Чтение онлайн

Целую нежно. Благодарность, привет и любовь всем.

М.Ц.

Впервые — Письма к Анне Тесковой, 1969. С. 35 (с купюрами). СС-6. С. 342 (с купюрами). Печ. полностью но: Письма к Анне Тесковой, 2008. С. 29.

74-25. A.B. Бахраху

Париж, 6-го ноября 1925 г., пятница

Милый Александр Васильевич,

Если свободны завтра в субботу вечером, очень рада буду Вас повидать.

Познакомитесь с моей дочерью Алей и может быть увидите моего сына Георгия.

Марина Цветаева

Впервые — Мосты. Мюнхен. 1961, № 6. С. 340–341. С исправлением неточностей — Литературное обозрение. 1991. № 10. С. 111 (публ. Дж. Малмстада). СС-6. С. 624. Печ. по СС-6.

75-25. <Андрею Седых> [571]

В Редакцию «Последних Новостей»

Париж, 12 ноября 1925 г.

Милостивый Государь, г<осподи>н Редактор,

Не откажите в любезности поместить в Вашей газете нижеследующее.

В № 1704 «Последних Новостей» (четверг, 12 ноября) в отделе «Календарь писателя» значится, что я приехала в Париж на постоянное жительство, редактирую журнал «Щипцы» и что в № 1 этого журнала начнет печататься афористическая повесть Степуна «Утопленник» [572].

1) В Париж я приехала не жить, а гостить. 2) мало того, что я журнала «Щипцы» не редактирую — такого журнала вовсе не существует 3) так же как афористической повести Степуна «Утопленник». Всю заметку, имеющую целью одурачить газету, читателя, Степуна и меня, прошу считать измышлением одного из местных остроумцев. Которого бы просила подобных шуток не повторять [573].

Можно шутить с человеком, нельзя шутить его именем.

Марина Цветаева

Впервые — Московские новости, 1994. № 8. 20–27 февр. (публ. Г.М. Бонгард-Левина). Печ. по СС-7. С. 45, с исправлением неточностей по копии с оригинала, храняшегося в архиве А. Седых (США).

76-25. Д.А. Шаховскому

Париж, 15-го ноября 1925 г., воскресение

Многоуважаемый Димитрий Алексеевич,

Не бойтесь: статьи никакой нет и не будет, — ограничусь краткой записью в тетрадь [574]. Мне, лично, такие, на лету брошенные, мысли больше дают, чем статьи: статья в потенции.

Относительно нимба и лика — остро и умно, относительно барона и князя — остроумно. Нимба нет не только у барона (где уж тут! «Zigeunerbaron!») {130} — но и у герцога нет. А знаете почему? Князь — очень древний, древнейший, дочеловеческий титул — первый из всех — Князь Тьмы [575]. Отсюда, может быть, его осиянность, убедительность и прекрасность.

Вот и вся моя статья.

_____

О «Щипцах» [576]. — Неужели Вы поверили?! — Я — редактором журнала с таким неблагозвучным названием? (Зубоврачебные, волосяные, пр.) По-французски les tenailles — еще дает: ecartele, tenaille {131} и т.д. Инквизиция, чуть ли не Иоанна д'Арк, — но по-русски — либо зубоврачебный кабинет, либо дамская парикмахерская.

От своей резкой отповеди Ремизову, по просьбе «Посл<едних> Новостей», пришлось отказаться. Опровержение же они поместили.

Ненавижу такие шутки, шуток (с собой) вообще не понимаю, в детстве кидалась предметами, ныне, увы, ограничиваюсь словесным рипостом, но всегда вредоносным и всегда мгновенным.

Шутить со мной отсутствие чутья и дурной вкус. Жаль, что их проявил именно Ремизов, весь на чутье.

В Париже — его же «информация» навряд ли останусь, мне, чтобы перейти Place de la Bastille {132}, нужно напрячь всю свою волю, ввиду нелегкости моей жизни излишняя «проба сил». Но месяца два еще выживу, — вечер в конце декабря, потом приедет муж (основатель журнала «Своими Путями» [577] — прекрасный журнал — абсолютно-благородный) — посмотрю вместе с ним Париж — настоящих, т.е. незаменимых, спутников пока нет, — а дальше? Не знаю. Если бы ему удалось достать здесь какую-нибудь работу (не шоферскую), остались бы, — после докторской работы (о византийском искусстве), к<отор>ую он на днях подает, делать ему в Праге нечего. Русским, особенно филологам, в Чехии по окончании нет ходу. Если бы прослышали про какое-нибудь место (так называемый «интеллигентный труд»), была бы Вам очень благодарна за оповещение. С журнальным и газетным делом он знаком отлично.

Пишу без всякой надежды, на всякий случай, ибо отродясь знаю, что все места (в жизни сей) уже заняты. Свободно только Царство Небесное, и там я несомненно буду первой.

_____

Мысль о творчестве и детях — прекрасна. Напишите! Только — остро заостряя, уточняя до крайности. И пошлите в «Своими Путями», — или мне, — я перешлю. Я в Париже их представитель.

И не только заострите — углубите. О сущности женской и мужской. Об исконной разнице. О сознательной любви (отцовстве) и инстинкте (материнстве). Об источнике творчества (подсознательном).

Напишите. Может хорошо выйти.

_____

До свидания. Вещь, по своему усмотрению, назовите «Димитрий» или «Марина». При такой связанности судеб это — одно.

МЦ.

P.S. Не знаете ли Вы кого-нибудь из сильных мира сего, в Париже, кто бы мне для вечера предоставил бесплатный зал? Есть таковой у Юсупова [578] и есть таковой у Малявина [579] (студия). Цейтлины [580] (т.е. Мария Самойловна) уже отказали. — «К нам она — и нам ее поэзия — не подходит». Снять зал — 600 фр<анков>. Для меня вечер — вопрос не славы, а хлеба.

Самое трудное — просить за себя. За другого бы я сумела.

Титула я не преувеличиваю, я только не хочу, чтобы его приуменьшали его носители.

Впервые — НП. С. 345–347. СС-7. С. 27–29. Печ. по СС-7.

77-25. Г.П. Струве

29-го ноября 1925 г.

Милый Глеб,

Посылаю сборник [581]. К сожалению. «Поэмы Конца» прочесть не успела, — м<ожет> б<ыть> есть опечатки.

Когда едет Петр Бернгардович? [582] И не взял ли бы он ма-аленькой посылочки для Сережи? Все сторожу оказию [583].

Привет Вам, Юлии, сонной девочке и бессонному мальчику [584]. Будет время, напишите и приходите.

МЦ.

Рильке необычаен [585]. Уже нездешние слова!

Впервые — Мосты. Мюнхен. 1968. № 13/14. С. 396–397. СС-6. С. 639. Печ. по СС-6.