Чтение онлайн

Как же все было сложно.

========== Глава 4. Запущенное ==========

Мало-помалу мысли утихомирились, потекли по прежнему руслу, хотя Хемена понимала, что впоследствии они ещё не раз хлынут в другую сторону, заставляя её расшатывать привычные рамки. Но это - потом. И потом и придется решать, что же с ними такими делать. Сейчас она поняла две вещи. Во-первых, встреча у памятника Фэйну Эссентессеру не состоится. Во-вторых, необходимо в первую очередь дождаться Хора и обо всем ему рассказать, а потом уже разбираться с собой. Хемена вдруг осознала, что разговор с Толлом заставил её совершенно забыть про Кея и связанные с ним волнения. Сейчас это вспомнилось, но все равно уже не ощущалось таким важным. Случайный знакомец взял и перевернул все вверх ногами, не собираясь на этом останавливаться. Нет уж!

Хемена переминалась с ноги на ногу, поглядывая на двери. И взгляд то и дело норовил прыгнуть на Толла, который бродил возле них, ожидая своего друга. Она сердилась и заставляла себя смотреть куда-нибудь на плохо выметенную мостовую, на маленькую лужицу в нескольких шагах от неё, на чьи-то ноги, только не на этого странного человека. Но глаза не всегда слушали хозяйку. В конце концов в дверях показался невысокий смуглый мужчина, и они с Толлом, обменявшись несколькими репликами, зашагали к стоящему в отдалении темно-вишневому автомобилю. Затарахтел мотор, и человек-загадка вместе со своим спутником укатил, на прощание помахав новой знакомой рукой, что в очередной раз подогрело её злость.

Хемена демонстративно отвернулась и подождала, пока звук автомобиля растворится в шуме города. Только после этого снова вперила взгляд в двери, откуда в конце концов должен был выйти Хор. В голове, затеняя Кея и убийства, вертелся сплошной Толл и его слова о свободе. Ну почему она думала только о себе? Встреча с Кеем влияла на судьбы многих людей, и ей следовало волновать разум сильнее, чем странному знакомству и раскрывшимся возможностям жизни.

Из Управления вышел человек, чья походка показалась знакомой. Хемена пригляделась и узнала майора Тровена, который неторопливо направлялся прямо к ней.

– Добрый день. Я увидел вас в окно и подумал, что вы собираетесь что-то сообщить по нашему делу, - ровным тоном проговорил он, не став тратить время на предисловия и расшаркивания.
– Я ошибся?

– Нет, вы не ошиблись, - медленно произнесла Хемена, чувствуя полную растерянность.
– Я… Да, я хотела сказать, но сказать господину Маршалу.

– Мы вместе с Маршалом работаем над этим делом, - непререкаемым тоном заявил Тровен.
– Не имеет разницы, кто из нас раньше узнает обо всем. Прошу вас. Здесь нас никто не подслушает.

Когда Хемена шла сюда, она собиралась рассказывать все Хору и только Хору. Чтобы видеть его лицо. Чтобы слышать его спокойные объяснения. Чтобы понимать все именно от него. Но сейчас это как-то перестало иметь значение.

– Да, я расскажу… Только можно и мне попросить вас рассказать об этом деле?
– в голосе Хемены на несколько мгновений пробудилась робость.
– Я… Я хочу знать, насколько это опасно.

– Смертельно опасно, - не стал тянуть с ответом майор.
– У нас очень серьезный противник, и глупой ложью было бы заявлять, что все хорошо и он никого не сможет тронуть. В зоне риска все, кто так или иначе контактировал с преступником, однако в панику впадать не следует.

– Я и не впадаю, - тихо, совсем как Раль, произнесла Хемена.
– Если что, я готова…

– Рассказывайте, - велел Тровен.

***

Беспокойный день подходил к концу, и Байонис отправил Мальса из Управления домой. Вернее, в дом Маршалов, в комнаты, напротив которых располагались окна комнат погибшего Алексиса Эссентессера. Хорошо, что об этом не знала Раль: она начала бы сразу тревожиться, говорить про плохие приметы и все тому подобное, однако Хор в эти вещи не верил. Ему требовалось хоть как-то продвинуть расследование, и он использовал для этого любые мелочи, даже те, что давали только призрачный шанс приблизиться к Кею.

Раль. Адилунд Мистераль. Их дороги разошлись, возможно, так далеко, что сойтись уже не удастся. Если она вернулась в семью, то должна во всем подчиняться Рондеру Мистералю, а этого человека Мальс до сих пор подозревал. Да и с самого начала понимал, что союзниками им не стать, только противниками. С самого начала… Это начало случилось десять лет назад, когда помешанный на всех военных штуках мальчуган впервые узнал, что такое магия и что такое смерть. Тогда кончился Мальс Хорана и начался Мальс Хор, который сохранит эту насмешливую усеченную фамилию, даже если будет писать во всех документах другую, более важную, внушающую людям священный трепет.

Из столетия в столетие люди не перестают возмущаться: то, что нужно одному, принадлежит другому, который в этом не нуждается. Ах, обстоятельства. Ах, судьба. Через обстоятельства можно и нужно переступать, их следует кроить под себя, хоть и с оглядкой. Видя перед собой груду кирпичей, умный человек построит стену с дверью, которую запрет на ключ. А потом другие люди начнут туда ломиться и проклинать обстоятельства. И кто-то умный догадается сломать замок. В мире хватает условностей, а абсолюта не существует и не может существовать.

В отличие от нескольких десятков Ричарделей, Хор к роли преемника не стремился. Тем не менее, отказываться он не собирался, прекрасно понимая, что это положение можно использовать для своей выгоды множеством разных способов. Любая обстановка - материал. А уж что ты из нее слепишь, зависит только от тебя самого. Байониса Эссентессера впереди ожидало ещё немало сюрпризов.

Мальс шагал по серой мостовой, привычными короткими вдохами загоняя в легкие атмосферу города со всеми запахами мазута, дыма и сырости. Человеку, которым особо интересовался опасный серийный убийца, следовало вести себя более осторожно, но сейчас Хор, наоборот, хотел встречи с Кеем. Обещанной встречи, обещанного разговора, из которого можно было выцепить хоть что-то полезное. Байонис со своей проницательностью и накопленным опытом сумел бы узнать от убийцы больше, но право на контакт с последним досталось именно Мальсу. Что ж, он тоже немало мог. Это был его дебют, первый серьезный экзамен ученика Маршала, тот экзамен, какой давал больше всех тестов, опросов и письменных заданий, тот экзамен, который определял способности в сто крат лучше “специалистов” из Центра Одаренных. И Хор не собирался его проваливать.

Двухэтажный дом, одним боком практически прилегавший к особняку Герцогов, а другим - к жилищу Регентов, находился в пятнадцати минутах ходьбы от здания правительства. Четыре здания, где жили, вернее, официально располагались Эссентессеры, стояли аккуратным квадратом с роскошным внутренним двором посередине. Первые правители имели неплохое чувство юмора: разместили всех рядом друг с другом, ограничив возможность секретничать. Немудрено, что каждый из носителей гремящей фамилии подбирал себе дополнительное жилье где-то в другом районе, но одни приходили туда раз в месяц, мечтая об одиночестве на несколько часов, а другие практически не появлялись в официальном особняке. К последним наверняка относились и Хоуэрс, и Алексис Эссентессеры. Мальс пока намеревался заявить себя на редкость добросовестным учеником и лишь потом разойтись по полной программе.

Каждый из четырех особняков имел по три входа: два парадных, внешний и внутренний, и один черный, использовавшийся прислугой. Её в доме Маршала было не так уж и много: Байонис предпочитал обходиться без излишеств, да и его разъезды по всему Объединенному Миру давно стали нормой, поэтому большого штата здесь не держали. Две горничных, повар с помощницей и садовник. Внутренний сад традиционно делился на четыре части, и каждая соперничала друг с другом по красоте. Байонис участвовал в этом соревновании менее ретиво, чем остальные, поэтому садовник был только один. Обо всем этом Маршал успел рассказать ученику вчера вечером, заранее готовя его ко всем нюансам жизни в Эссентессерских кущах.