Чтение онлайн

– У меня аллергия, будет еще хуже, – промычала Элеонора сквозь пластиковый пакет. – О боже…

– Ну и ситуация… – В тоне Косутик улавливалось сочувствие. Она покачала головой. – Мы можем болтаться здесь еще несколько дней. Как ты это вынесешь?

– Да, – жалобно выговорила Элеонора. – Я все это знаю. Просто у меня совершенно вылетело из головы, что на борту шаттлов нет искусственной гравитации.

– Я, например, не знала, что мы будем вращаться, как волчок. Думала, просто полетим достаточно долго…

– Постараюсь не умереть, – мучительно выговорила Элеонора и, словно в подтверждение своих слов, опять судорожно раскрыла спасительный пакет.

– Да-а-а… Я чувствую, скучать не придется, – покачав головой, вымолвила Косутик.

Глава 13

Получив сигнал о сдаче «Деглопера», святоши возликовали. Помимо собственно уведомления послание содержало красноречивый приказ самого принца, в котором капитану Красницкому предписывалось немедленно капитулировать.

В обмен на выдачу принца святоши гарантировали жизни всему экипажу корабля, хотя это и не увязывалось с их суровыми догматами.

– Капитан Деленей. На связи лейтенант Скалуцци. – Каравазанец помолчал, оглядывая капитанский мостик. – Мы захватили рубку, но взять в плен никого не удалось. Экипаж отчаянно сопротивляется. Большинство людей в бронекостюмах. Сдаваться никто не собирается. – Он опять сделал паузу. – Не нравится мне все это.

– Передайте ему, чтобы держал свое мнение при себе! – огрызнулся капеллан Панела. – И пусть ищут принца!

Взглянув на капеллана, Деленей включил головной микрофон.

– Продолжайте выполнение задачи, лейтенант, – сказал он. – Будьте осторожней, не напоритесь на засаду. Похоже, что они и не думали сдаваться, капитан все наврал. – Деленей резко развернулся. – Мы найдем принца, капеллан. Но терять ни за грош людей глупо. Если принца на борту нет, то весьма вероятно, что нас заманили!

– Он там, – прошипел капеллан. – Зачем им рисковать его жизнью, ставя какие-то дурацкие ловушки! – Злобно оскалившись, он стал похож на взбесившегося хорька. – Хотя, впрочем, они могли бы давно его сами придушить, чтобы нам не достался… Они же должны понимать, что мы можем сделать с одним из главных представителей этой чертовой Империи!

– Капитан! – опять раздался голос Скалуцци. – В корабельных отсеках нет ни одного шаттла!

Глаза капитана расширились. – Час от часу не легче!

– Скорость «Деглопера» сравнялась со скоростью крейсера, – сказал Панер.

– Откуда вы знаете? – спросил Роджер, напряженно всматриваясь в искаженное изображение на мониторе. – Я здесь ничего не разберу.

– Посмотрите на цифры,–посоветовал Панер.–Я уже все уши прожужжал, что нам необходимы большие экраны, и это собирались учесть при проектировании командной станции, но почему-то так ничего и не сделали.

Повернувшись на вращающемся кресле к пульту управления Роджера, Панер ввел какую-то команду на клавиатуре, и изображение на мерцающем экране тут же сменилось: вместо отсканированных картинок появились ряды цифр.

– Вот последние зафиксированные скорость и координаты «Деглопера», – объяснял капитан. – А вот это вроде бы текущие их значения… А вот аналогичные данные крейсера.

– Они что, совсем рядом с «Деглопером»? – спросил Роджер, заметив явную схожесть показаний.

– Совершенно верно. Их курс и скорость полностью совпадают с деглоперовскими. Значит, Красницкий таки их перехитрил. Попались на крючок…

Роджер кивнул. Он попытался ощутить удовольствие, которое, по всей видимости, испытал при этом экипаж «Деглопера», и не смог– это было выше его понимания. Панер, как и Роджер, прекрасно знал, что Красницкий и вся его команда не пожалеют своих жизней, прикрывая их побег. По-видимому, одна лишь мысль, что он защищает не кого-нибудь, а самого принца, воодушевляла каждого солдата. Роджер почему-то привык полагать, что люди, добровольно избравшие карьеру военного, должны быть менее… чувствительными, чем другие. Однако Панер неоднократно объяснял ему, что в данном вопросе первостепенную роль играют военные традиции. Как иначе объяснить невозмутимость и потрясающее хладнокровие Панера в любой ситуации, когда у Роджера, бывало, все внутри холодело от страха?

Почему эти люди обязаны защищать его жизнь, когда даже в кругу своей собственной семьи он совершенно не уверен в искренности родных. Когда вежливые и предупредительные телохранители кладут на алтарь собственные жизни только в силу долга, что они получают взамен, кроме… смерти?

Терзаемый подобными вопросами, Роджер решил пока не думать об этом и переключился на другую тему.

– По-моему, судя по этим сведениям, здесь не все так гладко, – тревожно заметил принц.

– А по-моему, все прекрасно, ваше высочество, – усмехнулся Панер. – Святоши конкретно лопухнулись.

– О-хо-хо, – еще печальнее выговорил принц. Когда он прочел сфабрикованный приказ о немедленной капитуляции, посланный святошам, насколько неправдоподобным и по-детски примитивным показалось вдруг Роджеру его содержание. «Сдаться с честью», – приказывал там принц. Что за бред!

– Все сработало, как было запланировано, ваше высочество, – бесстрастно проговорил Панер. – Красницкий заманил их, куда хотел.

– Но этого мало… Чтобы взорвать «Деглопер», должен остаться в живых хотя бы один из тех, кто знает секретный код.

– Именно так, – жестко ответил Панер.

– Как вы можете ручаться? Каждый ведь может погибнуть. И все равно кто-то, знающий код, обязан выжить.

– Вы совершенно правы, ваше высочество. – В голосе Панера сквозила абсолютная уверенность. – Крейсер по-прежнему торчит рядом с «Деглопером». Если бы святоши взяли языка, они бы давно уже с дикой скоростью умотали от нашего корабля.

«Да хранит вас бог, капитан, – повторял про себя Панер, пытаясь сохранять самообладание и не поддаться накатившему чувству вины перед оставленными товарищами, отважными мужчинами и женщинами, ждущими своего конца. – Вы с честью выполнили свой долг. Теперь наша очередь не ударить в грязь лицом. Конечно, принц – это постоянная головная боль, но мы приложим все усилия, чтобы спасти ему жизнь».

– Не помогает, – мучилась О'Кейси.

Косутик отправилась, вернее сказать, «поплыла» в другой отсек подымать боевой дух солдатам, оставив бедную О'Кейси наедине с собой. Парадоксально, что именно несчастная докторша больше всех нуждалась сейчас в сильнодействующих средствах.

Пытаясь отвлечься, О'Кейси погрузилась в размышления. С того момента, как на горизонте объявился второй крейсер, совершенно не было времени, чтобы все основательно обдумать и взвесить. События в бешеном ритме накручивались одно на другое, не давая возможности оглядеться и собраться с мыслями.

Временное затишье как раз и предоставляло эту возможность, но в утомленном и ослабленном организме, одурманенном вколотым наркотиком, не возникало вообще никаких желаний, а уставший мозг едва ли был способен на какие-либо размышления.

Взяв себя в руки, О'Кейси все же попыталась составить а хоть какой-то план на будущее.

При обсуждении предметов, предназначенных на продажу, О'Кейси предложила взять побольше драгоценных металлов, но Панер отказался. Во-первых, каждый килограмм багажа был на счету, а во-вторых, взятые сами по себе, они оказались бы бесполезными. Каждый из драгоценных металлов предполагал наличие других компонентов, изготовление которых при низком уровне мардуканской технологии было немыслимым делом.