Мартиролог. Дневники
Шрифт:
Был Леон. В воскресенье, видимо, я снова отправляюсь в клинику.
Сегодня был Брессон. Очень мило поговорили. Он был очарователен. Обещал прийти еще как-нибудь.
Тоска. Болит голова.
Тоска, тоска!
Звонил Володя Максимов. <…>
Звонил Михал. Боится, что слишком медленно идет перезапись. (Надо позвонить Доману и сказать ему, что если он хочет иметь фильм к Каннам, то он должен нажать на Анну-Лену, которая ничего не делает, чтобы успеть вовремя.)
Утром разговаривал с Софией из Стокгольма.
Из Москвы приехал Никита Михалков и хочет меня видеть. Я не хочу.
Тут как-то Отар Иоселиани объявился. Написал письмо. Я не хочу никого видеть.
Кажется, Слава Ростропович дал согласие Комитету дать концерт в мою пользу.
Завтра — снова в клинику.
Снова в больницу.
Слава Ростропович дал согласие Комитету дать концерт в его пользу.
Ужасный день. Страшная реакция на химиотерапию. Не смог даже сделать ни рентгена, ни облучения.
Звонил Анджей Вайда и хочет меня видеть. Он на неделю в Париже.
25 февраля Сегодня лучше. Сделали рентген и облучение. Врач сказал (д-р Бенбунан), что опухоль и на голове и в груди сократилась на три четверти. Он очень доволен. Хотя вчера! Это тошнота, отчаяние, не боль, а страх, животный ужас, и отсутствие надежды — непередаваемы, как страшные сны. А это не было сном.
Не забыть сказать Ларисе о необходимости Анне Семеновне и Тяпе пойти с паспортами в консульство.
«По определению Жуковского, русская поэзия „есть Бог в святых местах земли“».
«Художник Малевич в свое время составил проект „Культ Ленина“, в котором, в частности, предлагал, чтобы каждый коммунист хранил у себя дома куб — „как напоминание о вечном уроке ленинизма“».
Очень плохо.
Очень плохо.
Март 1986
Переезд домой, в Claude Terrasse. На этот раз было хуже, чем всегда. Один раз — вчера — ездил на процедуры на каталке. Кажется, Леон дал мне чересчур много всего, понадеявшись, что я хорошо переношу лечение. Но на этот раз было хуже, чем всегда, во много раз. В 1.30 уезжаю домой. Надолго ли?
Сегодня на ночь принял два снотворных — и ничего. Проснулся среди ночи — ужасно болит грудь. И уже не мог заснуть больше. А до этого снилось, что кто-то, вернее, много разных людей демонстрируют (как по телевидению) какие-то предметы, посуду и черт-те что. Без конца. Вроде телевизионного каталога продажи какой-то бытовой ерунды. Ужас…
Немыслимо болело все после процедур. Ночью не сомкнул глаз. Вечером пришел Леон, мой ангел-хранитель. Сказал, что на этот раз были очень сильные дозы и химии, и радиотерапии. Выписал мне болеутоляющее и снотворное. Слава Богу, удачно. Я и поспал, и боль уменьшилась почти совсем.
Плохо. Принимал болеутоляющее.
Наташа прислала Флобера — «Искушение св. Антония».
Появилась возможность на три месяца получить бесплатно квартиру в Версале (домик). Это дом матери подруги Криса Маркера. Но — далеко. Как будет ездить Леон и учительница к Андрюше?
Утром вернулся Андрюша. Ездил с Шарлем к нему в имение (150–200 км). Говорит, очень красиво.
Кажется и В. Н. получил квартиру.
Плохо.
Плохо. Думал, что от лекарств болит селезенка, а сейчас мне кажется, что это нижняя доля левого легкого. После облучения?
Звонил Боровский Витя. Собираются с Джудит приехать в Париж.
Доман якобы сказал Маргаретте фон Тротта, что я живу у него в доме, за лечение мне платит правительство Франции и что я ни в чем не нуждаюсь. С тем она и уехала в Америку. Какая-то здесь путаница. Завтра в пять надо позвонить Крису, который приедет поговорить об этом.
Звонил Максимову. Поговорили. Он собирается в Италию.
Плохо: левый бок. Пожалуй, не стоит больше писать о болезни.
Давно не писал. Все время дома. Неважно.
Позавчера должны были приехать Свен с Лейлой и с кем-то из лаборатории — говорить о печати и смотреть полкартины в зале. Я отказался — чувствовал себя нехорошо.
Андрюшка с Ларой — которая страдает из-за сына-маньяка — ходят на фестиваль фантастики, здесь в Париже. И смотрят кошмарную чушь.
(Св. Антоний,
родился 17 января, [см.] Четьи-Минеи;
[о св. Антонии см.] Св. Афанасий Великий — сочинения, том 3.)
Вчера был концерт, данный в мою честь, и прошел с успехом: были Лара и Андрюша. Был Брессон. Передал мне кассету с концертом Баха. Галя Вишневская, обещавшая быть, конечно же не была.
Материальна и жизнь общества: устройство ее прагматично и эмпирично. Плоды же духовной жизни не всегда видимы, неспешны и устремлены вглубь человека. Материальная жизнь развивается случайно, вернее, ощупью: как у червя в земле. Духовная же — сознательно и целеустремленно. А все, что требует усилия, ныне в пренебрежении.
Вчера приехала Кристиана. Хочет, чтобы я надиктовал ей последнюю главу для переиздания книги. Надо также продиктовать ей заявку для Пио, чтобы она перевела ее на итальянский.
Вчера вечером хотел прийти Максим Шостакович, но не пришел.
Гулял целых два часа. Устал. Понял, что не ходил более двух с половиной месяцев.
Был Бруно (архитектор) и предложил еще один ужасный проект. Я ему дал свой и предложил «доработать».