Чтение онлайн

Ничего, я еще добром отплачу. Сочтемся... А пока хоть обед прикажу мужчине отнести. Из хорошего трактира. Пусть кушает.

И - в храм.

***

Куда я идти боялась, так это - туда.

А надо.

Даже не так.

Придется...

Но страшно было до такой степени, что хоть ты иди, лопухи осваивай! Общественных-то туалетов здесь до сих пор нет... может, устроить?

Интересно, а это будет считаться делом, достойным настоящей леди?

С одной стороны - деньги не пахнут, с другой - забота о чистоте и здоровье нации, с третьей... все равно позавидуют и обгадят. Не люди такие, жизнь такая.

Так что к храму я подходила с дрожащими коленками. Страшновато.

Арина мрачно тащилась следом, несла мою сумку со всяким барахлом... ладно!

Рано или поздно это надо сделать!

– Жди меня здесь.

– А мне с тобой не надо?

– Хочешь - зайди, помолись, - кивнула я, доставая из сумки легкую газовую ткань и накидывая на голову. Белую, ничего лучше в лавке просто не нашлось. Подозреваю, изначально это было или шарфом, или шлейфом, а потом, в силу обстоятельств, кусок ткани переделали в платок.

Получилось неплохо.

– А мне и голову покрыть нечем...

– Тогда точно жди здесь, - отмахнулась я. И пошла вперед.

Двери храма послушно открылись передо мной.

Вовремя я.

Служба уже закончилась, поп еще не удрал... недолго думая, я подошла к нему.

– Благословите, батюшка.

Руки сами собой сложились в нужный жест, правая поверх левой, голова склонилась.

– Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, - рука попа легла на мои пальцы.

Я молилась, чтобы ребенок его не цапнул, но малыш вовсе не ощущал опасности. Не задыхался, не нервничал, не переживал... ему было все равно, церковь вокруг или чисто поле.

Мне - тоже.

Интересно, это потому, что Христу тысяча с хвостиком лет, а полозам намного больше? Вполне возможно.

Я коснулась губами надушенной кисти. Ладно, в каждом домике свои гомики. Переживу.

И посмотрела на попа.

Ритуал был свершен, батюшка смотрел на меня.

Был он молод, лет тридцати, русоволос, сильно напоминал лицом орла, а бородой - козла. Есть такие люди, симпатичные, но борода им решительно не идет, хоть ты что делай.

– Что привело тебя в храм, отроковица божья?

Я улыбнулась.

– Батюшка... эммм?

– Николай.

– Отец Николай, я решила богоугодное дело сделать.

– Какое же, отроковица божья?

– Покупаю Туманную Лощинку, распахиваю ее под огород, буду овощи выращивать.

Взгляд у попа был откровенно непонимающим. Ну да, а добро-то в чем. И... что покупаешь?

– Туманную Лощинку?

– Да, батюшка.

– Да ты знаешь ли, отроковица, сколько людей там смерть приняло?

Я тряхнула головой.

– Знаю. Но я и сама знак получила... ангельский.

– Вот как?

– Отец Николай, если вы мне минут десять уделите....

Естественно, уделит. Любопытство у священников орган не последний. Иногда даже первый на очереди.

Меня провели в комнатку, сильно напоминающую кабинет, предложили присаживаться, правда, угощать не захотели, но я и не настаивала.

– Я там была на днях. Приехала посмотреть... я местная, но уезжала. Многое поменялось. Я думала, подойдет Лощинка под мои цели, или нет, и услышала плач.

– Вот как?

Я коснулась детской головки ласкающим жестом.

– Какая-то сволочь... простите, батюшка, бросила там малыша.

Батюшка кивнул. Мол, не извиняйся, чадо, и так ясно, что сволочь в данном случае не ругательство, а точная характеристика.

Я развела руками, мол, сами понимаете.

– Если уж чадо невинное выжило, значит, и нам можно.

Логика хромала, но я во-первых, женщина, а во-вторых, в церкви. Какая им еще логика нужна? У нас половина Библии вся в знамениях.

Мало ли, что туда идти не надо?

Есть знамение?

Топай и побеждай!

– А от меня-то что надо, отроковица?

– Батюшка, освятить бы Лощинку?

– Гхм...

Рисковать своей бесценной шкуркой попу явно не хотелось. Я заулыбалась.

– Я бы уж в долгу не осталась. Да и вы нечистое место прекратите в... богоугодное.
– Так и хотелось сказать 'в свежевычищенное'. Прикусила язык.

– Если получится.

– Как же может не получиться? Дело-то благое!

Как-как... каком!

Это настолько явственно читалось на моське попа, что я едва не фыркнула.

– Батюшка, хотите - мы с вами сейчас съездим?

– Нет, сейчас не хочу. Завтра если только... вы когда хотите ее освятить?

Я подумала.

Завтра мне разговаривать с баронессой Ахтырской, послезавтра пойду оформлять землю... дня через три в самый раз было бы?

Так я попу и сказала.

Тот вздохнул, прикидывая, не составить ли ему заранее завещание. Но согласился.

Поди, откажись!

Хотя мужчина был свято уверен, что ничего не получится. Доедем, да и обратно повернем, вот и все. Я спорить не стала, такие вещи лучше делом доказывать, не словами.

Кстати, за освящение 'проклятого места' с меня взяли десять рублей. То есть назвали цену, а оплата по факту освящения.

Я согласилась.

Ладно уж, репутация дороже стоит.

***

Арина ждала там же, у храма.

А неподалеку отирался храмовый служка. Или - послушник? Кажется, послушник, так их называют. Мелкая шушера на посылках, из которой может и поп вылупиться.

Я хмыкнула.

– Арин, а за священника замуж не хочешь?

– Это как?

– Любому батюшке нужна достойная матушка.

– А я...

– А ты подумай, подумай... в храм сходи, приглядись.

– Это же Храм!

– Вот, значит, и дело богоугодное, - согласилась я.

Аришка зависла. Я потрепала ее по уложенной косе, и выдохнула с облегчением.

В храм я хожу спокойно, сигналка на меня не срабатывает, ребенок тоже себя хорошо чувствует... какая ваша любимая роль в жизни?

Баба-яга в тылу врага.

Вот, так я себя и чувствую.

Но выбора-то нет!

– А как, - открыла рот Аринка.
– Ну... то есть... матушкой стать...