Мантикора и Дракон (СИ)
Шрифт:
Шайтанар сейт Хаэл, собственной персоной. Рука вжимает меня за здоровое плечо в стену, склонившись к лицу, а вторая рука проворачивает его оружие, так некстати застрявшее в моём многострадальном теле.
– Кхе...
– сплюнула кровь на его одежду. Удар об стену был не слабый, видимо ребро треснуло, хорошо, если не проткнуло лёгкое.
– Зато тварь выполнившая свою миссию. Попрощайтесь с младшим принцем, Повелитель... Он, кажется, сдох!
Хищный блеск и алый цвет радужки. Эрхан определённо в состоянии неконтролируемой ярости и сейчас меня будут убивать. Медленно и со вкусом, что не говори.
– Ты умрёшь, - тихо, спокойно и даже как-то отстранённо выдал Шайтанар, впившись пальцами в моё горло и поднимая над полом. От боли в плече сопротивляться не было никаких сил. Всё, что удалось, только ухватить пальцами за его запястье.
– Ты заплатишь за каждую каплю крови... И за слёзы на её лице.
– Даже так?
– хрипло рассмеялась, чувствуя металлический привкус.
Кровь. Снова. Забавно, пусть и опасно для моей жизни. А появляться настоящему и живому Танориону сейчас нельзя.
– Это было твоё последнее дело, Мантикора....
Меня снова приложили спиной об стену, в глазах потемнело от боли в новой рубленой ране, нанесённой Шайтанаром и глубоких царапинах, оставленных когтями на шее.
***
Ощущение беды повисло в воздухе невысказанными подозрениями. Они спешили в замок, на этот злосчастный приём, оставив Таша разбираться с Сэмирой в одиночку. Селениэль старалась не показывать, но он прекрасно видел, как она встревожена. Так же Шайтанар осознавал, что для неё значит Ри, да и сам привязался к нахальному полукровке ничуть не меньше собственной супруге. Поэтому они спешили вернуться в Сайтаншесс до того, как будет слишком поздно.
Только кто-то - Хранители, Тьма или Хаос, не важно кто - распорядились по своему и в зал, где проводился приём, Шайтанар и Эль попали в самый последний момент, когда достаточно высокая женщина, с тёмными волосами и с белой маской полукровки на лице, вонзила лезвия кинжалов в горло и грудь Танориона.
Узнать её не составило труда. Мантикора. Одна из лучших наёмных убийц, обладающая мало кому известной магией. Которая вряд ли поможет в данном случае, потому что Шайтанар намеревался попробовать её кровь на вкус и посмотреть, сколько она протянет со вспоротым животом.
Крик его демонёнка ударил по нервам. Посмотрев на замершую на пороге Эль, он увидел как рядом с уже имеющейся седой прядью волос появилась ещё одна. Цвет менялся так стремительно, словно малышка за несколько секунд потеряла несколько лет своей жизни. Впрочем, если опустить все сантименты, примерно так всё и было, ведь Ри был частью прошлого и настоящего их семьи. Был частью них самих.
Холодная ярость захлестнула эрхана. С тихим рычанием он за долю секунды оказался рядом со стоящей Мантикорой и отбросил её к стене, даже не пытаясь сдержать собственную силу. Меч плавно и мягко вошёл в плечо, уже покрытое свежими ранами и имевшее нездоровый синеватый оттенок кожи.
– Тварь, - тихо рыкнул, пытаясь понять, как она посмела покуситься на его семью. И едва удерживая себя от желания убить её здесь и сейчас. Конечно, лучше всего было бы помучить её немного, за новую седую прядку на голове его Демонёнка...
Но Эль нуждается в его поддержке, так что тратить время на постепенное уничтожение Мантикоры у Шайтанара не было никакого желания. Выбирая между игрой с жертвой и собственной Равной, Повелитель эрханов даже не станет раздумывать. Своё решение он принял давно, гораздо раньше, чем сам понял это.
– Кхе, - хриплый кашель вернул внимание Шайтанара к его жертве. Криво улыбаясь, что смотрелось действительно жутко на фоне алебастрово-белой маски с чёрными провалами глазниц, Мантикора сплюнула на его одежду сгусток крови и издевательски протянула, хриплым, похожим на карканье ворона, голосом.
– Зато тварь выполнившая свою миссию. Попрощайтесь с младшим принцем, Повелитель... Он, кажется, сдох!
Рука сама повернула меч в ране. Пальцы впились в её горло, поднимая над полом. Она отчаянно цеплялась пальцами за его запястье, тем не менее смотря с лёгкой насмешкой.
– Ты умрёшь... Ты заплатишь за каждую каплю крови... И за слёзы на её лице.
– Даже так?
– её смех неприятно резанул слух.
Склонившись к её уху, усилил нажим на шею и тихо, практически нежно прошептал:
– Это было твоё последнее дело, Мантикора...
Время как будто замедлило совой бег. Он знал, что на ней маска и не мог видеть в чёрных провалах глаза, но почему-то эрхан чувствовал, что где-то там теплится...
Нет, не страх. Страха там точно не было. Мантикора испытывала что угодно, но только не страх, бояться его она даже не думала, как и смерти. От неё пахла... Сожалением? Сочувствием?
Определить никак не получалось.
Усмехнувшись, Шайтанар решил уже покончить с этим затянувшимся делом и свернуть тонкую шейку женщины как бедному, несчастному курёнку. Осталось совсем чуть-чуть. Сжать сильнее и сделать одно движение. Эрхан с каким-то мрачным удовольствием наблюдал, как Мантикора начинает задыхаться в его хватке, истекая кровью, когда наступившую в зале тишину прорезал тихий, едва слышный шёпот, ножом ударивший по нервам:
– Шай...
Медленно повернув голову на звук, Шайтанар встретился взглядом с полными слёз и боли глазами своего маленького демонёнка, прижимавшего окровавленные руки к опавшей груди Танориона. Эль пыталась остановить кровотечение, сделать хоть что-то, что бы спасти аронта. Он заметил остатки целительских заклинаний, самых мощных, всех, что так или иначе были известны Эль. Она до последнего пыталась вытянуть Ри из лап Гекаты, но встретить с ней дважды и остаться в живых...
В этот раз удача отвернулся от Танориона.
Медленно разжав пальцы, Шайтанар рванул меч вверх, практически отделив плечевой сустав Мантикоры и бросил тело в сторону, презрительно вытерев руку о её некогда красивое платье, сейчас залитое кровью. Женщина слабо шевельнулась, перевернувшись на спину и попыталась зажать рану, при этом пытаясь что-то сделать пальцами повреждённой руки, но его в данный момент мало интересовало, что она делает. Уйти отсюда у неё не получится.