Чтение онлайн

– Тогда я уверен, что мы получим столько срезов, сколько потребуется,торжествующе объявил доктор.- А ты как считаешь, Энеи? Пойдут они на подобный обмен? Ты ведь у нас что-то вроде эксперта по живым марсианам.

– Они нам доверяют,- принялась рассуждать вслух Анна.- Мы им нравимся. И им очень нужен маркаин. Да, должны согласиться, пожалуй...

– Док!
– послышался из палаты голос Грэхэма. Тони приоткрыл дверь и заглянул внутрь:

– В чем дело?

– В той бутылочке, которую мы пили вчера вечером, что-нибудь осталось?

– Чуть меньше половины. Я к ней не притрагивался.

– Превосходно. Тогда налейте мне стаканчик, будьте любезны. Я чувствую, что мне сейчас просто необходимо выпить. И угостите ваших друзей, если они пожелают.

Хеллман щедрой рукой плеснул виски в фужер и протянул его журналисту.

– Пейте и сразу ложитесь спать,- сказал он.- Боюсь, завтра вам будет хуже.

– Спасибо за предупреждение, док. У вас очаровательная манера обращения с пациентами!

Грэхэм зажмурился и влил содержимое фужера себе в глотку. Его слегка передернуло, но тут же на губах журналиста заиграла счастливая улыбка.

– Я тут кое-что накропал, - произнес он слегка заплетающимся языком.Может ваш радист передать это в Марсопорт сегодня же?

Тони вытащил из печатающего устройства диктофона несколько листков папиросной бумаги и с сомнением повертел их в руках. Грэхэм тихо рассмеялся.

– На этот раз я писал открытым текстом,- сказал он.- Никакого кода. Можете прочитать, если хотите. Здесь две персональные радиограммы и мой новый репортаж, обещающий стать сенсацией века.

– Спасибо,- сказал доктор.- Спокойной ночи.

Он плотно прикрыл за собой дверь и помахал отпечатанными страницами, чтобы привлечь внимание присутствующих.

– Новый репортаж Дугласа Грэхэма!
– пояснил он торжественным тоном и прошел к интеркому, чтобы вызвать Харви.

– Читай!
– потребовал Ник.- И если эта лживая крыса выкинула очередной трюк...

Тони собрался с мужеством, пробежал глазами первую страницу и с облегчением вздохнул.

"Всем коммуникационным службам Марсопорта.

Требую немедленно аннулировать мое предыдущее сообщение в связи с вновь открывшимися обстоятельствами, ставящими под сомнение достоверность изложенных фактов.

Дуглас Грэхэм".

Вторая радиограмма была на имя комиссара Белла.

"Хэмилтону Беллу, полномочному представителю Администрации ПАФ, Марсопорт.

В качестве независимого наблюдателя и представителя прессы настоятельно рекомендую воздержаться от применения параграфа 15 и установки санитарного кордона вокруг Сан-Лейк-Сити. Самостоятельное журналистское расследование привело меня к выводу о полнейшей беспочвенности выдвинутых вами обвинений. Считаю применение параграфа 15 в связи с вновь открывшимися обстоятельствами дискриминационным и юридически неоправданным актом Администрации. Считаю своим гражданским и человеческим долгом представить на суд общественности и официальных кругов все известные мне факты относительно произвола некоторых должностных лиц сразу по возвращении на Землю, если мои аргументы не будут приняты во внимание. Прошу подтвердить принятие радиограммы и сообщить регистрационный номер.

Дуглас Грэхэм".

Триумфальный вопль Ника едва не снес крышу.

– Так чего же мы ждем?
– закричал он.- Где Мими? У нас еще тысяча дел!

– Что это с ним?
– недоуменно спросил вошедший Харви Стиллмен.

Тони не ответил, так как был слишком поглощен чтением третьего, и последнего, сообщения, переданного ему журналистом.

– Это тебе нравится еще больше, чем предыдущие,- тихонько шепнула Анна, незаметно подойдя к нему и остановившись рядом.- Что он там пишет?

Доктор с трудом оторвался от текста и поднял голову. По лицу его блуждала бессмысленная улыбка.

– Прости, дорогая,- сказал он,- я слишком увлекся. Я начну сначала, а ты послушай. И вы все слушайте, друзья!

"Всем коммуникационным службам Марсопорта.

В дополнение к предыдущему, подлежащему аннулированию. Репортаж Дугласа Грэхэма. Заголовок: "Наедине с мутантами". Продолжение следует".

Хеллман прекратил чтение и обратился к радисту:

– Харви, что означает эта казуистика?

Тот на мгновение задумался, потом отбарабанил на одном дыхании:

– Это дополнение к ранее переданной главе о марсианских гномах. Настоящим предписывается аннулировать первоначальный текст и изменить заголовок. А что там дальше-то, Тони?

Хеллман поднес к глазам листок бумаги и продолжил чтение, начав от волнения с середины фразы:

"...административные проблемы, могущие возникнуть в связи с этим грандиозным открытием, представляются незначительными. Весьма удачно, что обнаружившие живых марсиан доктор Энтони Хеллман и мисс Анна Виллендорф являются достойными и уважаемыми гражданами с безупречной репутацией, кровно заинтересованными в том, чтобы сохранить найденную расу мутантов и уберечь ее от эксплуатации. Я намерен употребить все свое влияние для назначения одного из них комиссаром по делам коренного населения под эгидой ПАФ и создания специального административного органа, призванного заботиться о соблюдении интересов племени. Ни в коем случае нельзя допустить повторения тех страшных трагедий, которыми пестрит история колониальной экспансии человечества, когда алчные и недалекие..."

– Вот это, я понимаю, "высокий штиль"!
– одобрительно кивнул радист.Ну хватит, Тони, давай их сюда скорее. Побегу передавать!

Сияющий доктор без возражений передал Харви драгоценные листки, и тот мгновенно испарился.

– Не знаю, кто из вас двоих будет назначен комиссаром,- заговорил Джо Грейси,- но очень надеюсь, что с вашей стороны не возникнет препятствий к всестороннему исследованию популяции мутантов специалистами нашей Лаборатории. Я тут прикинул и думаю, что нам удастся разработать тест по выявлению летальных генов, хотя, наверное, было бы правильней называть их марсианскими генами. В сущности, ничего сложного здесь нет. Берется образец спермы у мужчины, яйцеклетка у женщины, исследуется под электронным микроскопом, и тогда мы будем заранее знать...

– Нет!
– истерически закричала Анна.

Джо испуганно замолчал, остальные замерли в шоке.

– Пойдем, я отведу тебя домой, Энеи,- мягко сказал Тони, беря ее за руку.

Девушка не сопротивлялась. Они вышли на свежий воздух и медленно побрели вдоль по улице.

– Послушай, Энеи,- смущенно пробормотал Хеллман,- я тебя никогда об этом не спрашивал, считал, наверное, само собой разумеющимся, но хотя бы для проформы ответь, ты выйдешь за меня замуж?

– Тони, любимый, не надо об этом, прошу тебя! Когда я рассказала тебе о своем... о своей особенности, я была так счастлива, что думала, у нас все получится. Я надеялась, у нас с тобой все будет как у людей. А теперь я не знаю. Я боюсь.

– Чего ты боишься, глупенькая?

– Чего я боюсь? Я боюсь за наших будущих детей. Я боюсь этой жестокой планеты. Раньше я никогда не боялась. Людское горе и страдания, которые я умею воспринимать, вызывали во мне сочувствие, жалость, иногда отвращение, но ни разу страх! Как ты не поймешь, Тони?! Мне страшно родить ребенка, такого же, как у Полли. Страшно растить его, зная наперед, что рано или поздно он покинет меня и уйдет к с в о и м, которые станут для него ближе и родней родной матери.