Чтение онлайн

– Понимаете. Тут такое дело… – замялся Коган. – Мы бы хотели остаться здесь до конца отпуска. Это еще 9 дней. Неизвестно, когда еще удастся отдохнуть. Чувствую, свободного времени у меня будет немного, если рабочая установка нужна через год.

– Хм… – Курц снова чуть сдвинул брови и внимательно посмотрел на ученого. – Не вижу проблем. Но вы должны понимать, что после подписания контракта и получения аванса у вас будут определенные обязательства перед Альфа Спейс. Нарушать их будет совершенно не в ваших интересах.

– Ну что вы. Ни о каких нарушениях речь не идет. Мы просто хотим отдохнуть. Из-за пандемии целый год не были на море. По окончании бронирования купим билеты в США. Только скажите куда.

– Не надо никаких билетов. За день до вашего вылета я пришлю за вами частный самолет и сотрудника госдепа, чтобы помог вам пройти американскую границу.

– Спасибо, – пораженный таким великодушным жестом, проговорил Миша.

– Да не за что, – отмахнулся Теон. – А теперь пройдемте в кабинет. Там ждет юрист, человек из консульства с бланками виз и шеф полиции Пхукета. Он будет у нас вроде нотариуса и заверит наше с вами соглашение.

После того как формальности были выполнены, Теон радушно попрощался с новым сотрудником и его подругой и, когда те ушли, вызвал следившего за всем по камерам Акосту. Первый, добровольный вариант привлечения Когана в Альфу сработал. Теперь надо было отменить второй, принудительный. Он подразумевал задержание молодого русского ученого за употребление наркотиков и получение его согласия на сотрудничество под угрозой сесть в тайскую тюрьму на 20 лет. Еще. Из-за того, что парочка решила догулять отпуск, надо было ставить группу для того, чтобы за ней присмотреть и пресечь маловероятную, но все же возможную попытку выезда из страны с авансом в 10% от полной суммы подъемных. Первое должны были обеспечить люди Акосты, которые вели наблюдение с самого приезда Миши и Яны в Таиланд. Второе можно было сделать через шефа полиции.

В общем Теон остался доволен своей поездкой и новым приобретением. Теперь у него был ключевой ученый, способный быстро создать ионный двигатель. Готовую конструкцию буксира он купит у конкурентов вместе с их компанией и конструкторами. Тогда через год, максимум два можно будет начать сборку первого рабочего образца на орбите. А дальше… Дальше встает вопрос с финансированием.

Теперь, когда в руках была уникальная технология русских, обычный полет к Марсу Теона уже не интересовал. В его голове крутился план программы максимум – создания на орбите красной планеты полноценной обитаемой станции, на которой будет собрана ракета, способная доставить человека на планету и вернуть обратно. Впоследствии с этой станции на поверхность будут спускаться модули для обустройства там полноценной базы, где могли бы жить и работать несколько человек. Для этого нужен тяжелый космический буксир, способный одноразово доставить к Марсу полезный груз в пятьсот тонн, а затем вернуться к Земле под новую загрузку.

По сути, там, на орбите красной планеты предстояло создать конструкцию в два раза крупнее МКС, а значит, и стоящую в два раза больше, на уровне 300 миллиардов долларов. База на поверхности обойдется миллиардов в 100 плюс 10-20 ежегодно на эксплуатацию. Строительство буксира на орбите Земли Теон оценивал в 200 миллиардов, если не больше, потому что для этого тоже надо будет создавать орбитальную станцию, которая могла бы принимать грузовые корабли с готовыми для сборки модулями. В идеале буксиров должно быть хотя бы два. Один большой грузовой, для него надо десятка два ионных двигателей. Другой маленький для доставки экипажей с восемью двигателями. Вот и получается, что весь проект влетит в 600-700 миллиардов. Причем 200 предстояло потратить на первом этапе в течение следующих 5-6 лет.

Таких денег у Теона не было. Максимум, что он смог бы потянуть, это сборка небольшого буксира для отправки человека на орбиту Марса, посадки на планету небольшой ракеты и возвращения. Такой проект обошелся бы миллиардов в 70-80. Будут ли у него такие деньги через год, два, пять лет, сказать было сложно, потому что его состояние зависело от котировок акций. А они могли пойти вниз в любой момент. Пока этого не случилось, под обеспечение акциями своих технологических компаний надо было брать кредиты в живых деньгах. В США из-за давления неизвестных пока сил сделать это было очень сложно. Оставались еще два места, где их можно было взять, – Китай и нефтяные королевства Персидского залива. Первый отпадал сразу, потому что китайцы были прямыми конкурентами в космической гонке. Они тоже усиленно разрабатывали технологию ионных двигателей и дышали в затылок русским. Оставались шейхи.

Как раз к ним прямо из Таиланда и собирался лететь Теон, воодушевленный своим новым приобретением в лице талантливого русского ученого и конструктора Миши Когана.

Объединенные Арабские Эмираты. Дубай

Вести дела с шейхами непросто. Здесь многое значат такие ставшие экзотикой для западного бизнеса понятия, как честь, достоинство и соблюдение интереса партнера. А еще очень важна личная симпатия, которой бизнесменам из Европы и Америки довольно сложно добиться из-за их латентного расизма, чувства собственного превосходства и полного непонимания химии отношений между людьми на арабском Востоке.

Теон не страдал этими пороками, потому что напрочь был лишен пафоса больших денег и сопутствующих им понтов. К тому же он родился в Африке и с детских лет усвоил простую истину: если белый человек хочет добиться чего-то от аборигенов, ему прежде всего надо проявить к ним уважение. Причем желательно, чтобы это уважение было облечено в материальную форму, и чем эта форма дороже и ценнее, тем больше будет шанс на понимание. Поэтому перед визитом в Персидский залив он подготовил подарки. Целый грузовой самолет подарков. Породистые жеребцы стоимостью в несколько миллионов каждый, сравнимые с ними по цене эксклюзивные спортивные электрокары в люксовом исполнении, мощные и невероятно быстрые для внедорожников электротраки, произведенные на его заводе, составляли лишь часть подношений, приготовленных Курцом для избалованных роскошью правителей.

На его стороне был также и тот факт, что многих шейхов он знал лично. Они встречались на международных выставках и форумах, Теон приглашал их целыми семьями на запуски своих ракет. Очень важным было и то, что почти все суверенные инвестфонды этих стран имели солидные пакеты акций его технологических компаний и в последнее время очень неплохо заработали на их росте. Не без его подсказок, конечно. Поэтому была уверенность, что транспортник обратно пустым не полетит и обмен подарками будет взаимным.

Миллиардер планировал посетить три столицы: Эр-Рияд, Абу-Даби и Доху. В Эмиратах и у саудитов была нефть, в Катаре – газ. Причем в отличие от Бахрейна и Кувейта, где их добыча и продажа оказалась в концессии у западных компаний, эти три страны сохранили над своими ресурсами суверенитет. Это означало, что их монархи могли относительно свободно распоряжаться поступающими в казну деньгами. По его прикидкам, при удачном раскладе он мог собрать миллиардов двадцать. Это не покрыло бы всех расходов подготовительного этапа, но послужило бы хорошим сигналом для других честолюбивых инвесторов, которые хотели бы, чтобы их имя навсегда вошло в историю космонавтики. Поскольку проект был бесприбыльный, основной мотивацией служило то, что астронавты этих стран будут в числе первых, кто отправится на Марс. И, конечно, это будут члены монарших семей.

В целом ожидания Теона оправдались. Он провел по одному дню в каждой из столиц. Правители принимали его лично. Останавливался он в их роскошных дворцах. На переговорах присутствовали самые высокие фигуры монархий. Но, несмотря на оказанное уважение и вполне искреннее желание помочь, с шейхов не удалось собрать нужной суммы. Цены на углеводороды были нестабильны. Накопленные в начале века в фондах благосостояния в сотни миллиардов долларов стремительно таяли, съедаемые непомерными госрасходами. Из-за этого правительства стран Залива всерьез занялись мерами экономии и повышения эффективности своих бюджетов. К тому же военно-политическая обстановка в регионе оставалась напряженной и из-за действий США могла в любой момент обостриться вплоть до полноценной войны. Полет на Марс – дело хорошее, престижное, тешащее гордость и самолюбие правителей, но шейхи считали, что сейчас деньги разумнее было бы потрать на закупки вооружений.