Чтение онлайн

– Чёрт, зачем она заявилась сюда?

Тем временем к нам приближается Азу и успокаивающе говорит мне:

– Не переживай, Ракель. Сейчас я попрошу её уйти.

Но спокойствие - это сейчас не про меня. Я вся на взводе.

– Нет, - говорит внезапно Ману.
– Лучше уйду я.

– Мы уедем оба, - уточняю я, оглядываясь в поисках Агуса, чтобы попрощаться.

Однако, Лола уже целенаправленно идёт к нам. Приблизившись, она смачно расцеловывает Ману в обе щеки, после чего лишь слегка скользит по мне взглядом, вроде меня и нет вовсе.

– Привет, сладкий!

– Привет, Лола.

«О, силы небесные, пошлите мне силы пережить этот кошмар и не заехать ей по лицу»

Мне абсолютно не нравится этот сладковато-приторный стиль общения Лолы с моим мужчиной.

И ещё мне не нравится, как она строит Ману глазки. И то, как он ей улыбается.

Внезапно эта расфуфыренная чикса, если не сказать распутная шалава, говорит, слегка повернув голову в мою сторону:

– Дорогуша, принеси мне джин с тоником, если тебе не трудно.

Услышав это, я собираюсь продемонстрировать Лоле один из коронных приёмов Лары Крофт, прыгнув ей на голову. Однако Ману шёпотом просит меня быть спокойной. Подозвав официанта, он заказывает джин с тоником, а когда его приносят, лично передаёт бокал длинноволосой распутной шалаве.

– А теперь держись от меня подальше. Я не шучу. Меня мутит в твоём присутствии.

Мне нравятся его слова. Даже очень. Я чувствую, как хорошее настроение возвращается ко мне. Однако кое-кто совсем не в восторге от слов Ману. Губы Лолы кривятся в злобой ухмылке. В следующее мгновение эта сучка выплескивает свой джин с тоником прямо в лицо Мануэлю.

Мои инстинкты срабатывают моментально. Размахнувшись, я собираюсь отвесить Лоле хорошую оплеуху, но Ману перехватывает мою руку.

Несколько секунд в баре стоит гробовая тишина. Я смотрю на Мауэля и вижу, как с его лица капают остатки выплеснутого напитка. Последующие события представляются мне последовательностью отдельных картинок.

Взгляды всех присутствующих упираются в нашу троицу.

Лола начинает истошно визжать и выкрикивать ругательства.

Азу и Томас пытаются навести порядок в этом бардаке, но у них мало что получается.

Практически все, кто находится в зале, достают свои чёртовы мобильники и снимают происходящее.

Вскоре к ним присоединяется тяжёлая артиллерия - несколько фотографов с фотоаппаратами наперевес вбегают в дверь, и вскоре зал озаряется яркими вспышками.

Схватив за руку, Ману тащит меня прочь из бара. Как только мы оказываемся в другой комнате, он раздражённо шипит:

– Теперь ты счастлива?!

Я открываю рот, чтобы ответить, но, похоже, мой ответ Ману совсем не интересует.

– Я же говорил тебе, что это не очень хорошая идея - совместный поход на эту вечеринку. Но ты уверяла меня в обратном, и я, как дурак, поверил, что твои друзья могут забыть о своей профессии хотя бы на один вечер. Я доверился тебе. И что в итоге получилось?!

– Ману, они все обещали мне, что ...

– Они тебе обещали?
– голос Ману срывается на крик.
– Чёрт возьми, Ракель, в каких облаках ты летаешь?

И хотя я осознаю, что он в чём-то прав, но одновременно с этим многие его обвинения беспочвенны.

Во время празднества никто из моих друзей не приставал к Ману. Напротив, все они с пониманием отнеслись к моей просьбе забыть о журналистике в присутствии Мануэля.

Проблемы начались после того, как мы переместились в бар. И возникли они исключительно с новоприбывшими гостями, в особенности с Лолой.

Выговорившись, Ману тащит меня к выходу. За дверью нас ожидает новое испытание - орава папарацци. Сотни вспышек ослепляют нас. Кажется, что все журналисты города здесь. Но откуда они прознали, что знаменитый актёр Мануэль Бельтран находится именно в этом ресторане? Я чувствую себя ужасно.

Ману со злостью захлопывает дверь. Подоспевшие Азу, Томас и Агус наперебой извиняются за то, что произошло. Они так же, как и я, в шоке от произошедшего. Ману молча кивает и отходит от нас в сторону в то время, как я обсуждаю с друзьями пути побега из ресторана, в обход карауливших на улице репортёров.

Краем уха я слышу, что Ману разговаривает с кем-то по телефону. Прислушавшись, я улавливаю последнюю фразу.

– Да, Кончита. Я надеюсь на вас.

Закончив разговор, Ману поворачивается и смотрит прямо на меня. Боже, какой у него ледяной взгляд! Такое чувство, будто исходящий от него странный холод сковывает моё тело.

Через десять минут, с помощью нескольких друзей журналистов, нам удаётся пробиться сквозь лавины фотографов к нашему автомобилю.

Когда мы уже сидим внутри машины, Ману говорит, и его слова звучат, как приговор.

– Так не может больше продолжаться.

– О чём ты?
– я еле шепчу, догадываясь, о чём он говорит.

Ману берёт мои руки в свои, и, заглядывая в глаза, поясняет:

– Ракель, мне очень нравится быть с тобой, но я не могу больше выносить это безумие, которое постоянно вокруг нас творится! Поэтому, я думаю, что будет лучше всего...

О Боже ... я уже точно знаю, что именно он собирается сказать! И прежде, чем Ману говорит это, я опережаю его.

– Ты прав. Так не может больше продолжаться.

Всю дорогу к моему дому мы едем молча.

– Может, поговорим?
– спрашивает Ману, когда машина останавливается у подъезда.

Я смотрю на него и отрицательно качаю головой. Затем открываю дверь и, прежде чем выйти, улыбаюсь Ману фальшивой улыбкой.

– Мы уж обо всё поговорили. Прощай, Ману!

К двери подъезда я иду не оборачиваясь, с достоинством, а когда берусь за ручку, за спиной раздаётся шум отъезжающей машины.

Остатков моей силы воли хватает только на то, чтобы подняться на свой этаж и зайти в квартиру. Но как только я закрываю за собой дверь, и Флэш подбегает ко мне, встречая, я сдаюсь - обнимаю своего верного пса, и, сев на пол прямо в коридоре, плачу навзрыд. Теперь-то я уже могу себе это позволить.

Глава 29.

Проходит пять дней с момента самого больного разочарования в моей жизни. Все вокруг: и журналисты, и простые обыватели в курсе того, что мы с Ману разошлись. Первой об этом раструбила, конечно же, Кончита, и я уверена, когда она рассказывала о нашем разрыве, ехидная улыбка не сходила с её лица. Чёрт бы её побрал!