Чтение онлайн

Делиция и на этот раз успешно выполнила свою миссию. Было нечто неотразимое в бескорыстном энтузиазме этой хрупкой женщины, которая способна была убедить любого за считанные секунды. Старейшина общины мормонов или албанский разбойник – никто не мог перед ней устоять. Может быть, потому что Делиция искренне любила павшего и скорбила о грешнике.

Челленджер также попал под ее чары. После трех он поднялся по узкой лестнице и вошел в скромную спальню, где, прикованный к постели, лежал его любимый ученик. Росс Скоттон был одет в красный халат. Его учитель с радостным удивлением заметил, что лицо больного округлилось, а в глазах появилась надежда и живой блеск.

– Да, я побеждаю недуг! – закричал молодой ученый. – С тех пор как Фелкин провел первую консультацию с Аткинсоном, я почувствовал, как жизненные силы стали возвращаться ко мне. О учитель, вы не представляете, как страшно лежать по ночам и понимать, что чертовы микробы выгрызают из тебя жизнь. Мне казалось, что я слышу их. А судороги… Меня скручивало в узел. Но сейчас ничто больше не тревожит меня, за исключением легкого несварения желудка и крапивницы {144} . Я освободился от боли. Спасибо чудо-доктору, который спас меня.

Мистер Скоттон повел рукой, словно указывая на кого-то из присутствующих. Челленджер хмуро оглянулся, рассчитывая увидеть в комнате самодовольного, щеголеватого шарлатана. Но в комнате никого не было. Лишь хрупкая молодая женщина с пышными темными волосами, – похоже, сиделка, – тихо дремала в углу. Да мисс Делиция, застенчиво улыбаясь, стояла у окна.

– Рад, что вам стало лучше, мой дорогой мальчик, – сказал Челленджер. – Не обманывайте себя. Болезнь имеет естественные систолы и диастолы {145} .

– Поговорите с ним, доктор Фелкин. Объясните ему, что произошло, – произнес больной.

Челленджер снова обвел глазами комнату. Его ученик обращался к невидимому доктору. Вероятно, недуг повредил рассудок несчастного настолько, что тот стал путать болезненные видения с реальностью.

– Объяснения действительно необходимы, – прозвучал глубокий мужской голос у профессора за спиной.

От неожиданности Челленджер подпрыгнул на месте и обернулся. К нему обращалась молодая женщина, которую он принял за сиделку.

– Позвольте представить вам доктора Фелкин, – произнесла мисс Делиция с озорным смехом.

– Что за глупая шутка?! – воскликнул профессор.

Молодая женщина поднялась и стала теребить складки платья. Затем нетерпеливо взмахнула рукой.

– Было время, когда я не расставался с табакеркой, а главным способом лечения было кровопускание. Я жил задолго до Лаэннека и поэтому не мог использовать стетоскоп {146} . Но тем не менее обладал набором необходимых хирургических инструментов. Табак успокаивает нервы. Я бы предложил его вам, но, кажется, он уже не поможет.

После этих слов глаза Челленджера выкатились из орбит, а ноздри расширились. Он повернулся к больному.

– Ты утверждаешь, что это твой доктор. Ты действительно следуешь советам этой женщины?

Юная леди напряглась как струна.

– Сэр, я не желаю вступать в перепалку. Вы, кажется, один из тех, кто, целиком посвятив себя материальным знаниям, не находит времени для изучения знаний духовных.

– У меня, безусловно, нет времени для занятий чертовщиной.

– Уважаемый учитель! – раздался голос с кровати. – Умоляю, не забывайте, сколь много доктор Фелкин сделал для меня. Вы видели, в каком состоянии я был еще месяц назад. Посмотрите, как я чувствую себя сейчас. Пожалуйста, не оскорбляйте моего лучшего друга.

– Полагаю, профессор, что вы должны извиниться перед доктором Фелкин, – сказала мисс Делиция.

– Частный сумасшедший дом! – фыркнул профессор.

Затем, верный себе, он облачился в броню едкой иронии, которая неоднократно доказывала свою эффективность в перепалках с непокорными студентами.

– Вероятно, юная леди… или мне следует сказать «почтенная матрона»… вы являетесь великим ученым? Позвольте неотесанному мужлану скромно посидеть в уголке, пока вы будете делиться с миром своими экстраординарными знаниями и методологией.

Профессор выпалил свою речь, приподняв плечи, закатив глаза и выставив вперед руки в притворном испуге. Он представлял собой живое воплощение сарказма. Доктор Фелкин нетерпеливо вышагивал по комнате и не обращал на паясничание Челленджера никакого внимания.

– Вы абсолютно правы, – ответил он небрежно. – Идите в угол и оставайтесь там. Кроме того, прекратите болтать. Данный случай требует полной отдачи. – Доктор повернулась к пациенту. – Неплохо, совсем неплохо. Вы идете на поправку. Через два месяца вернетесь в аудиторию.

– О, это невозможно! – воскликнул Росс Скоттон.

– Невозможно? Гарантирую вам выздоровление. Я никогда не даю ложных обещаний.

– Я, кажется, знаю ответ, – произнесла мисс Делиция. – Пожалуйста, доктор, расскажите, кем вы были при жизни?

– Ах ты… женщины не меняются. Они сплетничали в мое время и продолжают сплетничать сейчас. Нет, нет. Давайте пока осмотрим больного. Пульс. Скачкообразные биения пропали. Это неплохой сигнал. Температура практически в норме. Кровяное давление все еще выше, чем должно быть. Пищеварение оставляет желать лучшего. Но того, что сейчас называют голоданием, можно избежать. Общее состояние удовлетворительное. Давайте исследуем локальные повреждения. Опустите рубашку, сэр. Лягте на живот. Замечательно! – Доктор стал с силой и невероятной точностью пальпировать верхнюю часть позвоночника больного, а затем вонзил костяшки пальцев в его спину. Страдалец завопил от боли. – Так лучше! Я уже объяснял, что необходимо выровнять шейные позвонки, так как в настоящее время каналы, по которым проходят нервные окончания, слишком сужены. В результате нервы ущемлены. А поскольку нервы являются проводниками жизненной силы, то их ущемление привело к нарушению взаимодействия частей организма. Мои глаза видят лучше, чем примитивные рентгеновские лучи, поэтому могу с уверенностью сказать, что первоначальное положение позвонков почти восстановлено, а фатальное сужение устранено. Надеюсь, сэр, – обратился он к Челленджеру, – мои рассуждения о природе данной патологии не слишком сложны для вас.

Профессор фыркнул, выражая враждебность и несогласие.

– Я готов ответить на любые вопросы, которые у вас возникнут. А пока, мой дорогой, вы оказали мне большую честь, я радуюсь вашему прогрессу. Передайте самые теплые пожелания моему земному коллеге доктору Аткинсону и скажите, что мне пока нечего ему предложить. Медиум слишком устала, бедняжка. Сегодня я более не стану утомлять вас своим присутствием.

– Но вы обещали рассказать, кем были при жизни.

– Ничего особенного. Я был совершенно заурядным практикующим врачом. В юности мне пришлось работать под началом великого Абернети {147} . Таким образом, я усвоил некоторые его методы. После смерти я продолжил обучение. Мне позволено было найти способы, как облегчить страдания человечества. Вы, конечно, понимаете, что лишь посредством беззаветной службы и самоотречения мы можем попасть в высшие миры. Моя служба заключается в излечении людей. Я должен быть благодарен судьбе за то, что нашел эту девушку, чьи вибрации настолько совпадают с моими. Мне удается войти в ее тело с удивительной легкостью.

– А где она сейчас? – задал вопрос пациент.

– Она ожидает рядом и вернется, как только я покину ее тело. Что касается вас, сэр, – доктор обратился к Челленджеру, – вы обладаете сильным характером и немалыми знаниями, но ваш разум затуманен материализмом, который является проклятием вашего времени. Позвольте заметить, что медицинская наука сделала немало, для того чтобы на земле появились подобные вам догматики-материалисты, которые пренебрегают любыми проявлениями духовности. Самый ничтожный элемент духовности гораздо важнее, чем все минералы, растения и травы вместе взятые. Духовность является главной жизненной силой, контроль над ней будет лежать в основе медицины будущего. Если вы отгородитесь от духовного, то общественность повернется к тем, кто готов воспринять новые методы излечения, невзирая на то, одобряете вы такой подход или нет.