Чтение онлайн

Венкелас повернулся ко мне лицом и подался вперед, разглядев типичный наряд ловцов и трапперов. Казалось, даже взгляд его изменился, стал острее, внимательнее. И было отчего: и охотники, и следопыты считались знатными перекати поле. Таким всегда было что рассказать о собственных странствиях. Проницательность пожившего на свете хозяина харчевни и то, сколь быстро он оценил ступившего на порог гостя, висящее на поясе оружие, сноровку и воинские умения, могли принести мне немало неприятностей, но вызвали лишь улыбку. Венкелас, судя по возникшему на его лице и в глазах воодушевлению, уже готов был усадить меня за ближайший столик и забросать парой-тройкой миллиардов вопросов. Подобная бесхитростная искренность вызывала уважение. За все годы странствий — самостоятельно и на службе — я повидал немало трактиров, постоялых домов и их владельцев. Венкелас выделялся из их числа. Не расхваливал свое заведение без меры, стараясь во всем угодить дорогим гостям, но и губы не поджимал от излишней скаредности, пытаясь с каждого постояльца урвать побольше золотых.

— Мир вашей земле и вашему небу, — поклонился я, выказывая свое уважение хозяину корчмы. Мужчина вежливо склонил голову мне в ответ:

— Попутного ветра в твои крылья.

Так на приветствие отвечали только враны, но не мои соплеменники. И такой ответ сказал мне о том, что Венкелас наверняка в курсе и о том, кто я на самом деле такой, и о том, с какой целью отец хотел видеть меня в Бухтарме.

— Надолго ли задержишься в нашем городе, исав…

— Свир Горчень, — правильно понял я заминку харчевника и назвался именем того, чью внешность присвоил на этот раз.

— Подготовить ли тебе спальню на втором этаже моего скромного дома, исав Горчень? — поинтересовался Венкелас?

За его участливой интонацией мне слышалась спокойная сила — в молодости Венкелас, как и я сам, побывал в числе откупных, отдав десять лет своей жизни на службе во дворце ллаэрла. Так что я не был склонен считать этого мужчину безобидным корчмарем, с образом которого он, надо полагать, за долгий срок сжился. Недаром же хитрый прохиндей — мой папаша — выбрал именно его едальню в качестве места моего проживания.

Я бросил мимолетный задумчивый взгляд вокруг, словно размышляя над ответом или обдумывая дальнейшие планы, а на самом деле оценивал реакцию посетителей на свои слова:

— Думаю, на пару дней задержусь, упакую как следует добытое, встречусь с главой общины, раз уж он так настойчиво меня зазывал, да отправлюсь обратно в цивилизацию, — с вальяжной неспешностью и некоторым столичным ханжеством ответил я, будучи твердо уверен, что каждое слово и даже интонация уже к вечеру будут известны, пожалуй, всем заинтересовавшимся моим появлением. А я подожду и понаблюдаю, кто же клюнет на эту немудреную наживку. Сколько понадобится, столько и подожду. В Бухтарме у меня имелось лишь одно важное дело — встреча с отцом, а терпения мне было не занимать. У ловцов и трапперов это, в принципе, нужное для сохранения жизни и здоровья качество.

— Это твое окончательное решение, княже? — ровно спросила я, с трудом сдерживая свой норов в рамках этикета.

— Не злись, Яра. Представитель Службы передал мне совмещенные маго-генетические карты — и твою, и Агнии. Вы обе подходите выбранному ллайто, но процент совпадений у тебя все-таки ниже, чем у нее. Конечно, я не стану принуждать сестру, но буду рад, если она станет гарантом договора.

— Я не злюсь. Лишь интересуюсь — это слово владыки или лишь один из возможных вариантов?

— Я еще раздумываю.

— Если так, то откажись от своих планов, Умир. Они не осуществимы.

— Да почему? — вспыхнул брат, не желая прислушиваться к моим словам, хотя прежде всегда принимал во внимание мое мнение. — Агнешка княжна. Любой мужчина, ставший ее супругом, будет считать себя счастливчиком.

— О, конечно, — саркастически ответила я. — Ровно до тех пор, пока не станет понятно, что она не способна стать матерью и подарить своему мужу детей. Как отреагирует на такое нарушение магическая составляющая договора, м? Накажет тебя или Агнию?

— Не будет никаких наказаний! Пройдет время, и наша сестра смирится, примет свое положение, возможно даже полюбит своего супруга. А много лет спустя и вовсе будет с иронией вспоминать о своих опасениях.

Я удивленно воззрилась на брата, как, впрочем, и Светава, и Юрас. Сидела, молча разевала рот, не в силах от возмущения выдавить из себя ни звука. На помощь мне пришла княгиня.

— Любимый, мы точно говорим сейчас о младшей княжне? Ты действительно считаешь, что твоя сестра готова исполнить супружеский долг? Мне кажется ей не по силам будет даже перетерпеть консумацию брака, не говоря уже обо всем остальном… — Светава выразительно кивнула каким-то своим размышлениям. — Она совершенно точно пока не способна разделить ложе с мужчиной. После того, что княжна пережила в ночь покушения она больше напоминает мне наивное дитя, а не женщину, осознающую, что такое плотская страсть. Без сомнения, Агния — прелестна, однако стать чьей-то женой она не сможет.

Умир растерянно переводил напряженный взгляд с меня на жену.

— Сегодня я нашла ее в слезах из-за того, что она думала, как быстро убить себя, когда ее вынудят принять участие в обряде единения! — с закипающей в голосе яростью поддержала я Вету.

— Яра, вы не мещанки из провинции, — холодно выговорил брат. — Вы обе наследные княжны и связаны определенными обязательствами перед своей страной. От вас требуется выполнять свои обязанности, как бы не хотелось от них увильнуть. Так что Агнии придется смириться!

— Да ты, я вижу, стал достойный владыкой. Поздравляю! — едко ответила я, твердо встречая гнев Умира и не собираясь опускать глаза, будто провинившаяся. — Конечно, в силу своего недуга Ния в твоей полной власти, ты вправе распоряжаться ее судьбой, однако я приложу все усилия, чтобы помешать тебе окончательно сломить ее!

— Вот даже как… — напряженно выдохнул мой венценосный брат, мгновенно успокаиваясь и задумчиво покусывая кончик большого пальца. — Значит, вы обе категорически против? Что ж, хорошо! — Умир с силой хлопнул ладонями по краю стола, рывком поднялся и шагнул к стене с огромной и очень подробной политической картой мира. — Взгляните-ка сюда.

Палец его уткнулся в карту княжества западнее Дыя. Белое пятно пролегало от Луцка до самых гор, а размера мужской ладони, попытавшейся закрыть ее на карте, для этого не хватило.

— Когда-то давно здесь были обжитые земли — житница нашего княжества. Затем повсеместно стали появляться трохиды. Чивыркуйский перешеек стал чрезвычайно опасен. Жители тех мест оставляли дома и переселялись. После возведения щитового заслона, плодородную землю того района вновь нужно использовать, однако в княжестве нет таких смельчаков. Отправлять в тот район преступников — значит рано или поздно получить мятеж. Хватает и огненных рудников на границе с Кхаа-Шаргом. Если эта земля по договору отойдет ллайто, у Люты появиться богатая провинция. Империя перестанет считать эти земли своими, а Альянс использовать их в качестве материковой базы для своих пиратских делишек. Но все это возможно только если договор все же вступит в силу. Вы ведь в курсе, что сейчас Люта — крупнейший закупщик зерна и муки? Два последних десятилетия отец попытался уменьшить этот процесс, заменяя пшеницу на кукурузу, но ожидаемых результатов это решение не дало. Вы знаете, что княжество на грани голодного бунта? Еще несколько лет и начнется дефицит хлеба! Представляете, насколько снизятся налоги и цены на зерно, если мы хотя бы частично перейдем на самообеспечение? И если это возможно после согласия моей сестры выйти замуж за указанного в договоре морфа, я костьми лягу, но не дам ей отказаться. Ллайто переселятся сюда.

По моему распоряжению уже выведены сорта пшеницы, которые можно будет выращивать на земле с засушливым и чрезмерно жарким климатом. Исследования и полевые испытания дают благоприятный прогноз — до десяти тонн с гектара поля. Это значительно снизит зависимость государства от импорта продовольствия, выведет сельское хозяйство на гораздо более высокие показатели.

Еще давайте поговорим о Дыйском хребте. Эти горы — кладезь медно-порфировых руд с высоким содержанием молибдена. Уфлейское месторождение золота, серебра, платины было известно за пределами Люты. В Дые добывали магнитные железняки и бокситы, магнезит и доломит, слюду. Про дыйские самоцветы даже не нужно говорить — о них знают даже самые ленивые. Малахит, яшма, топаз, аметист, турмалин, изумруд и александрит — это только короткий список того, что можно там добыть. Номинально горы принадлежат княжеству, но казна не имеет с них ничего, а разработку вообще ведут все, кому не лень! Ллайто семь столетий нарабатывали опыт горных и геологоразведочных работ. Они сумеют взять контроль над месторождениями. Промышленность и экономика Люты нуждается в этом. Вы обе в курсе, что с нашей стороны границы огненные рудники практически исчерпаны? В курсе, что максимум через сотню лет выработки придется закрыть? И что мне предстоит ради предотвращения катастрофы? Превращать Дый во фронтир для ссыльных? Пытаться углубиться на территорию драгов и отнять их часть месторождений? И к чему это приведет? Недовольство Китежа, который считает Кхаа-Шарг своим союзником? Бунты и восстания на богатейшей земле? А в итоге очередная гражданская война, при которой в стороне не останется никто из крупнейших держав? И все это вместо мирного взаимовыгодного соглашения, скрепленного ритуалом единения? И кем я останусь в истории собственной страны?