Чтение онлайн

— Пока что, манипулируешь только ты мною. Причем очень успешно. Но однажды это закончится.

— Нет, я никогда…

— Расскажи это кому – то другому, не оскорбляй мой интеллект. Список.

— Что? – моргаю. Как быстро он сменил тему. – Ах да!

Бегу к единственному шкафу, куда положила документы. Достаю список мест, которым срочно требуется ремонт или реставрация. Если он и правда планирует стать мэром, то нужно решить хотя бы это.

— До вечера.

— Не стоит сегодня приходить. И вообще, давай на выходных, у тебя наверняка много работы.

Арс кидает на меня опасный взгляд, но молча целует Лёню в макушку и уходит, хлопая дверью так, что вздрагивают окна.

Мне звонят из садика, рассказывая, что могу выходить на работу. У нас будет новая заведующая. Наша не прошла проверку.

Вечером, что странно Арс так и не появляется.

Как и на следующий день.

Я вроде бы даже пытаюсь жить привычной жизнью, устраиваюсь в новой квартире, но все равно каждый вечер крашусь и готовлю вкусный ужин. Жду, а он не приходит.

Но его нет и на четвертый день.

Тогда я все – таки решаюсь набрать его номер. Сама. Впервые.

Долгие гудки заставляют нервничать, но я все равно продолжаю звонить, пока на том проводе не говорит мужской голос.

Но совершенно не тот.

— Слушаю? Телефон Арсения.

— Мм, — даже не знаю, как представиться. – Это Лика. Анжелика. Его… бывшая.

Надо было сказать невеста… Зачем? Мы вряд ли, когда – нибудь поженимся.

— Лика, я понял. Арсений в больнице. В коме. Вы не смотрели новости?

— Новости? Нет, — тут же включаю ноут и гуглю Арсения. Взрыв с экрана заставляет вскочить.

— На него было покушение. Сейчас он в коме.

— В какой больнице?

— Сейчас к нему нельзя.

— Я поняла… В какой больнице!

Я всегда желала избавиться от своей тяги к Арсению, но точно не такой ценой. Точно не ценой его жизни.

Я оставляю Лёню у соседки со старой квартиры, а сама еду в больницу.

Дико страшно… По коже мороз лютует, словно не в жару бегу к такси, а в дикий холод. Еще и машина такая медленная. А кажется, словно могу не успеть. Уже прошу ехать побыстрее, даже доплачиваю сколько просит. Вдруг он умрет… Нет, нет, он не может… Только не сейчас, когда я снова обрела веру…

Из машины в больницу бегу, как никогда не бегала.

Влетаю в приемный покой и требую пустить меня к мужу. Я почти не соврала…

У палаты Арса дежурит мужчина в костюме.

— Мне нужно туда.

— Анжелика Евгеньевна, он сейчас все равно вас не сможет услышать. Он в таком состоянии, что вам лучше…

— Он почувствует, — перебиваю, запыхавшись. — Он будет выбираться, если услышит то, что я собираюсь сказать. Вы обязаны меня туда пропустить, понимаете…

— Я не могу, да и вы, ему вроде как не родственница, — напоминает он с усмешкой.

Бессмертный что ли?

Вот прям раздражает этот солдафон и тогда я включаю стерву.

— Знаете, а ведь он очнется… Рано или поздно. Просто не может не очнуться. И когда он придет в себя, я скажу ему, что он так долго был в коме из – за вас. Просто из – за того, что вы не пускали в палату мать его сына и его будущую жену. Как вы думаете, долго вы задержитесь на этой работе?

Мужчина в костюме улыбается и кивает, открывая мне двери.

— Победили…

Я торжествующе улыбаюсь и пулей влетаю к Арсу.

Застываю перед кроватью, смотря на его перебинтованное лицо, датчики и приборы.

Прижимаю руку ко рту, сдерживая рыдания… Ну как же так…

Как же так…

Падаю на колени рядом с его кроватью и беру за руку.

— Арс, Арс, миленький. Тебе нужно жить. Ради памяти Виталия. Ради Лёни. Ради нас в конце концов. Ты не имеешь никакого права бросать меня снова. Ты обязан выкарабкаться несмотря ни на что…

Прижимаюсь к теплой ладони щекой.

– Ты же знаешь, что я люблю тебя. Знаешь, что у меня никого не было, что я ждала только тебя. И Лёнька, он же Арсеньевич. Он же твой… Как ты бросишь его? Как бросишь меня? А хочешь, хочешь мы поженимся? Вот как только ты встанешь на ноги, мы сразу пойдем в ЗАГС. Ты, как честный человек просто обязан…. Обязан жить… Поднимаю голову и чувствую странную угрозу, словно кто – то стоит за спиной.

Оборачиваюсь резко и ахаю, когда на меня оказывается наставлен ствол пистолета в руке человека в медицинской одежде и маске.

Не на меня, на Арса…

— Отойдите, — просит он почти вежливо, а я качаю головой. – Я вас не трону, мне нужен он.

Встаю резко, не понимая на самом деле что творю. Но и отойти не могу… Не могу…

Вдруг меня что – то дергает назад, глухой удар и парень в маске орет и хватается за ногу

Я вообще не понимаю, что произошло. Как случилось, что Арс уже стоит рядом, пытается меня обнять, а его убийца держится за ногу, вокруг которой растекается кровь.

— Девочка моя, извини, прости меня… Я не знал, что ты сегодня придешь… — шепчет Арс, а вот во мне гнев просыпается.

— Так это что, очередная манипуляция?

— Не над тобой…. Над действующим мэром. Прошла информация, что он готовит на меня покушение. Пойдем отсюда, я тебе расскажу.

Я для виду сопротивляюсь, но я так рада, что он жив, что эйфория не дает отойти от него больше чем на расстояние вытянутой руки.

Арс отводит меня в коридор, идет довольно бодро, а бинты с его лица нелепо свисают.

— Так не было аварии? А новости? Там все так ужасно…

— Была авария, конечно. Просто меня в машине не было. Она была на автопилоте. Слушай… Теперь мэр сам уйдет и меня никогда никто больше не тронет. Нас не тронет.

— То есть ты готовился к покушению, чтобы обезопасить себя? Это что за больная логика? Тебя могли убить! Как ты вообще смел рисковать собой?!

— Я должен был убедиться, что это мэр, я стал слишком во многое влезать.

— Во что? Ты тут всего неделю…

— С моими деньгами этого стало достаточно для ответных действий, Он уйдет, а я сяду в его кресло. А ты станешь женой мэра.

— Ну вот еще… Я не соглашалась.

— А как же, «если ты встанешь любимый мы поедем в ЗАГС», — передразнивает он меня, а я его толкаю.

— Это не считается. Я думала ты при смерти.

— Ну и что за двойные стандарты? — встаю и ухожу, а Арс идет за мной, запинаясь о бинты, что с него валятся.

Торможу возле открытой палаты. Внутри никого, а Лёня у соседки.

А меня до сих пор трясет от ужаса и страха. Я вхожу в палату, а Арс за мной.

Осматривается, но и сова сказать не успевает, как я врезаюсь в него, начиная торопливо стягивать с него бинты и одежду.