Чтение онлайн

Особый блок составляют обращения Василия Славчикова к своей мачехе, впоследствии ставшей его соавтором: Катрин, Кэт, Китри. А еще Китти, Катарина и Кэто. Так повелось с самого начала, когда она выходила замуж за Васиного отца.

Ср.: – Называть вас тетей Катей смешно, а Екатериной Сергеевной – напыщенно <…> надеюсь, у вас хватит чувства юмора на восприятие моих собственных вариантов вашего имени; Вы как, любезная Китти, урок выучили?; Вы, мадам Катрин, собираетесь мне помочь?; Что я слышу, безумная Катарина?: А вы, безмолвная Катарина?: У вас, дорогая Катрин, стиль не лучше; Да не вас, Кэт. выдумываете тоже; Откуда у Вас эти барские замашки, уважаемая Китри?

В тексте есть культурно-речевые оценки отдельных обращений. Автор оценивает не только степень этикетной допустимости, но и эмоционально-экспрессивную окраску обращений: Слава терпеть не мог, когда к водителям обращались «шеф» или «командир», да вдобавок на «ты», считая это оскорбительным и неприличным панибратством.

В романе «Соавторы» используется образный потенциал языковых фразеологизмов.

Фразеологические единицы вводятся в предложение в готовом виде, без изменений, как, например, в диалоге Короткова и Каменской:

– Аська, чего-то я не догоняю. Зачем искать Николая, если Погодин нам его сдает с потрохами.

– Погодин – опытная крыса. Его голыми руками не взять.

Фразеологические единицы подвергаются разного рода трансформациям. Трансформация происходит за счет расширения левого контекста: У старушки было двойное дно. Трансформация происходит за счет расширения правого контекста: У тебя стало одним подозреваемым меньше: баба с возу – и кобыла бежит налегке; Настя носилась с идеей шантажа как с писаной торбой. а она лопнула. Трансформация происходит за счет вставки элемента: – Ну в нашей семье тоже не без урода. – засмущался подполковник. Трансформация происходит за счет изменения грамматической формы слова, входящего в состав фразеологизма: Кадровику… долго мылили шею и требовали признаться, сколько денег ему заплатили (фразеологизм намылить шею).

Арсенал тропов невелик. В речи автора и в речи персонажей зафиксированы единичные сравнения с нестандартным объектом. Например, сравнение употребляется при описании городского пейзажа: Октябрьская вечерняя Москва была темной, мокрой и блестящей, как черный плащ во время дождя.

В речи Каменской объект сравнения воспроизводит ритуал советских времен: Все наше МВД на уши встанет, как пионерский лагерь по сигналу горниста.

Развернутые метафоры раскрывают сложный, мучительный процесс анализа тайны преступления: Логические построения казались ей запутанными… упирающимися даже не в тупик, а в вязкую топь <…> Настя боялась сделать неосторожное движение, ведь когда под ногами болото, любое усилие ведет к тому, что мы проваливаемся еще глубже.

Для образного воспроизведения психологического состояния персонажа в текст вводятся стандартные метафоры, получающие образную конкретизацию. Приведем пример из разговора Норы, жены крупного предпринимателя, с Каменской, расследующей убийство знакомой Норы:

– Запер меня в золотую клетку. <…> Я ведь эти два часа как в другой жизни провела, из клетки вырвалась, с нормальной женщиной разговаривала;

– Бедная испуганная птичка. Ей уже известно, что убийца открыл и закрыл квартиру.

Стандартная метафора может употребляться и без конкретизации: Зачем же меня прямо в пасть к леопарду толкаешь?; Егор Витальевич… начал раздражаться, хотя до этого был вполне мил и пушист.

Авторские метафоры не обладают сложностью. Основа переноса осознается без труда: Владимир Иванович Славчиков был просто механизмом, конгламератом молекул, вырванных из привычной среды и несущихся в неизвестность.

Анализ тропеических средств приводит нас к выводу о стандартности образного мышления автора.

ПОДВЕДЕМ ИТОГИ

Романы Александры Марининой объединены образом Насти Каменской, в котором отражены особенности русского женского типа постсоветского периода.

Сложная разветвленная фабула романа призвана отразить взаимную зависимость друг от друга людей, казалось бы, разобщенных в современном социуме, а также потенциальную крими-нализованность всех сфер жизни.

Современное общество показано как конфликтное, переживающее смену глубинных приоритетов. Но по-прежнему в цене оказываются крепкие профессионалы (Каменская и ее коллеги). Их усилиями рутинная монотонная работа по расследованию преступления завершается успешно.

Помимо обязательного для детектива пафоса восстановленной справедливости, в романе важен пафос смирения перед универсальными законами бытия.

Темпоральная композиция текста романа «Соавторы» обладает определенными особенностями: включение романного времени в реальное настоящее создает органический для массовой литературы эффект достоверности; организация времени относительно истории персонажа (группы персонажей) и в связях с совершенным преступлением (преступлениями) соответствует жанру детектива; структурирование самостоятельной темпоральной цепочки расследования преступления (преступлений), кульминацией которой является момент озарения, выдвигает на первый план читательского восприятия Настю Каменскую – героиню романов Марининой.

В тексте реализуются группы жанрообразующих ключевых слов; ключевое слово материалы выполняет текстообразующую функцию: оно выступает как средство связи элементов детективного сюжета.

Будучи произведением массовой литературы, текст обладает формульностью. В романе «Соавторы» употребляются следующие основные виды формул:

• повторяющиеся вербальные сопроводители образа персонажа, способствующие узнаванию персонажа и в то же время создающие впечатление одноплановости, схематичости данного образа;

• переходящая в штампованность вербальная однотипность внешней характеристики разных персонажей;

• стереотипный отбор и стандартная сочетаемость характеризующих прилагательных;

• ориентированные на массовое обыденное сознание расхожие вербальные стереотипы и цепочки хода мысли;

• корпоративные профессиональные стереотипы.

Автор с уважением относится к литературной языковой традиции. В тексте отсутствуют грубые языковые и этические ошибки. Вместе с тем стандартность вербального выражения мысли преобладает над средствами образного воспроизведения действительности. Функция занимательности вытесняет эстетическую функцию.

Основной источник

Маринина А. Соавторы: Роман. М.: ЭКСМО, 2004.

Жанр иронического детектива получил широкое распространение в отечественной массовой литературе начиная с 80-х годов XX века во многом под влиянием произведений польской писательницы И. Хмелевской. Иронический детектив характерен преимущественно для «женской» прозы (см. произведения Д. Донцовой, Г. Куликовой, И. Александровой, М. Беловой, Е. Басмановой, Л. Лютиковой, Ф. Раевской и др.).