Чтение онлайн

– Макс! Ау-у-у! Ты чего молчишь, почему Чак не появился, бро?

Я думал. Мысли склеивались, как переваренные макароны, и разобрать что-то среди этого было невозможно – одно наслаивалось на другое. Еще эта истерика друга. Боже.

– Макс, ответь! – Стас не на шутку разволновался.

– Да прекрати ты уже тараторить! Мне нечего ответить тебе, поэтому и молчу. Я пока сам не понял. Чего орать-то? – я продолжал массировать и растирать лоб, стимулируя умственную деятельность. – Думаю тебе пора звонить брату, пусть покупает нового Чарльза.

– Что ты хочешь этим сказать? – Стас побледнел.

– А то. Хвостатый должен был появиться пятнадцать минут назад, до прыжка – но его нет, как видишь.

Стас нахмурился, соображая:

– Ну-у и где он? Почему же он не появился?

– Вот этого я как раз и не понимаю. Он исчез, растворился, аннигилировал! Только волоски и эта перхоть… Если бы он сгорел, например, остался бы пепел, тепловой след какой-нибудь. Я вот не вижу следов. Пфу-уфф. Нужно успокоиться.

Я открыл последний сохраненный видеофайл на смартфоне: на видео Чак спокойно сидит в клетке – затем вспышка, и запись прерывается… Стас молча достал из кармана свой смартфон:

– Хм. У меня то же самое… Так что ты думаешь, он жив?

– Я думаю: раз нет его тела, то по всем правилам его можно считать пропавшим – судя по всему мы его все-таки переместили. Но куда-то не туда… – я сочувственно посмотрел на друга.

– А вернуть-то Чака как теперь? – не унимался Стас.

– Купить нового. Дай мне время подумать, пожалуйста. Ладно? – и я уселся за ноутбук.

Друг, нахмурившись, еще постоял какое-то время за спиной, сопя и действуя тем мне на нервы, затем схватил переноску и направился к выходу.

– Ты в магазин?

– Да в магазин, куда еще?.. Я через пару часов вернусь.

– Пам, пам, па-а-а-ам… – я взял маркер, блокнот и изготовился штурмовать чертоги разума: мне предстоял мозговая атака с кучей неизвестных. – Так приступим же. Мы потеряли испытуемого, и нам необходимо его найти: задача ясна.

На всякий случай я еще раз обследовал место и даже заглянул на антресоли – в надежде на невероятное или ловкость Чака. Если бы он не исчез, то, по крайней мере, эксперимент можно было бы считать полностью провальным; а так, получается, он не завершен – или завершен неправильно. В любом случае нужно понять, где этот паршивец скрывается.

Я нарисовал прямую, изображающую течение времени, в конце линии поставил жирную точку: это – настоящее. Затем от настоящего прочертил стрелку обратно на произвольный участок линии и поставил там риску – теоретически здесь находится сейчас Чак. Что-то проклевывалось, я глядел пристально то на риску – то на точку и снова на риску: туда-сюда, пока в мозгу что-то не щелкнуло.

– Нас там нет… Никого. Мы все тут – в настоящем. – я взглянул на схему по-другому – Предположим, что как наблюдатель я нахожусь здесь и теперь, в настоящем, – я ткнул маркером в жирную точку, сделав ее еще больше, – причинно-следственная связь, одно следует за другим неизменно. Это исключает «ложное срабатывание», так сказать, ведь всегда можно остановиться в последний момент и избежать последствий. Значит, Чак просто не мог появиться раньше, чем его отправили. Но, предположим, после случившегося перемещения Чака мы все – все земляне, черт возьми, – остались в своем времени, тогда как Чак успешно транспортировался в прошлое. Похоже, при всем желании мы бы не смогли встретить его: так как нас там уже не было.

Мурашки пробежали по спине.

– Он что, выходит, там совсем один?.. – я представил его в мире пустом и безжизненном, – конечно, если эта теория верна. Возможно, он обречен умереть запертым в клетке – от голода, в одиночестве. Может быть там нет и воздуха, фотонов, несущих свет – нет ничего кроме тьмы…

Чертовщина какая-то! Нет, должно быть, я что-то упускаю из виду…

– А если мы есть в каждом моменте времени? В виде бесконечного объема информации, тянущегося шлейфом из кадров всех прошедших событий, с самого момента сотворения вселенной и по настоящее. Шлейф, в котором сохранен каждый миг. Можно перемотать пленку назад и возобновить просмотр с любого момента. – У меня закружилась голова. – Похоже это уже слишком. Но тогда почему?..

Это была настоящая мозголомка.

– В глазах каждого отдельного человека он сам и есть главный наблюдатель всего, центр, вокруг которого все вращается. Для крысы мир ее восприятия перенесся вместе с ней: ее настоящее теперь там – но и мы, значит, вместе с ней, в ее мире… Хм, в НОВОМ мире… А это уже больше походит на теорию мультивселенной, блин.

Я встряхнул голову.

– Господи боже, почему так сложно? Почему же еще никто досконально не разобрался в этой временной галиматье? Во всех этих запутанных парадоксах: убить дедушку или встретить самого себя, или переспать с собственной матерью и стать собственным отцом… Почему никто не написал основные правила, где учел бы все эти нюансы? Открыть справочник в библиотеке и прочесть необходимую информацию, как было бы здорово. Ведь абсолютное большинство мечтает иметь машину времени: пишут рассказы, снимают фильмы, строят теории – и все как попало, на свой лад.

И пока что это – просто пустые домыслы, гипотезы.

Но одна мысль все-таки зацепилась – на счет будущего – и, возможно, я могу проверить ее. Только нужна была еще крыса.

Набрав номер Стаса, я застал его на пороге дома племянницы, идущим вернуть нового Чака в лоно семьи. Я уговорил его повременить с этим и привезти животное ко мне, пообещал ему не аннигилировать хвостатого в этот раз. Порой можно и приврать – ради общего блага. Чак номер два должен мне помочь с ответами.

Я отогнал грустные мысли и стал повторно готовить машину.

Через час новая крыса-космонавт сидела в клетке.

Приборы привычно гудели и мигали контрольными огнями, а мы снова стояли за укрытием. Включать видеозапись не стали. Вместо шлема я надел маску сварщика, а Стас отвернулся и зажмурился, еще и плотно прикрыв руками глаза. Без прелюдий, чтобы меньше думать о зверьке в клетке, на счет «раз» я повернул переключатель…

Мы были готовы и знали, чего ожидать. У меня заложило уши, видимо изменилось атмосферное давление. Стас все равно увидел вспышку. Меня не ослепило, но тем не менее разглядеть что-либо в этот момент было невозможно – слишком уж свет поглотил все вокруг. Присмотревшись в полумраке рабочей зоны, мы заметили умывающегося грызуна – как ни в чем не бывало он шустро двигал розовым носом, вставал на задние лапки, принюхивался и озирался по сторонам.

– Он жив! – от крика друга над ухом я чуть было не оглох. – Ага! Значит, ты был прав, бро!

Я предполагал, прыжок в будущее невозможен – по той причине, что прыгать некуда: самого будущего еще нет. Грядущее непредсказуемо, оно меняется каждую секунду в настоящем. И мы, похоже, только что доказали это. Это было легко.

– Да, выходит так, – удача придала уверенности.

По-моему, будущего нет вообще. Нельзя любоваться ненаписанной картиной. Внося данные в компьютер, дату и время будущего, я просто печатаю ничего не значащие цифры. Автоматика машины срабатывает, как и положено, вхолостую высвобождая заряд, но ничего не происходит.

Все мифы и киношные стереотипы про машину времени рушились на глазах. Перемещения во времени, предполагал я, осуществимо только в прошлое. Прыгнуть в будущее даже на мгновение – нельзя. Так что узнать что ждет нас впереди, увидеть развитие и гибель цивилизации или полюбоваться закатом гигантского красного солнца, облизывающего огненным языком Землю – все это можно было осуществить теперь только в воображении сценаристов и писателей-фантастов: машина времени работает в одну сторону – и точка. Такой запрет, как ни парадоксально, является неким ремнем безопасности, созданным самой природой и уберегающим нерадивых сорвиголов от бездумных скачков в будущее: ведь, в отличие от прошлого, оно неизвестно, и там, куда ты вздумал отправиться, может стоять дом или находиться кипящее жерло вулкана – все, что угодно.