Чтение онлайн

Фигура адепта замаячила слева, показалась из черного провала между скал и вновь скрылась, словно нырнув в пучину океана.

— Пресвятой Аллон, Томиш нашел ущелье, неужели мы спасены? — В голосе Абрахама сквозило вековое облегчение.

— Томиш! Колам! Проверьте дыру, если нет опасности, прячемся! Я не чувствую ног и рук, господину архимагу и подавно плохо, нужно срочно где-нибудь устроить привал! Обшарьте все вокруг и обратно сюда!

Адепты, вооружившись, скрылись в глазнице мрака.

Граф Сермен Коршун, Абрахам, Орест на их плечах, Богдаш и Бернард застыли перед входом в спасительное ущелье. Застыли с единственной надеждой, что дозорные вернутся с утешительной вестью.

Пронизывающий до самих костей ветер все чаще принимался обдувать их жалкие одежки, сутаны магиков трепало и сбивало в хлопающие за спиной крылья.

Томительно текло время…

— С ними что-то стряслось, давайте уходить или идти дальше вперед, напролом!

— Нет, господин Коршун, я чувствую их жизненную силу, они живы, вот-вот должны вернуться, подождем!

Сермен сдавил челюсти с жадностью акулы, сколько можно ждать? От такого холода уже жопа обмерзла!

— Богдаш, прикроешь…

— Бернард поможет — замести следы.

Глава Тайной службы даже не успел возразить, из провала выпорхнула сначала долговязая тень Колама, а за ней и сам Томиш. Оба распатланные и серьезные, лица светились решительностью и, что больше всего радовало, огромной надеждой.

— Ущелье рассекает две горы насквозь, судя по охранительным знакам — этот ход один из заброшенных троп к передовым постам крепости, за ними до ордена рукой подать, если все будет нормально, то через три дня мы будем на месте. — Глаза Томиша блестели от удовольствия, ведь именно он мог оказаться тем полноправным вестником спасения, благодаря которому их отряд выживет.

— Значит, впереди заброшенная тропа? — Почему-то задумчиво переспросил Абрахам.

— Скорей всего так, старший адепт.

По каким-то необъяснимым причинам, помощник архимага тушевался и не спешил бросаться в чернильную муть пропасти очертя голову. Но почему?..

Коршун злился и леденел на морозе. Другие чувствовали себя не лучше. Сермен готов был вот-вот открыть рот.

— Ладно, была, не была, авось прорвемся?

Отряд, прикрываясь, скользнул в провал. Темнота поглотила людей. Чего так настырно опасался Абрахам, осталось не раскрытой тайной?

Теперь ветер гулял в верхних ярусах скал. Тропа тонула в сплошной глубокой тьме. Тени очертаний горных стен миражами всплывали из нереального, казалось, призрачного мира. По словам Томиша таких вот тоннелей между скалами в глубинах Молочных Пик было видимо-невидимо, на что граф Коршун мгновенно не преминул задать коварный вопрос.

— А как же вы их тогда охраняете? Расставляете у каждого выхода по дозорному караулу?

Томиш с раскрытым ртом насупился и готовился вступить в перепалку с начальником тайной службы.

— Рациональней всего расставить секреты на подступах к крепости, а все проходы и тропы просто заблокировать охранными арканами, но в нашем случае, Главенство Ордена знает о скором прибытии и потому, скорей всего, только сделало первый этап обороны — сжало кольцо вокруг цитадели, так благополучней для наших жизней! — Встрял Абрахам.

Сермен, да и другие замолчали, каждый, обдумывая свое.

Неожиданно помощник Ореста снова заговорил:

— Есть правда еще один способ перекрыть дороги к ордену…

— Какой? — Коршун вроде задал невинный, любопытствующий вопрос, но Абрахам отвечал на него нехотя, с тревожной неловкостью.

— В особо опасные минуты военного положения, Главенство может пойти на крайний, самый критический поступок. В так сказать, неудержимо, трудные мгновения войны!..

— Не тяните, Абрахам, какой такой поступок? Вы так говорите, будто вас невинности лишают! — Сермен напрасно попытался пошутить.

Интонации в голосе адепта смазались до полной безжизненности.

— Верльвы…

— Верльвы, — повторил граф Коршун на вкус незнакомое слово и оттого более загадочное и пугающее.

Их строй дрогнул, адепты сбились с шага, все как один, заозирались по сторонам, пульсары в руках разожглись до абсолютных мощностей. Узкое ущелье осветили, словно рождественскую елку. Окружающий мир показался Сермену карикатурой на детскую сказку, с ужасным началом и с еще более трагическим концом.

— Что такое верльвы? — Коршун старался говорить тихо и настойчиво, скованные движения адептов были крайне странными и нервными.

— Боевые стражи, господин Коршун, наше аргументированное оружие против террористических агрессоров, к примеру, таких, как князь Лестор.

— Боевые стражи? Вы имеете в виду роту обученных магов?

— Что вы, граф! О каких магах идет речь? Все гораздо проще и эффективнее!..

— Тогда я вас, не совсем понимаю?..

— Наша служба безопасности и стража крепости состоит исключительно из магов, во главе с умниками лаборантами, по указу Главенства Ордена для полной беспрекословной безопасности троп и проходов в горах — совершило потрясающее, как я уже говорил, эффективное открытие в области грубого и конкретного вооружения наших рядов. Указы ордена развязали особо выдающимся личностям и лидерам магических искусств руки. И те, как вы понимаете, не сидели, сложив их без дела, потрудились на славу. Вы улавливаете, ваша тайность? — Абрахам внезапно решил перейти на вкрадчивый голос.

— Говоря честно, не очень, — пожаловался тут же начальник Тайной службы.

— Думаю, поймете. Эльфы окружили Эль-Фарон кольцом леса и брашами, мы подошли к этой проблеме прямолинейно — положившись полностью на талант начинающих архимагов. Что из этого получилось, я надеюсь, мы не увидим никогда? Верльвы — порождения Призрачного мира, выдернутые в наш мир и спущенные с поводков, охотящиеся в строго очерченных магами границах Молочных Пик. Что из себя, представляют верльвы, говоря честно, мне даже не хочется вспоминать! Тогда, в лабораториях и подземельях крепости, я мельком их видел, но и тех секунд вполне хватило, чтобы понять, встреча с этими тварями для нас закончится плачевно.

Сермен вовсе даже и не заметил, когда они прекратили идти дальше вперед и остановились на месте, словно глубоководные рыбы в чудовищной толще океана, озаряя окружающий мир ореолами пульсаров, которые под действиями плетений адептов, соединились в единое светило. Слова Абрахама распалили страх в каждой груди, в каждом сознании. Граф Коршун подавил муравьиную дрожь, тело Бартольда показалось неожиданно и весьма тяжелым. Временная передышка для них, в общем, не помешает!

— Привал! Нужен привал…