Чтение онлайн

Елизавета даже не смотрит на предложенный товар, а ведь я могла уступить ей волшебную палочку со скидкой.

Всем своим высокомерным, напудренным и наманикюренным видом моя незваная гостья выражает презрение ко мне и моим маленьким радостям. Указывает на ощутимую разницу между интеллектуалами из высшего общества, коими считает саму себя и Алексея, и продавщицей сладостей.

Что ж... она сама напросилась.

— Уп! — Нажимаю на кнопку, и из маленького динамика на волшебной палочке доносится угрожающая музыка и хриплый голос: «Ах ты гадкая жаба».

Дело сделано.

Внешне Елизавета не изменилась, но это только потому, что она и есть гадкая жаба. Гадкая, высокомерная и скучная.

— Зря я рассчитывала на вашу порядочность, у вас её попросту нет. — Елизавета говорит зло, презрительно, однако с лёгкой дрожью в голосе, как будто она на грани слёз. — Ваши плебейский развлечения заинтриговали Алексея, но не смогут удержать его внимание, вот увидите! Ему нравятся женщины, у которых имеются приличные манеры, образование, ум и.. хотя бы намёк на стиль — С пренебрежением оглядывает меня с головы до ног.

Что её не устраивает в моём внешнем виде?! Осматриваю себя... На мне белая футболка, джинсы и вязаный жакет Мне не надо быть отполированной до неестественного блеска, как зубы Елизаветы, чтобы чувствовать уверенность в себе.

Пожимаю плечами в ответ, и это бесит её ещё сильнее.

Она подаётся ближе ко мне и шипит:

— Скоро Алексей очнётся и поступит с вами так, как поступил со мной, и тогда вы останетесь у разбитого корыта!

Оценивающе смотрю на Елизавету. В одном из моих каталогов можно купить на заказ разбитое корыто. Могу предложить ей по сходной цене, хотя тогда она уж точно расплачется. Да и не похожа она на серьёзно настроенного покупателя.

Резко развернувшись, Елизавета направляется к выходу. Гордо задирает подбородок, но при этом сутулится, как будто частично признаёт поражение.

А я и не воевала с ней, честно говоря, а просто оставалась самой собой.

Думаю, сейчас не время просить о скидке в её стоматологической клинике. А жаль, мне как раз нужна пломба. Придётся идти в другую клинику и платить полную цену.

Получится дороже, зато они хотя бы не сунут в пломбу динамит.

Как только за Елизаветой закрывается дверь, я с шумом выдыхаю.

Так-так, Робот Альбертович, за что же вы меня так нехило подставили? Расстроили вашу даму сердца своими пристрастиями к плебейским играм, разбили её корыто, да ещё и каким-то образом выставили меня виноватой... Ладно бы Елизавета хоть что-нибудь купила, тогда я бы ей многое простила. Так нет же, она ушла с пустыми руками. А на мой профессиональный взгляд она нуждается в маленьких радостях как никто другой.

Вот доберусь до разбивателя корыт, отчитаю по полной программе. Нечего натравливать на меня обиженных стоматологов.

Как будто услышав мои ругательства, Алексей является в магазин собственной персоной. Прямо перед закрытием, причём без Саши. И кто его теперь от меня защитит, спрашивается? Рискует мужик.

— Куда вы дели великого императора Сашенция?

— Он у моей матери, останется там на ночь. Почему вы так удивлены?

— У вас есть мать? Я думала, вас заспали сюда с планеты Криптон.

Алексей вроде как недовольно фырчит, но при этом по глазам вижу, что ему смешно.

— Ася, давай уже перейдём на «ты», а то мы то так, то так.

— Честно говоря, мне немного неудобно, ведь я на вас работаю.

— Тебе бывает неудобно? Тебе? — Скептически смотрит на меня. — Тогда как хочешь.

Так и хочу. На «вы». Строго профессионально. Чтобы не замечать привлекательную человеческую сторону Алексея, надёжно спрятанную от остальных. Чтобы на моих коленях не было никаких начальственных голов, за которыми гарантированно последуют разбитые корыта... и сердце. Моё.

— Чем могу вам помочь? — спрашиваю, когда между нами повисает молчание.

— Можно мне кофе?

Хочу взглядом показать на кофейню в соседнем помещении, но потом вздыхаю и веду Алексея в кофейный угол. Он наливает себе чашку, предлагает мне, но я отказываюсь. Мы садимся. Мне есть, за что его отчитать, однако сначала хорошо бы понять, зачем он сюда заявился, да ещё и без Саши.

— Возможно, я кажусь вам несколько чёрствым человеком.

Пристально смотрит на меня. Ждёт, что я стану с ним спорить и делать ему комплименты? Не дождётся! Если вспомнить, каким он был в начале нашего знакомства, то рядом с ним кирпич показался бы сладкой булочкой.

— На работе я привык общаться с людьми определённым образом, строго и чётко, и это сказывается на моём личном стиле. Мой отец был военным высокого ранга, он командовал не только на работе, но и дома. Мы с братьями привыкли подчиняться строгой военной дисциплине, и, возможно, я перенял у отца методы воспитания сына. Я наверняка кажусь вам суровым и скучным человеком, но если вы мне поможете, то я постараюсь изменить своё отношение.

— Нет. Ничего подобного! — перебиваю.

Слова Алексея искренне меня ужасают. Я над ним подшучивала, но при этом ни на секунду не думала, что он воспримет мои подколки как серьёзную критику.

— Вы прекрасный отец! Вы в одиночку вырастили талантливого, счастливого и доброго сына. Гениальных детей растить непросто, к ним нужен особый подход, и вы справились с этим на «ура». Саша вас обожает и гордится вами. Ему только хочется немного подурачиться время от времени, и в этом я могу ему помочь. А всё остальное — ваши заслуги и ваша территория.

Алексей смотрит на меня, не мигая, целую минуту, а то и две. Потом говорит.

— Если вы и правда такого лестного мнения обо мне, то я бы хотел.

— Лестного? Да, я уважаю вас как отца, а вот как к мужчине, у меня имеются к вам претензии. — Насладившись тем, как глаза Алексея взбираются на лоб, продолжаю.

— Ко мне сегодня заходила ваша ненаглядная любительница оперы и длинных имён.

Судя по тому, что Алексей морщится, он понял, кого я имею в виду.

— Прошу прощения... Мне очень неудобно. Этого не должно было случиться. Что произошло?

— Мы с ней поговорили, а потом она ушла. Расстроенная.

— Чем она расстроена? — Спрашивает, но при этом снова морщится. Не иначе как догадывается, что проблема в разбитом корыте, причиной которого является он сам.