Чтение онлайн

– Покинув свою основную работу, Никольский сообразил, что потерял не просто работу, а цель своей жизни! По своим каналам он разыскал меня за границей, попросил срочно к нему приехать. Когда я приехал в Москву по его вызову, то только тогда обнаружил, что бывший главный авиаконструктор Советского Союза и России уже нигде больше не работает! Нашлись люди, которые вежливо его попросили оставить свою работу под предлогом наступления старческого возраста. В нашей российской среде нашлись такие люди, которые личную выгоду предпочли государственным интересам.

– Неожиданно для всех новый генеральный авиаконструктор вдруг потребовал, чтобы Никольский навсегда покинул бы и свое родное авиапредприятие, свой авиазавод, который он сам строил и создавал, набирая по всей стране рабочую силу, строя для рабочих жилые дома. К слову сказать, при Никольском этот завод вполне справлялся с производственными заданиями, осваивал и благополучно выпускал в небо новые самолеты. При Никольском, рабочие авиазавода вовремя и в полной мере получали заработные платы, они не бежали с завода. С его уходом все коренным образом изменилось, не стало новых самолетов, не стало заработной платы и рабочие один за другим начали его оставлять! И тогда в голове неугомонного Никольского родился план восстановления российской авиационной промышленности, он задумал осуществить проект, в рамках которого построить свое собственное производство самолетов для России и россиян!

– Вовремя нашей встречи он в деталях рассказал о сути этого своего проекта, предложив, чтобы я занялся финансовыми вопросами, сбором инвестиций, службой безопасности, логистикой и, возможно, вопросами продажи самолетов третьей стороне. В рамках этого проекта Никольский брал на себя установление деловых контактов с российским правительством, получение государственных заказов на разработку, создание и производство самолетов, как гражданской, так и боевой авиации, а также вертолетных комплексов. Вся же работа создаваемой госкорпорации должна будет строиться на поступлениях частных инвестиций. Теперь вы понимаете, ребята, почему этого старичка у нас сегодня попытались просто-напросто украсть из-под самого носа. Так что, Виктор Александрович, с сегодняшнего дня охрана Николая Николаевича Никольского становится нашей чуть ли не главной заботой.

– А теперь, друзья, я хочу вас проинформировать о том, что с момента моего возвращения в Россию мы проделал большую работу по воплощению проекта Никольского в жизнь. За пределами России, и там работают наши люди, были созданы аффилированные финасовые предприятия, которые занимаются сбором западных инвестиций. Насколько мне известно эти сборы на сегодня уже принесли восемь миллиардов долларов. Данная сумма была собрана всего лишь за неделю с начала нашей работы по сборам западных инвестиций. В Россию на счета управляющей компании уже поступили первые деньги из моих частных сбережений, на которые мы теперь можем приобрести офисные и технические здания для нашей госкорпорации.

В этот момент я сделал еще одну паузу, вопросительно посмотрев на Максима Звонарева. Капитан Звонарев тут же вскочил на ноги, его пиджак был застегнут на все пуговицы. В данный момент Максим производил самое благоприятно впечатление на людей, сидевших с ним за одним столом. Он отрапортовал одним духом:

– Сегодня утром мы с Клавой завершили процедуру юридического оформления документов на приобретение трехэтажного особняка на улице Долгорукова. В мое отсутствие Клава должна была найти какую-то китаянку, нашу главного бухгалтера, и передать ей счет на оплату за это здание. Принимая во внимание тот факт, что Клавдия мне не звонила, то, видимо, с документами и с оплатой у нас все в порядке! Что касается офисного здания, то у меня в резерве находится десятиэтажное здание бывшего Гостелерадио СССР, расположенное на улице Пятницкая 25. Перед самым моим отъездом с вами, Руслан Авдотьевич, мне звонил Почтарь и сообщил, что на него срочно вышел владелец еще одного высотного офисного здания с предложением его купить. По мнению Кузнецова, это здание могло бы и нам подойти. Он обещал к завтрашнему дню собрать все необходимые документы, и с этими документами к нам подъехать в гостиницу.

– Отлично, Максим! Если то или иное здание нам действительно подходят по техническим параметрам, то ты особо не задумывайся, сразу же оформляй документы на его покупку. Через месяц Николай Николаевич планирует вместе со своими сотрудниками переехать в одно из таких офисных зданий. Он должен там начать работать над проектом среднемагистрального гражданского лайнера, заказ на который только что поступил из нашего правительства. Но сейчас я хочу обратить ваше внимание еще на одну особо важную и секретную деталь нашего проекта, о которой будете знать только я и вы, мои друзья! Рядом с основным зданием госкорпорации должно находиться еще одно здание, но уже не такое большое. В основном это здание будет использоваться для опытного производства самолетов, но на его подземных этажах будет размещена специальная аппаратура, которая позволит нам поддерживать устойчивую связь и в случае необходимости кое-какой обмен материальными ценностями с Потусторонним миром!

– А что мы уже и с мертвецами можем обмениваться информацией?
– Как-то наивно и глупо, совершенно по-детски поинтересовался растерянный лейтенант Васьков.

– Да.
– Вполне серьезно я ответил.
– В недавнем прошлом мы неплохо поработали с людьми, которые ушли в мир иной. Вернее, мы поработали с их разумом, который никогда не умирает! А разум может очень многое сделать, если его вовремя познакомить хотя бы с началами магии! Теперь наши технические специалисты и разумам Потустороннего мира предстоит разработать аппаратуру, которая позволит производить предметный обмен материальными ценностями между нашими двумя мирами! И тебе, Леонид, придется этими вопросами тоже заниматься!

Этим последним своим заявлением я друзей ввел в шоковое состояние.

Они мгновенно разобрались в сути дела, когда я впервые употребил выражение "потусторонний мир". К этому времени они много чего узнали, узнали о моих деньгах на миллиарды долларов, о государственном проекте, от которого кружилась в растерянности голова, да еще речь пошла о контактах с давно умершими людьми! Но что было самым удивительным в этом нашем общении, мои друзья и приятели безоговорочно поверили всему, чтобы я им не говорил! Ни одного моего утверждения, сделанного на грани фантастики или мистики, они даже не подвергли сомнению!

Виктор Путилин был старше нас по возрасту. Он имел более богатый жизненный опыт. Сейчас он сидел за столиком прямо напротив меня, внимательно вслушивался в каждое мое слово, не задавая при этом лишних вопросов. Оба мои милиционера, затаив дыхание, также прислушивались к моим словам. Несколько дней, которые они провели вместе со мной, и в течение которых с ними начали происходить самые невероятные вещи, служили убедительным доказательством того, что мне можно было бы во многом верить! Верить даже тогда, когда я им говорил о магии, о своих достижениях в области магического искусства!

Одним словом, я каким-то образом сумел до умов своих друзей и товарищей донести проблемы, которые стояли перед нами, или которые нам предстояло всем миром решать! Что касается меня самого, то я впервые почувствовал разумное понимание проблем, пока еще стоявших перед нами, со стороны своих друзей! Я искренне поверил в то, что проект Никольского и проект Бориса Фридмана могут быть нами осуществлены на практике!

Перед тем, как отправиться спать в свой номер, я постучал в дверь номера Никольского. Галина Ильинична открыла мне дверь, при этом она сказала:

– Спасибо, Марк, что ты не забыл о нашем существовании, что посетил обоих. Николай Николаевич все еще продолжает спать, но что-то в этом сне его очень беспокоит.

Вместе с Галиной Ильиничной я прошел в спальню, Николай Николаевич спал на спине на широкой постели, он тяжело дышал и временами кашлял. Я помог ему повернуться на бок, дыхание старика сразу же облегчилось, оно стало ровным, почти не слышным! Галина Ильинична за чем-то выскочила в ванную комнату. Из кармана куртки достал одноразовый шприц, уже заполненный антидотом, быстренько сделал укол в правое предплечье. Лицо старика порозовело, антидот подействовал, Николай Николаевич пришел в сознание.