова взялся за воровство. Это, во-первых. А во-вторых, мне не нравится, что ты продаёшь мои изделия, а деньги тратишь на всякую ерунду, - мой голос звучал совершенно спокойно, даже слегка деланно, словно разговор шёл на совершенно постороннюю тему и не касался чего-то серьёзного.

С детьми, особенно с теми, кто вкусил прелести уличной жизни и скитания по миру, бессмысленно ругаться. Кричать - тем более. Доказывать свою правоту и настаивать на том, что он снова нарушил нормы морали и читать нравоучения?

Фыркнула про себя. Это даже не смешно. Его не пронять, он не услышит ничего, если начнёшь пытаться доказать ему хоть что-то. Единственный способ донести до него свои мысли... Просто поговорить.

Чем я и пытаюсь заняться, попутно помешивая картошку с мясом в чугунной кастрюле, стоящей на плите. Магический огонь, поддерживаемый парочкой саламандр, греющих бока на качественных поленьях и крупных угольках, сохранял необходимую температуру, поэтому беспокоиться о том, что обед подгорит, смысла не было. Мешаю, скорее что бы себя в руках держать. Азар четвёртый приёмный ребёнок у меня, и самый, пожалуй, трудный.

Впрочем, стоит признать, что никто силком этих детишек не впихивал в мой дом. Так что и винить-то особо некого.

Искоса посмотрела на приёмыша. Худой как тростинка, нескладный, с милой подростковой угловатостью. Взъерошенные жёсткие чёрные волосы, уже изрядно отросшие. Острый подбородок, упрямо сжатые губы, вздёрнутый нос и холодные серые глаза. Руки спрятаны в карманах штанов. На коленке дырка, рубашку успел где-то порвать. Общий диагноз - ходячая неприятность. И ведь чувствует себя виноватым, губы нет-нет, но начинают подрагивать от сдерживаемых слёз.

А признаваться не станет, характер не тот. Полукровки вообще на редкость упрямы. Вдвойне, если от них отказались родители и оставили на улице умирать.

Вздохнув, вытерла руки о фартук, шикнула на высунувшую мордочку саламандру и повернулась к сыну, скрестив руки на груди:

– Азар, я не собираюсь тебя отчитывать и тем более требовать вернуть кинжал. И не буду ругаться, потому что это мы уже тоже проходили. Помниться, потом пришлось вылавливать тебя из пруда и выковыривать пиявок из твоих штанов.

Уши мальчишки явственно покраснели. Он опустил голову, пряча взгляд. Это хороший признак, значит, я для него не пустой звук и смогу всё-таки достучаться. Был бы тут Шенти, старший из приёмных детей, его бы Азар без каких-либо возражений выслушал.

Сжала пальцы так, что побелели костяшки. Шенти настоял на том, что должен решить свои проблемы самостоятельно. Пришлось отпустить, не смотря на собственное нежелание и предчувствие беды. Что бы хоть как-то меня успокоить, он обещал всегда поддерживать связь и, пока что, не нарушал своего слова.

Правда, волноваться за него меньше никто не стал. Мне было бы гораздо спокойнее, если бы дракончик мой не влезал ни в какие игры. Особенно с Гильдией Игроков.

Запрятав свои опасения и страхи как можно глубже, вернулась мыслями к насущным проблемам.

– Хорошо. Тебе стыдно, я это вижу и это значительный прогресс. Но ты можешь мне сказать, зачем украл клинок, вместо того, что бы просто попросить то, что тебе нужно?
– чуть повысила голос, вынуждая ребёнка сконцентрировать своё внимание только на мне. Только пришлось точно контролировать дозировку строгости и нежности в голосе. Не нужно заставлять его нервничать ещё сильнее, Азар и так кусал нижнюю губу. Ещё немного и окончательно прокусит.

Подошла к буфету и открыла дверцу, задумчивая почёсывая нос. Сегодня этот орган чесался просто невыносимо, вызывая опасения, что его обладательница где-то умудрилась простыть.

Встала на носочки и дотянулась до небольшого глиняного горшочка. Там я прятала сладости от мелкоты. Без стула добраться до них не получится. А взять нужный можно только у меня в кабинете. Вытащив несколько леденцов, снова повернулась к Азару, в очередной раз поведя носом. Чувствую, что в этот раз возможна интерпретация, любимая Хаосом. Кажется, она звучит следующим образом: "Хороший нос за неделю кулак чует". Не знаю, насколько верно данное замечание и проверять, в общем-то, не сильно тянет.

– Азар, я жду ответ, - бросила ему леденцы, отметив, с какой лёгкостью и ловкостью сын поймал угощение. И улыбнулся, нервно и робко. Словно пока ещё не разобрался, как именно стоит реагировать.
– Почему ты не попросил этот ремень у меня?

– Ты бы не дала, - наконец выдавил из себя сын, опустив голову и с преувеличенным интересом рассматривая свои кожаные ботинки.

Тяжело вздохнула. Что-то в этом роде я и ожидала услышать. Сколько раз такое бывало? Сколько раз я доказывала приёмышам, что не собираюсь ни в чём их ограничивать? Бесполезно. Они как дикие зверьки, попавшие в руки жестокого человека: каждый раз ждут удара, даже по самому ничтожному поводу.

И изменить такое отношение если и получится, то далеко не сразу. Если вообще получится привить понимание, что мне можно и нужно доверять. И я никогда не ударю и не унижу их. Хочется верить, что у меня получится.

Не смотря на все попытки сдержаться, всё равно почувствовала горькую обиду, шевельнувшуюся в душе. Знаю, что глупо, только поделать ничего не могу. Разве что не усугублять своё положение и продолжать воспитательный разговор.

– Азар, а ты меня спрашивал?
– тихо поинтересовалась, бегло проводя взглядом ревизию его одежды и обуви.

Потрёпанная обутка выглядела не лучшим образом. Даже не скажешь, что купили всего неделю назад. К сожалению, телячья кожа, даже самой лучшей выделки, не рассчитана на частое магическое воздействие. Азар обожал прыгать по городам при помощи благополучно украденного у моего любимого папочки артефакта, позволяющего легко прыгать из одной точки мира в другую. Я даже не представляю, что будет, когда сына научится пользоваться собственной магией.

Чёрные штаны, уже успевшие обзавестись дырами на коленях, серая рубашка из хлопка, с определённым количеством пятен по всей поверхности. Повела носом. Так и есть, он ещё и подраться где-то успел, правда, внешне никаких повреждений. Что ж, хоть чему-то полезному он научился за время, проведённое на улицах и в драках, уличную шпану обставит довольно легко. Во всяком случае, навыков для того, что бы озадачить противника и успеть слинять у него хватает.

– Сын, я понимаю, что ты мне не доверяешь. Более того, я принимаю это и считаю, что у тебя есть право на такое поведение. Но вот что мне никак не удаётся осмыслить, так это почему, даже спустя два года, ты не можешь просто подойти ко мне и попросить приобрести понравившуюся вещь, - попавшая в руки деревянная ложка хрустнула, разломившись на маленькие кусочки. Втянув воздух сквозь сжатые зубы, медленно сосчитала до десяти и обратно, беря себя в руки и старательно успокаивая бушующее в душе возмущение и боль.