Чтение онлайн

Некоторое время сидели молча. Вайсман сосредоточенно жевал дольку лимона и, казалось, колебался сделать или не сделать что-то. Наконец, придя к каким-то своим выводам, он решительно поднялся на ноги, прошёл к тому же самому сейфу и вынул оттуда несколько листов. Быстро просмотрел, отделил от них несколько, а остальные взял с собой.

— Вот, — Семён Викторович, бросил на стол пачку листов, — он это написал в тот самый вечер. Может вы из этого что-то выжмете. Хотя я сомневаюсь. И сам вам помочь не могу. Я не настолько талантлив как Он.

Юрий пододвинул к себе листы. Было сразу видно, что это не оригинал, а фрагменты, скопированные на ксероксе.

— Я из них убрал фрагменты, что личные. Это вам не нужно. Но остальное… берите, решайте. Может, пригодится.

Юрий подавленно кивнул и протянул листы Эле, которая, также молча и аккуратно, упаковала их в свою сумочку.

— На тех листах… он расколол и вашу проблему и вас, ребята.

Юрий вопросительно воззрился на него, но Вайсман смотрел в сторону и этого не заметил. Семён Викторович вместо этого схватил бутылку, снова наполнил свою стопку и нервным движением опрокинул её в рот.

— Надеюсь там, куда вы идёте, лучше чем здесь… и там друзей и соседей не убивают.

— А вы? — тихо спросил Юрий, но голос его сорвался. Он хотел спросить, «Вы можете нам помочь? Повторить его решение?», но не смог. Вайсман же понял это по-своему.

— Нет, ребята. Это мой дом мне уже деваться некуда… — неопределённо заключил он, — я уж приму судьбу этого мира таким, каким бы он ни был… а Он, тоже мечтал о Звёздах…

Семён Викторович закупорил бутылку, убрал стопки, отпер дверь и вернулся за стол. Он попытался рассказать что-то о Мирославе, вспоминая былые деньки, но у него не получилось. Голос сорвался и он замолчал. У ребят также было весьма подавленное состояние. И из-за смерти Мирослава и из-за крушения последних надежд на быстрое нахождение решения.

Да и кто ещё мог бы ТАК решить здесь ту проблему, над которой бились лучшие умы теоретиков Полигона уже около двух лет, но пока так и не нашли удовлетворительного решения.

Они ещё посидели, почтив память великого, но здесь совершенно безвестного учёного.

Прощание было тягостным. На Юрия и Элю давил двойной груз — смерть человека, которого они знали хоть и очень немного но исключительно с хорошей стороны, а также крушение надежд на быстрое решение проблемы возврата домой.

У самой двери их остановил оклик Вайсмана.

— Там было два решения. И первое, явно изначальное. Скажите мне: зачем вам звёзды?

— А зачем ещё жить кроме как не для звёзд? — ответил вопросом на вопрос Юрий.

— Правильный ответ! Правильный… — полушёпотом ответил Семен Викторович.

Он закрыл лицо руками — по его лицу текли слёзы.

Юрий сидел за своей планшеткой и быстро набирал текст в своём личном разделе. Он его давно завёл для того, чтобы складировать в нём все свои сугубо личные заметки. То есть то, что для чужих глаз не предназначалось. Он, конечно, предупредил Николая, что будет так поступать и что после, когда вернёмся домой, он заберёт файлы из этого раздела.

Раздел, кстати был нужный. Особенно учитывая то, что американские планшетки оказались в пользовании для Юрия исключительно сложными. Не потому, что он в них не разбирался. Дело обстояло гораздо прозаичнее — автоматизмы, наработанные за много лет работы на советских планшетках и настольных ЭВМ настолько въелись, что перестроиться на амерскую клавиатуру и амерские настройки, сейчас для него было исключительно тяжело. А он привык печатать вслепую, и быстро.

За окном было давно темно. Холодный дождь дубасил тяжёлыми каплями в забранное массивной решёткой стекло. Свет, горящий в подсобке, которую они приспособили для жилья делал темноту за окном вообще угольной. Только сверкающие в свете лампы потёки на стекле напоминали о холодной реальности за окном.

Очередной «маячный» пуск только что закончился. Их делали в надежде на то, что на Полигоне таки сделают что-то типа локатора линий вероятности. Хоть и надежды на это было мало — слишком велика чувствительность аппаратуры должна быть для такого «локатора» — но всё равно Юрий его проводил. Чисто из упрямства. На авось. Закончился и пуск экспериментальный.

Юрий перевёл взгляд с окна на экран планшетки и продолжил.

«Если такие вещи не записывать — коллеги порвут в клочья. Иметь возможность и не сделать — худшее преступление среди настолько любопытного люда, как учёные.

Ощущение „рояля в кустах“, вокруг которого закручивались все события последних шести лет, здесь только усилилось.

Этот пресловутый „рояль“, заставил сделать очень рискованный бросок на Марс, который чуть не закончился серьёзной катастрофой. И только мужество и везение человека, оставшегося на планете, свело к минимуму последствия той аварии.

Этот „рояль“, заставил и самих американцев, сделать титаническое усилие, в условиях кризиса, чтобы не только высадить свою экспедицию на Марсе, но и попытаться тот „рояль“ себе присвоить. Иначе, их поведение никак не объяснимо.

Или Владимир врёт. Что весьма сомнительно. Мы его здесь слишком хорошо знаем. Он скорее уйдёт от ответа, запутает собеседника. Скажет полуправду, но не скажет ничего того, за что давал подписку.

„Орлы мух не ловят“ и наше космическое ведомство тем более не разменивается на мелочи. Если кого и подбирает, то таких людей как Владимир — с мгновенной реакцией на неприятности и мгновенным же реагированием на них. Правильным реагированием.

Ведь как правильно Владимир среагировал сразу на мой заход! Я бы тоже также поступил. Ведь что я хотел сделать в разговоре?

Я хотел, его додавить на некоторые признания. Но для этого нужно было чётко держать тему об артефакте. Но учуяв, куда я клоню он мгновенно среагировал и подсунул мне „конфету“ в виде, похоже, достоверной информации об инциденте с американцами. То есть порвал стратегию сразу. Сбил с темы. Сначала свёл все мои построения к чепухе — даже явное доказательство в виде фото, — а потом мягко постарался увести в сторону. Вона как: „геймеры в сжатое фото сообщение записали“! Угу. Будут наши таким идиотизмом страдать… Но всё равно, надо признать, что поначалу его объяснение с меня кураж сбило. Это сейчас, после, я вижу, что его версия шита белыми нитками. А тогда…

Но! Ведь даже сам факт того, что он хотел как-то замазать это сообщение, говорит о том, что оно во-первых действительное, во-вторых весьма важное. А это уже для наших „разбирательств“ очень существенно.

И как он мне „конфетку“ ловко подсунул! Про амеров. Блеск! Ведь повёлся… Впрочем, даже эта информация об американцах тоже ведь существенный штришок. Из косвенных доказательств. Если американские спецслужбы пошли на все тяжкие с таким чудовищным риском уронить свой авторитет и имя, то там на Марсе действительно ДОЛЖНО БЫТЬ нечто такое, за что стоило бы драться.