Чтение онлайн

– Вы хотели посмотреть на Мистералей - вот они, Мистерали, самые обычные люди со своими радостями и проблемами. Нет в них ничего неординарного, что следовало бы изучать под лупой или даже микроскопом, никаких великих тайн. Все, что только можно назвать необычным, сосредоточено в главе семьи, а все прочие ничем не отличаются от вас, Мальс Хорана. У вас тоже хватает тайн, я знаю.

Он выпрямился и посмотрел на удивленного Хора. Карие глаза светились искренностью и дружелюбием, совершенно не желая походить на маску.

Эвальд Мистераль прекрасно понял, ради чего его пианист приходил на эти вечера, понял - и, кажется, нисколько не осуждал его за это. Во всей тираде читался беспечный посыл: хватит искать здесь великие тайны, это развлекательные вечера, все тут - обыкновенные люди, вливайтесь в общее веселье, Мальс Хорана, и не забивайте себе голову глупостями.

Положительно, Эвальда Хор не понимал. А тот, на мгновение оглянувшись на Хемену, которая, подойдя к остальным, что-то серьезно говорила сестре, продолжил все так же на ухо:

– Вот с главой семейства, с нашим уважаемым Рэром вам лучше не конфликтовать и вообще не контактировать. Ему даже судьба прислуживает. Его враги то добровольно со сцены уходят, то просто умирают, и добрый десяток лучших лекарей в один голос заявляет, что криминала в этом нет.

– Умирают?
– тоже шепотом спросил Хор.

Эвальд спокойно кивнул.

– Например, Мильварес Зорренд. В прошлом году его опухоль доконала, а он и Рэр как кошка с собакой были, об этом вся столица знала.

– А Хэльмонт Ричардель случайно не относился к числу его врагов?
– не смог не задать вопроса Хор.

К его удивлению, Эвальд на мгновение наморщил лоб, вспоминая, а затем опять кивнул.

– К числу не таких уж явных, но в некоторых важных вещах они не соглашались, да. Хэльмонт же тоже погиб в прошлом году, верно? Ну вот. Рэру точно судьба прислуживает, так что лучше от него держаться подальше, - он вполне искренне улыбнулся и отошел от Хора к Хемене.

– О чем вы там шептались?
– негромко полюбопытствовала она.

– Договаривались, что споем в следующий раз, но - тс-с-с-с, а то Халана услышит, - опять заулыбался Эвальд.

А Хор не мог отвести от него взгляда и снова и снова прокручивал в голову одну мысль.

Хэльмонт Зорренд и Мильварес Ричардель мешали Рондеру Мистералю. Старейший из Зоррендов говорил о медном шлеме.

А что, если медный шлем - это иносказательное обозначение рыжих волос?

Рыжими традиционно были все главы семьи Мистераль. Эвальд не мог похвастаться таким уж ярким цветом, но рыжина в волосах имелась и у него. Те, кому насыщенности недоставало, брали в жены огненноволосых девушек, чтобы не нарушать традицию.

Если Хор думал правильно, то таинственного Кея направлял в его деятельности Рондер Мистераль, главный экономист Грозового Мира и фактически его правитель. Он вполне мог приказать Кею помочь Хемене с её проблемами, поскольку имел заинтересованность в карьере дочери. В таком случае опасность всей ситуации для Раль заметно снижалась, чего нельзя было сказать о самом Хоре.

Он все следил глазами за Эвальдом, вновь начавшим веселую болтовню ни о чем. Почему он постоянно выступал двигателем событий, кажущихся полными случайностями и при том необычайно полезных для Хора? Это настораживало. Это напрягало.

Внезапно вспомнились слова предсказателя о человеке, вокруг которого разворачивалась вся история со странными смертями. Раль ещё сказала, что Хор его не знает, а происходил тот разговор до того, как ей стало известно о посещении им вечеров…

А вдруг тем человеком и был Эвальд Мистераль?

========== Глава 4. Недопонятое ==========

В этот раз Хор снова провожал Хемену с устроенного Эви вечера. И она попросила пройтись с ней немного дольше, поскольку нервозность утра и дня до сих пор не выветрилась, несмотря на все старания веселого Эви, милой Иланы и забавного Алексиса.

Над ними тремя нависла серьезная опасность, приправленная пугающей непонятностью. Кей оказался не благодетелем, а человеком со странными жуткими целями, преступником. Очень сильным. Накинуть на человека невидимость так ловко, чтобы тот сам этого не заметил. Войти в одно здание и оказаться в другом. Хемена была уверена в том, что ничего не напутала, все происходило точно так, как в рассказе Тровену. Неудивительно, что он отказался сначала верить в это.

Насчет обвинения она переживала мало, понимая, что её оправдают. Если что - Сольсетен постарается, он всегда рад позаботиться о своей Хемин. От этого становилось совсем тошно.

Радовало лишь то, что Хор и Раль пообещали пока не извещать Эвальда о случившемся, однако если история имела далеко идущие последствия, то Рондер Мистераль вполне мог узнать о некоторых не слишком умных поступках своей дочери. Этого она очень боялась. Отец редко появлялся в жизни сестер Мистераль, где-то раз в месяц навещая их и со всей серьезностью спрашивая, требуя, ставя задачи на ближайшее время, а затем снова пропадая. Как и многие дети, рожденные в знатных семьях, ласки от родителей Хемена не знала, а встречи с Рондером для неё означали одно: ответственность.

От отца редко приходило одобрение: почти всегда слышался укор, какие-нибудь замечания, претензии, критика, наверное, справедливая, но каждый раз заставляющая сжиматься от страха, краснеть и лепетать нечто невнятное. Хемена с радостью принимала любые наказания, лишь бы избежать тяжелого взгляда Рондера и непомерно тяжелых его слов. Поэтому сейчас она мечтала о том, чтобы он так и не узнал о встрече с Кеем, обернувшейся непонятным попаданием в часозвоню.

Хемена запоздало вспомнила о том, что к завтрашнему дню ей необходимо выполнить обширное задание, полученное от Сольсетена после того, как она пришла каяться за пропущенный учебный день. Ректор, как и всегда, отнесся ко всему спокойно и лишь сообщил, что это задание сделать необходимо, что оно очень важное, поскольку составлено даже не в Военной Академии, а среди высших армейских чинов специально для тестирования учеников. Хемена тогда долго кивала ему, а затем взяла листы с заданиями, принесла их к себе в общежитие, перерыла стопки с книгами, где, разумеется, не обнаружилось никакого люминескария, и пошла к Эви. У неё было слишком уж плохое состояние, чтобы заниматься учебой, а у Эвальда часы пролетели незаметно, оставив чуть выправленное настроение и осознание того, что придется, наверное, до поздней ночи провозиться с заданиями.

– Вот же… - хотелось выругаться, но при воспитанном молодом человеке воспитанная дама этого делать не стала.
– Послушай, Хор, у меня серьезные проблемы.

– Я это уже знаю, - ровным, отчего-то подействовавшим успокаивающе тоном откликнулся он.
– Появились ещё какие-то?

– Да, - выдохнула Хемена.
– Проблемы с учебой. Мало того, что я пропустила сегодня почти все занятия, так ещё и не успела сделать очень важные объемные задания. Теперь у меня есть маленький кусочек вечера, ночь и совсем уж маленький кусочек утра, чтобы с ними разобраться, и ещё мне очень паршиво, - призналась она.