Чтение онлайн

От нежности и восторга Машиного взгляда щемит в груди.

— Ты настоящая женщина, Маш. Как тебе удаётся свести всю злость на нет, сгладить все углы?

— Быть учителем нелегко. Наши профессии немного похожи.

— Ты настоящий соратник, - смеюсь я.

В этот момент я понимаю, что женюсь на этой женщине. Что хочу прожить с ней всю жизнь, воспитывая детей, внуков. Встретить с ней старость.

От волнения сердце скачет как сумасшедшее. Подавляю в себе порыв встать на одно колено и предложить ей руку и сердце.

Сейчас нужно поговорить о другом и я молю всех Богов, чтоб Машка поняла меня правильно. Она такая рассудительная.

Дверь с грохотом открывается, прерывая наше уединение.

Подскакиваю от громкого звука открывшейся двери и замечаю на пороге привлекательную ухоженную женщину с брезгливым выражением на красивом лице. Ее черты мне немного знакомы, это чувство так неуловимо, но я не понимаю, что происходит. Чувствую, что происходит какое-то событие, не касающееся меня, но очень знакомое Мише, потому что он напрягается и отпускает меня.

— Медведев, ты бы хоть закрывался, когда тискаешься со своими шлюхами, - разлетается по кабинету звонкий недовольный голос.

И тут я отчетливо понимаю, кто эта женщина.

— Леля, будь так любезна, закрой дверь с той стороны, - цедит Миша сквозь зубы. Между ними улавливаю поединок взглядов.

Женщина, ничуть не смутившись закрывает дверь, но не как Миша просит, а проходит по кабинету, огибает меня, словно я невидимка, разглядывая интерьер.

— Ну ты молодец, конечно, - женщина разводит руки в стороны, осматриваясь вокруг.
– Такой красивый кабинет, все стильно и со вкусом. Лизка помогала с ремонтом?
– щебечет она, приближаясь к Мише и обнимает его. Я стою в стороне, будто на экране телевизора наблюдаю кино.

Миша с раздражением сбрасывает ее руки.

— Леля, какого хрена ты тут делаешь?

— Зашла навестить любимого мужа, а что нельзя?

— Нельзя. Уходи отсюда.

— Миш, - женщина приседает на стул и закидывает ногу на ногу.
– Не горячись так. Мы должны решить наши разногласия ради Лизы. Настало время поговорить по душам. Девушка, - обращается она ко мне. Я словно выхожу из оцепенения и поворачиваю голову на звук ее голоса.
– Освободите кабинет, пожалуйста. Не видите, у нас личный разговор.

— Личный?
– я словно в прострации нахожусь. Переспрашиваю на автомате.

— Конечно личный!
– смеется она.
– К майору жена приехала.

Перевожу изумленный взгляд на Мишу, его зрачки расширяются. На лице отчетливо написана растерянность и вина.

Что происходит?

— Ты ей не сказал?
– звонко смеется эта женщина.
– Ах, да, не нужно посвящать шлюх в подробности своей семейной жизни.

На меня словно ушат дерьма вылили.

— Маша не шлюха, Алена, - Миша злится, выделяет интонацией ее имя, словно провоцирует женщину.
– Это классный руководитель Лизы и моя женщина. А вот ты будь любезна, выйди отсюда. Ты кажется к дочери приехала? Вот и катись отсюда. Лизы здесь нет.

— Жена?
– мой тихий, почти плачущий голос раздается среди канонады их громких голосов тихим шелестом.

— Маш, я тебе все объясню, - выставляет руки вперёд Миша. Умоляюще смотрит на меня.

— Не надо, - сглотнув комок, застрявший в горле, проговариваю убитым тоном.

— А вы та самая… - женщина рассматривает меня пристально с головы до ног.
– Дочка рассказывала мне про вас. Что ж. Ваши услуги больше не требуются, - наконец выносит вердикт она.
– Воспитанием дочери я займусь сама.

И эти слова как контрольный выстрел в голову срывает все мои сомнения.

— Пока, Миш. Желаю счастья.

Разворачиваюсь и выхожу из кабинета. Звуки Мишиного голоса, зовущего меня и другого, женского, осаждающие его, тонут в гулком шуме, что стоит в моей голове.

Это какой-то кошмарный сон. Сейчас я проснусь в своей квартире на любимом шелковом фиолетовом постельном. Миша обнимет меня, прижмёт к себе крепко и скажет, что никогда не уйдет из моей жизни. Не бросит, не даст в обиду.

— Маш, подожди, - нагоняет меня майор возле выхода из здания.
– Она внезапно приехала, я не успел тебе рассказать.

— Ты поэтому сорвался среди ночи? К ней?
– отворачиваюсь, пряча набежавшие слезы.

— Маш, я волновался за Лизу. Неизвестно, чтобы произошло, если бы она не приняла мать.

— А она приняла?
– глотаю ком в горле и понимаю: конечно же приняла. Это же мать.

— Да. Я не могу препятствовать, Маш. Лиза имеет право побыть с матерью.

— Конечно.

Предатели. Все вокруг предатели.

— И что дальше, Миш? Ты вернешься к ней?

— Маш, - вздыхает он и чешет затылок, - Это все сложно…

— Сложно значит! Иди к своей жене, товарищ майор!
– выкрикиваю в лицо растерянному Мише. Резко открываю тяжелую металлическую дверь навстречу свежему весеннему воздуху.

Боюсь, что Миша пойдет за мной, но этого не происходит. Не останавливает, не убеждает, что все это неправда.

На ватных ногах выхожу из здания РОВД и направляюсь в сторону Анжелкиного дома. Она знает, какие слова найти, чтоб утешить, подскажет, что делать. В прошлый раз я согласилась на авантюру в виде регистрации на сайте знакомств. Я больше не поступлю так, но никогда в своей жизни я не пожалею о содеянном.

— Давай, - перекрикивает Анжела громкую музыку, звучащую из колонок клуба и поднимает в руке стопку с шотом.
– За нас красивых, за них неверных!

Мы опрокидываем в себя приторно-сладкую тягучую жидкость. Бармен сказал, что от них отшибает память напрочь, обещал вызвать нам такси. Столик усеян короткими стопочками с разными шотами.

Свет софитов рассекает пространство, бегающими лучами падает на танцующих на площадке людей. Девчонки с блестящих платьях извиваются на танцполе, мужчины сканируют их изучающими взглядами. От этой атмосферы мне не по себе, я ведь домашняя от кончиков пальцев до волос на голове. Но настроение дерьмовое настолько, что сидеть дома и жалеть себя становится невыносимо. Хочется крушить все вокруг и кричать от злости. На саму себя за то, что поверила Мише, что у нас все серьезно, а он просто хотел развлечься. На Мишу, что так воспользовался моей доверчивостью. Мне ведь не так просто было впустить его в свое сердце. Но он подкупил меня своей улыбкой, ласковым взглядом выразительных карих глаз, нежным шепотом на ушко во время величайшего удовольствия моей жизни, которое он доставлял мне раз за разом. Я поверила ему!!! Лежала утром с глупой улыбкой на лице, обнимала подушку, пахнущую Мишей и представляла нашу совместную жизнь. Малыша с его красивыми глазами и моей доверчивой улыбкой.

Дура! Дура! Дура!

Горько так, потому что мечты разрушены громким издевательским хохотом матери Лизы, до сих пор звучащим в моей голове. И даже громкие басы от которых дрожит столик и пространство вокруг не заглушает этот гадкий хохот и растерянный взгляд любимых карих глаз…

Анжелика весь день ходила по школе сама не своя, а я плохая подруга вместо того, чтобы выяснить, что у нее стряслось, рванула к Мише в отделение. Так рада была его видеть. Задыхалась от счастья, когда он обнял меня. Как родную. Как будто соскучился. Так сладко.