Чтение онлайн

Мужчины вышли из кабинета, направляясь на Хаунслоускую пустошь.

Поздним вечером воздух сделался влажным, а предзакатное солнце окрасило пустошь в оранжевые тона, придав наемной карете столь же темные и зловещие очертания, как и стоявшему возле нее Роттерхэму. Шаль Мэриэнн затерялась где-то внутри кареты, и холод, просачиваясь сквозь тонкие муслиновые рукава платья, продирал до костей. Веревка, которой Роттерхэм связал ей руки за спиной, не давала пошевелиться. Как она ни старалась растянуть ее, дотянуться пальцами до узлов, веревка не поддавалась. Кучер был давно отослан, и они приехали сюда одни.

Роттерхэм снова сверился со своими карманными часами:

— Без пяти четыре. Осталось совсем недолго, моя дорогая. И вся эта… неприятность… останется позади. Вы вернетесь к своему мужу.

Мэриэнн хотела верить ему, но не могла. Ни на секунду. Несмотря на весь его сдержанный, спокойный вид и обнадеживающий голос. Даже если он не лжет, оставалось одно маленькое дельце — документ, который был у отца, вокруг которого все вертелось, хотя он превратился в пепел. Но Рейф должен что-то придумать, Мэриэнн не сомневалась в этом.

Солнечный диск начал скрываться за горизонтом, озарив небо ярко-розовым светом. Пустошь замерла в ожидании, ни пения птиц, ни промелька летучей мыши. Даже окрестные улицы Хаунслоу стихли, словно затаив дыхание. Прозвучали четыре слабых удара церковного колокола, и, когда солнце спустилось еще ниже, а великолепный свет заката начал меркнуть, на горизонте показался одинокий всадник. Он скакал прямо со стороны солнца, и казалось, сам рожден солнцем. Фигура в темном плаще галопом двигалась в их сторону, исполненная решимости и не ведающая страха. Когда он подъехал ближе, Мэриэнн увидела так хорошо знакомую ей старомодную треуголку, черный шелковый платок, закрывавший лицо, и пистолет, который он сжимал в высоко поднятой руке. Она почувствовала, как сердце прыгнуло от радости. Рейф приехал за ней!

Роттерхэм потянул ее за руку, поставив перед собой, как щит от пуль, и приставил свой пистолет к ее голове.

— Очень забавно, — сказал он, бросив взгляд на разбойничье облачение Рейфа. — И даже как-то уместно.

Рейф спрыгнул с лошади.

— Соблаговолите положить оружие. Вот сюда.

Роттерхэм показал место на таком расстоянии, откуда невозможно было быстро взять пистолет.

Рейф колебался, и Мэриэнн понимала почему.

— Я понимаю, у вас есть основания не доверять мне, мистер Найт. Но боюсь, я не смогу убрать пистолет, пока не буду уверен в том, что вы разоружены. Мой палец на курке, и он может устать. А мне бы этого не хотелось, тем более леди Мэриэнн стоит так близко.

Рейф бросил пистолет туда, куда указал Роттерхэм.

— И все остальные тоже. Будьте так любезны, сэр. — Голос Роттерхэма звучал мягко, а холодная рука спокойно лежала поперек лифа Мэриэнн. Она чувствовала сладковатый запах табака, исходивший от его одежды, и знакомый тяжелый запах одеколона.

Рейф вытащил из кармана два пистолета и бросил их рядом с первым. Он стоял лицом к лицу с Роттерхэмом, безоружный и бесстрашный, насколько можно было судить по дерзкому наклону его головы под низко надвинутой шляпой. Мэриэнн почувствовала, как внутри у нее все сжалось от страха. Но она боялась не за себя. Все мысли сосредоточились на Рейфе и на том, какая опасность ему угрожает. И хотя от легкого прикосновения пистолетного дула к волосам она чувствовала покалывание на коже головы, сердце радовалось тому, что, пока Роттерхэм целится в нее, он не сможет стрелять в Рейфа. Мэриэнн пристально смотрела на мужа, каждый нерв замер в напряженной готовности к малейшему намеку на движение руки герцога.

Рейф поднял руки вверх, демонстрируя, что в них ничего нет. Потом, двигаясь медленно и четко, чтобы Роттерхэм ясно понимал его действия, вытащил из-под плаща документ.

— Разверните его. Положите на землю передо мной. И без глупостей, не подходите слишком близко.

«Роттерхэму нельзя доверять», — нашептывал Мэриэнн внутренний голос. Каждая частичка ее тела напряглась, желая освободиться от веревок и спасти Рейфа. Роттерхэм, должно быть, уловил ее движение и стиснул ее еще крепче.

— Спокойно, дорогая, — прошептал он ей на ухо.

Рейф подошел ближе. Мэриэнн замерла в ожидании, что он достанет еще один пистолет неизвестно откуда и застрелит Роттерхэма. Или быстрым неожиданным ударом собьет его с ног. Но человек, от которого бежали самые отпетые бандиты, одолевший семерых человек голыми руками, лишь досконально выполнял требования Роттерхэма. В тот миг она поняла, что он не сделает ничего такого, что угрожало бы ее жизни.

Долговая расписка, лежавшая на земле, выглядела очень похоже. «Копия копии», — подумала Мэриэнн и молила Бога, чтобы Роттерхэм ни о чем не догадался.

«Прошу тебя, Господи! Прошу тебя!»

— Благодарю вас, мистер Найт. — Ей показалось, или Роттерхэм вздохнул с облегчением.

Рейф не произнес ни слова, только смотрел на него со спокойной решимостью.

Момент настал. Роттерхэм думал, что получил документ. У него была Мэриэнн и заряженный пистолет. Рейф стоял перед ним безоружным. Мэриэнн напряглась. Воздух застрял в горле. Сердце остановилось.

— Все кончено, — произнес Роттерхэм.

Мэриэнн ждала, что он нажмет на спусковой крючок, и грянет выстрел. Она только не знала, куда он будет направлен — ей в голову или Рейфу в грудь. Уловив легкое движение руки герцога, она зажмурилась, желая оказаться его целью.

Однако выстрела не последовало. Роттерхэм ослабил хватку и выпустил ее. Мэриэнн открыла глаза и на мгновение застыла на месте, не в силах поверить. Между тем он слегка подтолкнул ее вперед.

— Забирайте ее, — сказал он тихим голосом, в котором слышалось очевидное сожаление.

Мэриэнн подбежала к мужу.

Рейф спрятал ее за спину, заслонив собой от Роттерхэма. Потом, мрачно кивнув герцогу, повернулся к ней и быстро повел к своей лошади, не переставая держаться между ним и Мэриэнн.

Они уходили, Роттерхэм не пытался их остановить, как и обещал. Они были уже почти свободны, всего пять шагов. Первый раз с того момента, как Рейф положил документ на землю, Мэриэнн позволила себе робкую надежду. Возможно, Роттерхэм говорил правду, и им с Рейфом удастся выбраться из этого кошмара живыми.

Четыре шага. Может быть, Роттерхэм действительно решил уехать на континент и больше никогда не возвращаться.

Три шага. Может быть, действительно все обойдется.

Ей захотелось оглянуться на мужа. Еще два шага — и она сможет сделать это. Еще два шага — и они уже на лошади. Еще два шага — и безопасность.

Раздался выстрел, разорвавший тишину пустоши.

— Нет! — Мэриэнн обернулась и увидела, что Рейф, прижимая к груди руку в перчатке, повалился вниз на колени. — Нет! — Но он уже упал лицом в траву.

А перед ней в облаке бело-голубого дыма, не сходя с места, стоял Роттерхэм с дымящимся пистолетом. Мэриэнн до крови стерла себе руки, пытаясь разорвать веревки, которыми они были связаны, но ничего не получалось. Она не могла освободиться, помочь мужу. Мэриэнн упала на колени рядом с ним.