Чтение онлайн

– И чего только тебя Феликс так боится? – сказал Борра. – Ты ведь сам идешь к нему в лапы. Ему от тебя никакой опасности.

– Мне бы мушкет и я бы тогда показал ему опасность, – неожиданно произнес Хура.

Три тролля недоуменно смотрели на него, ожидая объяснения к слову мушкет. И в голове Хуры созрел план, как убедить их помочь ему в спасении Маши и Вали. Он вспомнил все, что видел в оружейном музее в мире Маши и все что рассказывал ему об оружии Валентин.

Фурио, Хиро и Борра слушали Хуру затаив дыхание и жадно ловили из его рта каждое слово. Хура рассказал им все, что знал об оружии из мира Маши. На это ушел почти час.

– Я думаю, что мог бы изготовить такой мушкет, – сказал Хура, закончив свой рассказ. – Только вот насчет пороха не очень уверен.

– Тогда какой в этом смысл? – возразил Борра.

– Смысл в том, что Валентин, возможно, сможет помочь нам с этим, – ответил Хура. На самом деле он не совсем был уверен в этом, поэтому и уточнил, что лишь возможно.

– Ни за что я не пойду спасать человека! – рявкнул Фурио.

Хура сделал еще несколько жалких попыток убедить троллей, но все было тщетно.

Было еще темно, когда в камеру к Маше и Валентину вломились несколько солдат и заставили их подняться с коек. Очевидно, это было связано с приказом повелителя Феликса об отправке пленных в Подземелья Северных Зон.

Маша не знала что это за подземелья, но одно только слово подземелье, давало понять, что это не самое приятное место. Вероятно, находилось оно где-то на севере. Маша сразу вообразила, что там должно быть очень холодно. Слово зоны ассоциировалось с тюрьмой.

Их вывели на городскую площадь. Там располагалось несколько больших телег, некоторые в виде решеток. В двух таких телегах-решетках сидело по одному, закованному в цепи, троллю. Еще один такой мобильный карцер был пуст. Как и догадалась Маша, он предназначался для нее и Валентина.

Другие телеги оказались с открытым верхом и предполагались для людей и поклажи. Судя по всему, в Подземелья Северных Зон доставлялись не только пленные, но и служащие люди и провизия. Вокруг суетились вооруженные солдаты. Те из них, кто не был занят погрузкой, готовили своих лошадей.

– Шевелись! – раздался командный женский голос.

Маша закрутила головой пока не нашла взглядом Жанну. Она была верхом на серой в яблоках лошади. Рядом с ней, тоже верхом, находился повелитель Феликс. Оба они подъехали к Маше и Вале, когда тех бесцеремонно заталкивали в решетку на колесах.

– Надеюсь, я хорошо дал понять, насколько эти пленные важны, – произнес Феликс своим приятным голосом.

Жанна кивнула.

– Уверяю вас, повелитель, они будут доставлены до пункта назначения в целости и сохранности.

Колдун тоже кивнул.

– Я возвращаюсь во дворец и обязательно передам от вас приветствие королю, – сказал Феликс. Он развернул своего вороного и легким галопом направился прочь.

– Шевелись! – прикрикнула Жанна. Она обращалась к солдатам. Те копошились возле телеги с Машей и Валентином.

Когда все было готово, и караван тронулся, рассвет только занимался. Маша с Валей широко открывали рты не в силах сдерживать зевоту. Однако уснуть Маша уже не рассчитывала. Во-первых, телегу сильно трясло, а во-вторых, с тех пор как они угодили в плен людям, их ни разу не накормили. В желудке неприятно посасывало. Маша с горечью вспоминала, что тролли в плену которых они были ранее, в отличие от людей, не скупились на еду.

К счастью люди тоже не стали пытать их голодом (слишком долго). Не прекращая ход колонны, в их решетчатую карету закинули несколько кусков хлеба и большую флягу с водой. Несмотря на тряску, пленные жадно набросились на эту подачку. И хотя об изысканности этой трапезы говорить не приходилось, голод сделал свое дело – они слопали все до последней крошки и опустошили флягу.

Утолив немного голод, Маша с Валентином начали негромкую беседу. Они делились своими наблюдениями о мире Хуры и гадали о своей судьбе. Маша очень надеялась, что Хура не оставит их в беде и постарается выручить. Валентин же был уверен в этом на сто процентов. Кроме того и сами они надеялись убежать если такая возможность представится.

Путь их не прекращался ни на минуту. Телеги двигались без остановки. Маша заметила, что скорость их постепенно повышалась. В какой-то момент сложилось ощущение, что движет их не несколько запряженных лошадей, а настоящий легковой автомобиль, например, новая Ауди Натальи.

Это казалось Маше довольно странным. Она была уверена, что лошади должны нуждаться в отдыхе и уж точно не могли двигаться с нарастающей скоростью столь продолжительное время. Позже она узнала, что Повелитель Феликс приложил к их каравану свою магическую длань. Зачаровал и скакунов и телеги.

Судя по солнцу, они были в пути уже половину дня. И хотя получившие магический заряд лошади были готовы двигать колону дальше, Жанна скомандовала привал. Все нуждались в том, чтобы передохнуть, подкрепиться и размять кости. Все, кроме пленных, разумеется. И Маша с Валентином и оба закованных тролля оставались в своих клетках.

– Но мне нужно в туалет, – взмолилась Маша.

– Нужно так нужно, – кивнула ей Жанна, даже не моргнув.

– Так выпустите ее, – попросил Валентин.

– Нет! – замотала головой Жанна. – Повелитель четко дал понять, что вы очень важны и должны быть доставлены в целости, сохранности и цепях.

О цепях, вероятно, она говорила фигурально. Ребята были в клетке, но без наручников. В отличие от троллей они не представлялись Жанне такими опасными существами, способными проломить путь к свободе.

Маша даже захныкала, так сильно ей хотелось в туалет.

– Заткнись, – бросила ей Жанна. – Хочешь писать – писай. Но…

– В целости и сохранности! – неожиданно строгим голосом произнес Валентин.

– Что?

– Это значит, она не должна заболеть, – Валентин многозначительно поднял одну бровь.

– К чему ты клонишь? – раздраженно огрызнулась Жанна.

– Есть такая болезнь, – протянул юноша. – Называется цистит. И она, эта болезнь…

– Довольно! – перебила Жанна. – Я знаю, что такое цистит. И если она обмочится немного, то ничего такого не случится.

– Но, – крайне неуверенно возразил Валентин.

– Никаких но! Цистит – это микробная болезнь!

Валентин явно не ожидал, что Жанна разбирается в таких вещах как микроорганизмы. Ему нечего было сказать, и он замолчал, тупо таращась на рыжеволосую воительницу и моргая.