Чтение онлайн

– Вы в курсе, что Дороти устроила вечеринку?

– Ага, – кривится Эмми. – Из-за этой козы к нам девчонки не пришли, пришлось вдвоём развлекаться.

Мама Эмми начинает громко хохотать.

– Вы не представляете, как я рада. Кто-то вызвал полицию, и это огромный скандал и большие проблемы. Были несовершеннолетние и был алкоголь. Такой разнос!

– Класс, – смеётся Эмми.

– А ты что, радуешься? Собирайся домой.

– А мы ничего не делали.

– Не делали, но собирались. И я очень рада, что проблемы вас не коснутся. Давай, давай, собирайся.

– Ну, мам...

– Всё, хватит проблем на сегодня. Одевайся, – тётя Грейс достаёт телефон, набирает номер, продолжая смотреть на меня. – Виктория, доброй ночи.

Тётя Грейс включает телефон на громкую связь.

– Что там? – спрашивает моя мама с волнением.

– У девочек всё хорошо. Они были дома.

– Точно? Грейс, проверь холодильник. Софи точно не готовилась к гостям?

– Я всё посмотрела, всё в порядке. Не волнуйся. Две тарелки с канапешками – ну, максимум тут ещё на двух девочек еды, – врет моей маме тётя Грейс, а сама смеётся, смотря на кухонный стол, заставленный закусками и напитками.

– Как хорошо. Эмми такая молодец у тебя. Так рада, что они дружат. Уверена, что твоя девочка предложила остаться дома. Такая замечательная.

Лицо тёти Грейс вытянулось. Она прекрасно знает свою дочку. Я же скривилась. Ну чего, мама, меня топит.

– Мамуль, спасибо за доверие, – громко говорю я.

– Так, всё, Софи. У меня дела, тут другой часовой пояс. Мне надо работать. Королеве нужна моя помощь.

Я закатываю глаза. Очень рада общению с мамой. Ей очень сильно плевать.

– Дочка, ты как так тётю Викторию заверила в своей правильности?

Эмми смеётся, собирает свои вещи.

– Ну не зря же я на актёрские курсы два месяца ходила, – смеётся Эмми.

– Уверена, что вечеринка тут должна была быть грандиозная, и это именно твоя идея.

– Нет, тётя Грейс, наша общая, – говорю я. С мамой Эмми очень легко общаться, она простая и заботливая. Разговаривает с Эмми по-дружески и с пониманием. – Я на маму обиделась, хотела что-то назло ей сделать.

Я говорю тёте Грейс правду, и, знаете, она не ругает меня. Не говорит, что нам с Эмми нельзя общаться. Она подошла и обняла меня.

– Может, к нам?

– Не-е, не хочу.

Провожаю Эмми и тётю Грейс. Всё пошло сегодня кувырком. Закрываю дверь – в квартире тишина. Убираю всю еду в холодильник. Зато готовить не надо дня три.

Если честно, ночевать одной страшновато. Всё никак не могу забыть прошлую ночь. Лежу в кровати, пялюсь в потолок, а сон всё не идёт. Мысли хороводом. Всё прислушиваюсь к каждому шороху. Понимаю, что уже безумно устала. Снимаю очки, ложусь под одеяло с головой, но телефон держу в руке на всякий случай.

Потихоньку я начинаю проваливаться в сон, но слишком чутко сплю. Словно я и во сне и нет. Слышу шорох в квартире, медленно разворачиваюсь в сторону источника шума. Поворачиваю голову - силуэт у открытого окна, свет фонаря очерчивает его, запах табака окончательно вышибает остатки сна. Хватаю телефон, включаю камеру и делаю фотографию. А потом начинаю громко кричать.

Если честно, ночевать одной страшновато. Всё никак не могу забыть прошлую ночь. Лежу в кровати, пялюсь в потолок, а сон всё не идёт. Мысли хороводом. Всё прислушиваюсь к каждому шороху. Понимаю, что уже безумно устала. Снимаю очки, ложусь под одеяло с головой, но телефон держу в руке на всякий случай.

Потихоньку я начинаю проваливаться в сон, но слишком чутко сплю. Словно я и во сне, и нет. Слышу шорох в квартире, медленно разворачиваюсь в сторону источника шума. Поворачиваю голову — силуэт у открытого окна, свет фонаря очерчивает его, запах табака окончательно вышибает остатки сна. Хватаю телефон, включаю камеру и делаю фотографию. А потом начинаю громко кричать.

Силуэт метнулся в мою сторону, а я — слепой котёнок, хватаю очки с тумбочки, продолжая громко кричать. Не успеваю надеть очки, как меня хватают жёсткие руки, прижимают к себе. Стараюсь отбиться, толкаюсь, только сил не хватает. На рот ложится крепкая рука, заглушающая мои крики.

— Соня, тише. Соня, успокойся, это я, — шепчет знакомый голос, но я не останавливаюсь, продолжаю бороться с ним. — Соня, девочка моя, я тебя не трону. Успокойся. Всё нормально.

Не могу сказать, как долго до меня доходило, но я потихоньку успокаиваюсь. Меня держит Тео. Это его запах. Это его стиль. Я успокаиваюсь, страх отходит, отступает, его вытесняет другое чувство — злости. Подонок, как он смеет проникать в моё жильё и курить тут? Совсем обалдел — курит в моей квартире!

Хлопаю пальцами Тео по плечу, показывая, что я уже успокоилась и он может меня отпустить. Тео убирает руку с моего рта.

— Ты конченный ублюдок, — рычу я на племянника королевы, возомнившего себя чёрт знает кем. — Самый ублюдочный ублюдок с ублюдским характером!

Тео совсем не обращает внимание на мои злые слова, я слышу его смех, который меня всё больше выводит из себя.

— Пришла в себя?

— Ты знаешь, что ты самый отбитый, извращенец, маньячелла, придурок? Каким надо быть идиотом, чтобы совершить такой ублюдский поступок и проникнуть в квартиру? Тео, ты повернутый, отбитый на всю башку маньяк!

Тео молча слушал, спокойно надел на меня очки. Я злюсь всё сильнее. Почему-то я уверена, что он ничего плохого мне не сделает, и от этого злюсь на него ещё больше. Он никогда мне ничего не делал, наоборот, с какой-то заботой относится ко мне. Но его поступок — за гранью реальности.

— Я вызову сейчас полицию и покажу фото. И отправлю их в прессу. Чтобы все знали, какой принц Тео конченный извращенец!

Тео хватает меня за шею, не успеваю даже дёрнуться, как он накрывает мои губы своими, прижимает меня к своей груди. Я настолько опешила, что даже не сопротивляюсь. Смотрю в его глаза. С телом происходит чёрт знает что. Вся горю, живот сводит. Понимаю, что это из-за моего испуга, а после злости — выброс адреналина, и вот на меня накатывает возбуждение. Сердце колотится, слышу даже в ушах этот бой. По телу прокатывается дрожь, соски моментально затвердели. И чёрт возьми, он почувствовал это. Тео проводит языком по моим губам, медленно, растягивая удовольствие. Тело требует большего, грудь начинает ныть, хочу, чтобы он коснулся её, сдавил. Самой становится страшно от таких мыслей, но тело хочет этих прикосновений. Головой понимаю, что это неправильная реакция.

Яркая вспышка ослепляет. Тео отпускает меня, я часто моргаю, не сразу понимаю, что произошло. Но когда до меня доходит, что он сделал фото, я готова его убить.

— Тео, я тебя убью! — рычу я, тяжело дыша.

Меня бесит его довольный вид, он откровенно смотрит на мою майку. В комнате не слишком темно, моя белая тонкая майка не скрывает моё возбуждение, да и прижал он меня к своей груди так сильно, что всё понял. Чувствую, как щёки начинают заливаться краской.

— Довольно, Соня, — властно говорит Тео, привык раздавать команды, но со мной такое не прокатит. — Если ты позвонишь в полицию, они мне ничего не сделают.