Чтение онлайн

Я знала, что для многих это было не просто развлечение, а возможность прикоснуться к чему-то мистическому и загадочному. Я старалась создать атмосферу, полную таинственности: свечи мерцали, отбрасывая тени на стены, по углам то и дело появлялись и исчезали тени, в трубах замках изредка завывал ветер. В общем, дом с привидениями, самый настоящий, был готов к приему гостей.

– Ваше сиятельство! – громыхнул на весь холл голос герцога Алана горн Партайского, самого богатого и влиятельного аристократа округи. Его голос звучал так, словно он был не просто аристократом, а настоящим повелителем, способным подчинить себе всех присутствующих. – Рад видеть вас в добром здравии!

Его двое сыновей, высокие и статные молодые люди, которых герцог надеялся скоро выгодно женить, мгновенно согласились с отцом, кидая на меня вежливые, но несколько настороженные взгляды. Поговаривали, что семья Партайских была в дальнем родстве с императорским родом, и это придавало им особую значимость. Герцог, как говорили, был поставлен здесь в качестве негласного надзирателя, ну хорошо, смотрителя, над другими аристократами, чтобы, значит, вели себя хорошо и не баловались, угу. Я не знала, правда это или нет, но на всякий случай гостеприимно улыбнулась отдельно герцогу и поблагодарила его за внимание к моей скромной персоне. Мало ли, может, в дальнейшем понадобится его дружеское расположение ко мне. Для укрепления угасающего рода, естественно.

Не знаю, правда это была или нет, но я на всякий случай гостеприимно улыбнулась отдельно герцогу и поблагодарила его за внимание к моей скромной персоне. Мало ли, может, в дальнейшем понадобится его дружеское расположение ко мне. Для укрепления угасающего рода, естественно.

Наконец, «река» из гостей прекратилась. Все, кто хотел, приехали и готовы были праздновать здесь, в моем замке. Ждать больше было некого. И я с легким сердцем зашла вслед за народом в обеденный зал. Стол там уже был накрыт для обеда, и я с гордостью отметила, как искусно Вилиса украсила его: белоснежные скатерти, изысканные сервизы и цветы, которые придавали помещению особую атмосферу. Можно было приступать к трапезе.

Я уселась на свое место во главе стола, чувствуя, как на меня устремлены взгляды всех присутствующих. Глубоко вздохнув, я произнесла ритуальную фразу, которой меня научил Астор. Он уверял, что в День призраков просто необходимо сказать что-то подобное, чтобы почтить память предков и создать атмосферу единения.

– Да пребудут с нами наши предки, и в здравии, и в болезни, помогут и защитят нас, – произнесла я, стараясь вложить в слова всю свою искренность.

Гости закивали, соглашаясь со сказанным.

И мы принялись жевать, работать челюстями, насыщать желудки. Сначала – молча. Затем, когда подадут второе, можно будет и поговорить.

С поваром мне повезло. Не знаю, у кого он работал раньше, но готовил просто изумительно. И рыбный суп, которым я сегодня потчевала гостей, был в меру соленым и перченым. А еще – невероятно ароматным.

Суп доели, тарелки поменяла прислуга. И вот теперь началась светская беседа. Я чувствовала, как атмосфера в зале становится более расслабленной, и это придавало мне уверенности.

– Я слышала, на свадьбе дочери министра императора появился лич! Самый настоящий! – с придыханием сообщила молодая и очень симпатичная Аринара горн Жарийская, супруга графа Арнольда горн Жарийского. Она была одета в роскошное платье, украшенное драгоценными камнями, и её глаза сверкали от волнения. Уже третья по счету. Предыдущие две ушли за Грань при загадочных обстоятельствах. И граф женился в третий раз, на бесприданнице. Потому что никто другой замуж за него не пошел. – Говорят, к беде это!

Мужчины, включая супруга Аринары, снисходительно ухмыльнулись, словно это была всего лишь очередная сплетня, не заслуживающая внимания.

– Лич – это слуга некроманта, найра Аринара, – сообщил известную истину барон Дариус горн Шартанский, мой ближайший сосед, то и дело посматривавший в сторону теперь уже моих земель. Его голос звучал уверенно, и я знала, что он не упустит возможности продемонстрировать свои знания. – Как он мог появиться на чужой свадьбе, если там не было некроманта?

– Был, найр Дариус, – надулась Аринара, её щеки слегка покраснели от возмущения. Юная глупышка, она обижалась, когда ее не воспринимали всерьез. – Был там некромант! Родной брат жениха! И лич ему подчинялся!

– Тем более, – хмыкнул барон, его тон был полон пренебрежения. – Лич пришел к хозяину за заданием. Вот и все. А остальное – глупые предрассудки. Я уж думал, в столице подобной чуши не верят.

Понятия не имею, чему верили в столице, но здесь дамы насторожились, принялись перешептываться, их лица выражали тревогу. Впрочем, народ тут был пугливый, старался соблюдать все обычаи и традиции, расписанные предками. Я заметила, как некоторые из них скрестили руки на груди, словно защищаясь от невидимой угрозы.

– И все же, чушь или нет, а вы не можете отрицать, ваша милость, что слухи о нежити появляются все чаще, – заметила пожилая вдовая графиня Шарлин горн Зарисская, её голос звучал с нотками тревоги. Она была одета в строгий черный наряд, который подчеркивал её статус и опыт. Графиня всегда была в центре внимания, и её мнение считалось весомым.

– Так слухов о нежити всегда хватает, ваша светлость, – откликнулся барон, его тон был легкомысленным. – Что ж теперь, свадьбы не играть?

Графиня недовольно поджала губы, её взгляд стал холодным, как зимний ветер. Ей не нравилось, когда кто-то пытался с ней спорить или отстаивал свою точку зрения. Она была свято уверена, что только её мнение может быть правильным. Ну и единственным, конечно же. Я понимала, что в этом разговоре не будет победителей

– Найра Лидия, – повернулся ко мне между тем барон, его выразительное лицо выглядело серьезным, – вы еще не передумали насчет того заливного луга?

Я покачала головой, мягко, но решительно. Да конечно, продам я тот луг. Ждите. Особенно теперь, когда выяснилось, что надо восстанавливать род, и каждый кусок земли будет на вес золота. В сознании всплыли образы золотых монет, которые затмевали мои мысли.

– Увы, нет, ваша милость, – ответила я, стараясь сохранить вежливый тон.

– Эх, жаль. Ну, если что-то переменится, прошу дать мне знать, – произнес барон, его голос звучал с ноткой настойчивости.

Обязательно, угу. Аж два раза.

– Поговаривают, к нам сюда, в наш край, скоро женихи нагрянут, из самой столицы, – с усмешкой заметил граф Лоренцо горн Торканиус. Он говорил, и его голос резонировал в зале, привлекая внимание всех присутствующих. Граф был выходцем из соседней империи. Ходили слухи, что он здесь под чужим именем и прятался от императорского правосудия. А вот император какой страны тут имелся в виду, никто не знал. Граф, вдовствующий и уставший от житейских неурядиц, имел семерых детей – пять дочерей и двоих сыновей – и кучу долгов. Не был он должен разве что собственным крестьянам. Ну и мне, как новенькой в этом крае. – То ли десять, то ли двадцать холостых молодых людей. Сразу всех старых дев разберут. Представляете, будет счастье родителям?