Чтение онлайн

— А что по поводу дыхания? Это вроде важно? — поинтересовался я, пытаясь привыкнуть к непривычно напряженной позе.

— На спортивных соревнованиях — может быть. Там тебе расскажут про задержку на выдохе, — в его голосе прозвучало презрение. — В бою на эту херню нет времени. Твое сердце будет колотиться как бешеное, легкие будут гореть. Ты учишься обрабатывать спуск в естественных паузах между ударами сердца. Ты не борешься с телом. Ты находишь островок спокойствия посреди шторма и работаешь оттуда.

После отработки стойки началась практика с пистолетом. Фрэнк объяснил мне разницу между двумя видами перезарядки.

— Экстренная. Бой в разгаре, затвор встал на задержку. Ты пуст. Твоя задача — максимально быстро вернуть оружие в строй. Движение одно, слитное: палец сбрасывает пустой магазин, он летит на землю — забудь о нем, он тебе жизнь не спасет. Одновременно другая рука уже летит к подсумку, достает полный магазин, вставляет его, ты бьешь по нему ладонью и нажимаешь рычаг затворной задержки. Оружие снова в бою. Норматив — полторы секунды.

Даже с «Мастером-часовщиком» мой лучший результат после десятков повторений был около двух секунд. Мышцам требовалась практика.

— Тактическая. Бой затих. В магазине осталось несколько патронов. Начинать новый бой с полупустым магазином — идиотизм. Ты достаешь полный магазин, подносишь его к пистолету. Затем аккуратно извлекаешь неполный и прячешь его. Только после этого вставляешь полный. Делать все естественно на максимально возможной скорости, но даже так, это медленнее, но ты сохраняешь боеприпасы и всегда готов к новой схватке.

С этим у меня получилось лучше. Более сложная и точная последовательность движений идеально ложилась на мой навык. Фрэнк это заметил.

— Сложнее — значит лучше для тебя. Как часовщик, — пробормотал он себе под нос, но я услышал.

Я также тактично умолчал с расспросами о том, какие именно бои мне предстоят. Это было бы глупо. Это мир Марвел. Здесь опасность не нужно искать — она найдет тебя сама.

Последний час тренировки был самым интенсивным. Фрэнк гонял меня по упражнениям с карабинами до седьмого пота, и его похвала, пусть и скупая, за мою меткость, была лучшей наградой.

— Посмотри на винтовку, — сказал он, взяв AR-15. — Прицел здесь, — он постучал по коллиматору, — а ствол — здесь, на два с половиной дюйма ниже. На пятидесяти метрах это неважно. Но если цель в трех метрах от тебя, и ты целишься в голову — пуля уйдет в грудь. Целишься в глаз — попадешь в подбородок. Это называется механическое смещение. В ближнем бою ты должен инстинктивно целиться выше. Мы отработаем это, пока ты не начнешь чувствовать это на уровне рефлексов.

И мы начали отрабатывать. Я стрелял… много стрелял. Отдача, запах пороха, звон гильз — все это слилось в единый поток. Кульминацией стало упражнение на переход. Когда Фрэнк рычал: «Пуст!», я уже на автомате бросал винтовку на ремень, выхватывал пистолет и продолжал вести огонь. Как сказал Фрэнк, это упражнение, которое спасает жизни. И я был с ним абсолютно согласен.

К концу четвертого часа я чувствовал каждую мышцу. Ноги гудели, руки дрожали от напряжения. Но они помнили. Помнили, как вслепую разобрать «Калашников», как за две секунды сменить магазин на «Глоке», как мгновенно перейти на пистолет, когда в винтовке закончились патроны. Я ушел от Фрэнка не экспертом, но с прочным фундаментом боевых навыков. Я купил не просто куски смертоносного металла, а понятные и предсказуемые инструменты. И теперь, на этом фундаменте, можно было построить настоящее боевое мастерство. Шесть тысяч долларов были потрачены не зря.

Возвращаясь домой за рулем «Хонды», я думал о Фрэнке. Один непростой вопрос не давал мне покоя: он уже Каратель или еще нет? Вспоминая его манеру держаться, говорить, его сухой, мрачный юмор, я приходил к выводу, что нет. В нем была жизнь. Была ярость, была дисциплина, но не было той мертвой, выжженной пустоты, о которой я читал в комиксах. Оригинальный Каратель — это глубоко печальный и сломленный персонаж, отринувший человечность. А этот Фрэнк был живым. А значит, у него было, зачем жить.

С вероятностью в 90 % его семья была в порядке. И было бы чертовски хорошо, если бы так и оставалось. Не из чистого альтруизма. Стабильный Фрэнк Касл — ценный и надежный контакт. Каратель — это просто стихийное бедствие. Так что да, когда-нибудь, когда у меня будет достаточно сил, нужно будет подумать, как подстраховать его семью. Но это мысли на будущее…

Приехав домой, я посмотрел на свои, уже ставшие любимыми, наручные часы. 6:11. До приезда курьера Лукаса оставалось двадцать минут. Я быстро сходил в душ, смывая с себя пот и пороховую гарь, и переоделся. Мышцы приятно ныли. Фрэнк сказал, что, несмотря на мою врожденную (приобретенную, но ему об этом знать не стоит) меткость, мне нужно будет тратить пару часов в неделю в тире. Пристреливаться, оттачивать навыки.

Ровно в 6:30 к дому подъехал неприметный грузовой фургон. Двое молчаливых парней в рабочей одежде быстро и профессионально выгрузили все купленное. Мой гараж мгновенно превратился из относительно просторной мастерской в склад высокотехнологичного оборудования. Часть коробок пришлось даже занести в дом — места катастрофически не хватало.

Когда фургон уехал, я остался один посреди своего нового арсенала. Время близилось к семи вечера. Я посмотрел на вакуумную камеру, на промышленный миксер, на рулоны арамидной ткани, на ящики с химикатами.

Все части на месте. Все инструменты готовы. Вопрос теперь в том, чем заняться…

Вечер воскресенья. Время, когда нормальные люди позволяют себе расслабиться перед началом рабочей недели, собравшись с семьей или друзьями. Но я уже давно выпал из категории «нормальных». Пока я отдыхаю, какой-нибудь Драугр точит свой топор. Пока я сплю, Танос делает еще один подход на бицепс. Локи плетет свои хитроумные интриги, а Галактус, не обремененный моралью, выбирает на ужин очередную планету с миллиардами разумных существ.

Я бы и рад был прилечь на пару часов — от этого мир точно не рухнет. Проблема в том, что за последние полторы недели во мне произошла лавина радикальных изменений, и дело не только в условных кровососах, напугавших меня до седых волос. Мое обновленное девятнадцатилетнее тело буквально вибрировало от избытка энергии, которую отчаянно хотелось куда-то направить. И мое сознание, помнящее жизнь взрослого человека, требовало, чтобы эта энергия была потрачена рационально.

Дров в этот костер подкинул навык «Мастер-часовщик». Он даровал не просто точность рук, а состояние потока — способность полностью концентрироваться на задаче, отрешаясь от всего остального мира. И вишенка на торте — простое, но всеобъемлющее осознание: я в мире Marvel. В мире, где вампиры — даже не среднее звено в пищевой цепочке. И у меня есть читерская Система, способная вылепить из меня если не бога, то как минимум полубога.