Чтение онлайн

— О! — выдыхает она. В ее голосе звучит удивление.

— Так приятно, правда, детка? — я почти стону, отпуская ее губы. Она снова смотрит на меня с благоговением, и я изо всех сил стараюсь контролировать свое сердце, которое бешено колотится в груди.

— Я чувствую тебя, — отвечает она, когда я проскальзываю чуть глубже.

В этот момент, когда я осознаю, что влюблен и что у меня самый лучший секс в моей жизни, одна из главных моих эмоций — это счастье. София дает мне это. Она — чистое счастье.

— Это очень приятно, Марк, — стонет она, когда я еще немного проскальзываю в ее тугую маленькую киску. Я останавливаюсь, когда она хмурится, боясь, что причиняю ей боль. Я давлю на ее девственность. Один толчок, и она, наконец, моя, но сначала мне нужно убедиться, что она в порядке.

— Ты слишком большой, — шепчет она. — А это сработает вот так?

Сначала я в замешательстве, но потом чувствую, как она закидывает ногу на меня, прижимаясь пяткой и начинает двигать бедрами.

— Помоги мне, — бормочет София, явно недовольная мной.

И тут я понимаю, она думает, что это все. Она думает, я так глубоко внутри нее, как только возможно. Я шел слишком медленно, стараясь избавить ее от любой боли, когда, возможно, было необходимо обратное.

— Это будет больно только на минуту, — обещаю я ей.

Прежде чем она успевает спросить меня, я толкаюсь полностью внутрь нее, зарываясь в ее сладкое влагалище по самую рукоять. Мышцы ее киски напрягаются вокруг моего ствола, твердого, как сталь. Она кричит, и я чувствую себя последней сволочью, но мне нравится каждая секунда этого. Как только я прижимаюсь к ее лону, овладевая ею, я замираю. Это чистая пытка, не трахать ее жестко и не купать в сперме, но я этого не делаю. Знаю, что ей больно. Чувствую это по тому, как ее тело напрягается, по ее затрудненному дыханию, по тому, как ее ногти впиваются в мою кожу.

— Ш-ш-ш… — бормочу я, целуя ее в висок. — Теперь все хорошо, София. Обещаю, с этого момента все будет только лучше.

Стараюсь говорить мягко, успокоить ее, чувствуя себя не в своей тарелке, потому что это так же ново и для меня.

— Марк, — ее голос напряжен. Я переношу свой вес на одну руку, и это маленькое движение перемещает мой член внутри нее. Я стону от того, на сколько это приятно.

— Все в порядке, малышка. Через минуту все снова будет хорошо, — говорю я ей, очень надеясь, что я прав. Не думаю, что смогу сдерживаться долго.

— Мне кажется, ты слишком большой, — шепчет она напряженным голосом.

Снова начинаю нежно гладить ее грудь. Затем скольжу рукой между нами и ищу ее клитор, используя свой язык, чтобы дразнить ее твердые вершины. Под моими ласками ее тело расслабляется и начинает двигаться.

— Мне это нравится, — ее шепот ласкает мой слух.

— Я дам тебе больше. Я всегда дам тебе то, что тебе нужно.

— Тогда может ты начнешь двигаться? — раздраженно говорит она.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашиваю ее, осторожно двигаясь, все еще играя с ее клитором. Волна скользких соков, бегущих по моим пальцам, — это и есть ее ответ еще до того, как она шепчет:

— Хорошо. Но мне нужно больше.

Я начинаю трахать ее быстрее, так, что мы оба скоро получим то, чего жаждем. Она двигается, в заданном мной ритме, и я чувствую ее зарождающийся оргазм, наблюдая, как удовольствие скользит по ее лицу.

София содрогается всем телом. И я могу видеть точный момент, когда оргазм захватывает ее. Я набираю скорость, желая искупать ее лоно в моей сперме, нуждаясь в том, чтобы заклеймить ее самым примитивным способом.

— Марк! — кричит она, откидывая голову назад, кончая. Я не останавливаюсь, пока полностью не опустошаю себя в ней, надеясь вопреки всему, что я посадил в нее своего ребенка.

— Ты притих, — мурлычет мне на ухо София.

Я лежу на спине, она прижимается ко мне, закинув ногу на мое бедро, ее голова покоится на моей руке, а пальцы танцуют на шее.

— Прости меня, малышка.

— О чем ты думаешь? — спрашивает она. И, если уж на то пошло, я должен сказать ей правду.

— Я думал о том, что сегодняшний вечер — это, наверное, самое прекрасное, что я когда-либо мог себе представить, — отвечаю я, поворачиваясь к ней.

— Марк… — ее глаза сверкают от переполняющих ее эмоций.

Я наклоняюсь и нежно касаюсь ее губ, прежде чем отстраниться и провести большим пальцем по ее нижней губе.

— Ты должен знать, что прямо сейчас мой отец пытается найти меня.

— Так оно и есть, и я думаю, что в конце концов он это сделает, но он не имеет права вмешиваться в это. Не в этот момент. Пока мы вот так вместе, единственное, что существует в этом мире, — это я и ты. Больше никого и ничего.

— Хотела бы я, чтобы это было правдой, — печально говорит она.

— Софи, ты неопытна, но ты должна понимать. То, что произошло между нами сейчас, не происходит просто так. Это было…

— Феноменально, — счастливая улыбка освещает все ее лицо. Удовольствие лучится из нее.

Я чувствую себя таким окрыленным, потому что я тот, кто дал ей это. Она поднимает руку, скользя пальцами между моими, и отводит мой большой палец от своего лица. Я приближаю наши соединенные руки ко рту и нежно целую ее пальцы.

— Это было что-то настолько особенное, что я думаю, мало кто из людей когда-либо испытывал это.

— Ты вдруг стал таким милым, — бормочет она.

— Я не отпущу тебя, София, — клянусь я, и чтобы она не сомневалась в моих словах, притягиваю ее к себе, вынуждая скользить по моему телу. Ее волосы рассыпаются на лицо, глаза темнеют от голода, и она прижимается к моему уже твердеющему члену. Удивляюсь, как он так быстро снова готов после нагрузки, которую только что получил. У меня такое чувство, что я никогда не смогу насытиться Софией. Но я должен подождать. Ей все еще будет больно.

— Мне придется вернуться домой. И ты это прекрасно знаешь.

— Только не сейчас, а когда ты это сделаешь, я пойду с тобой.

— Нет, — говорит она с паникой на лице. — Ты не можешь этого сделать. Ты не знаешь моего отца, он сначала реагирует, а потом думает. Ты не можешь вернуться, по крайней мере до тех пор, пока я не усмирю его гнев.

— Что ж, тебе придется усмирить его быстро, если это твой план, потому что я не оставлю тебя. То, что мы только что разделили в этой комнате, это то, от чего я никогда не откажусь.

— Но ты же все время в разъездах, а у меня вся моя жизнь дома — моя учеба, семья.

— Я не уеду, я останусь с тобой. Я не отпущу тебя.

— Я не знаю, что на это сказать, — шепчет она, и я вижу, как в ее глазах собираются слезы. Одна слезинка вытекает из уголка, и я вытираю ее большим пальцем, а затем подношу ко рту, чтобы попробовать.

— Все так быстро. Может быть тебе стоит еще подумать и убедится, что я это то, что ты хочешь? — она прикусывает нижнюю губу.

Не могу остановить себя и снова накрываю ее рот, вкладывая в этот поцелуй все свои эмоции.