Чтение онлайн

Конечно, не стоит думать, будто провинциальные девочки в столице – расчетливые хищницы. Все кругом могут об этом говорить, они сами могут себя таковыми считать, но они прежде всего бездомные. А когда ты бездомная, с тобой можно творить что угодно. Я не знаю ни одной бездомной бесприданницы, которую приняли бы в чужую семью, чтобы носить на руках и сдувать пылинки. Семья – как африканское племя, в ней каждый должен быть полезным. Если ты не принесла денег или еще каких-то материальных активов, придется так или иначе всех обслуживать. Жаль, что узнать об этом мне пришлось методом погружения.

Мне поначалу вроде бы повезло: я на первом же курсе сошлась с одним парнем, и мы жили в съемной квартире. Это была поразительная удача. Парень оказался из зажиточной семьи. Мы могли позволить себе учиться, жить без подработок и даже иногда куда-нибудь ездить. Его семья была от меня не в восторге, но понимала, что мальчику нужен регулярный секс. Они хотя бы знали, где и с кем это происходит, и я была далеко не самым плохим вариантом. Я их практически не видела и не брала в голову, как они ко мне относятся. Да и кто бы на моем месте об этом переживал, в восемнадцать-то лет?

Переехав из общежития на квартиру, я сразу позвонила матери, чтобы предупредить о своем новом местонахождении, дать адрес и телефон – мобильники тогда еще были дорогой игрушкой – но тут же пожалела об этом. Отец, по ее словам, снова куда-то самоустранился, его не было не видно, не слышно уже с полгода. Узнав, что я с кем-то там живу, мать обозвала меня проституткой, заявила, что у нее больше нет дочери, и на сладкое – прокляла. Такие спектакли она разыгрывала регулярно, сколько я себя помнила, но в этот раз у меня было преимущество. Я просто бросила трубку, не оставив своих координат, и вздохнула с облегчением. Отец потом приезжал в Москву в командировку, нашел меня в институте и только посмеялся. Учишься, живешь не в общежитии, денег не просишь – молодец, голова работает, сумела устроиться. Адрес и телефон пришлось ему дать, но он не звонил, и больше мы с ним не виделись. Я долгое время была не в курсе, жив ли он вообще.

Конец ознакомительного фрагмента.