Чтение онлайн

Конфликты между полицией и армией ещё не прекратились полностью, но взаимодействие уже более или менее походило на сотрудничество. Однако появилась новая болевая точка – противостояние между министерством обороны и Генеральным штабом армии. Ведомства делили полномочия, а служащие, как обычно, становились крайними. Поскольку я отвечал за связи с общественностью, то для работников нашего учреждения разработал специальный значок. По моему разумению, знак должен отражать единство между управленческим аппаратом и армией.

Мой значок появился первым в армии. И, конечно, по его поводу разгорелись споры. Каждой детали значка я придал своё значение. Синий цвет обозначал мир, треугольник – Корейский полуостров. В самом центре треугольника большая звезда: она обозначала генеральное командование. Маленькие белые звёздочки символизировали наших людей, которые любят носить светлую одежду. Между маленькими звёздочками – белая лента как символ нашей армии, которая оберегает людей и всегда с народом. Кроме того, я оформил большой плакат на здании Главного штаба, где иероглифами написал: «Я вернулся в свою страну!»

Я был абсолютно уверен, что подобная символика способствует укреплению чувства патриотизма. Многие считали, что иногда я перегибаю палку – например, за то, что продвигаю по службе истинных корейцев, а не тех, кто при японцах жил хорошо. Я открыто давал понять, что никогда не поддержу прояпонские настроения, а тех, кто скучал по порядкам Японской империи, увольнял без промедления…

Как-то чудесным осенним днём 1947 года решил заскочить в один сеульский ресторанчик. Как только вошёл внутрь, меня окружили официанты. Вежливо поприветствовали, помогли раздеться, взяли у меня фуражку и проводили за свободный столик.

– Что за дела? – завопил кто-то из зала. – Чего вы там возитесь с ним? Это всего лишь майор!

Я обернулся. За одним столиком сидела компания дородных подвыпивших мужиков. Они разглядывали меня и, похоже, были готовы к конфликту. Я подошёл к их столику, подсел к ним, зажёг сигарету и принялся разглядывать наглецов. Эти идиоты продолжали веселиться – посмеивались надо мной, отпускали в мой адрес откровенно грубые шуточки.

– Я хотел бы представиться, чтобы в будущем вы знали, с кем имеете дело, – сказал им. – Да, я действительно простой майор. А фамилия моя Чой. Запомните её, джентльмены!

После этого я затушил сигарету и резко схватил за шиворот того, кто сидел ко мне ближе всех, без лишних слов поволок его к выходу. Его дружки опешили. Скорее всего, их поразило, с какой лёгкостью я смог выпихнуть из заведения такого здоровяка. Я швырнул его на асфальт и, пока он приходил в себя, вернулся к остальным. Тех уже и след простыл… Я ухмыльнулся, сел за свободный столик и заказал себе выпивку. О да, я был доволен собой! Уже не взрывался, как пацан, по любому поводу – учился вести себя достойно и рассудительно даже в конфликтных ситуациях.

Позднее официантка принесла бутылку хорошего вина. Сказала, что вино от одного посетителя заведения, который решил уйти пораньше и хотел бы извиниться за недостойное поведение. К вину прилагалась визитная карточка: «Чо Су Ха, преподаватель дзюдо. Профессиональная школа полиции». Я расспросил официантку об этом человеке. Он был постоянным посетителем этого заведения, из той самой компании, которая цеплялась ко мне в начале вечера. Вспомнил этого «преподавателя» – и улыбнулся.

***

Вражда между министерством обороны и Главным штабом армии накалилась до предела: все хотели получить как можно больше власти. Министерство обороны контролировало не только всю действующую армию, но и полицейские структуры страны. Естественно, министерство несло ответственность и за все военные поставки. Главный штаб армии, по сути, оказался подчинённой организацией, не обладающей особыми полномочиями. В штабе была необходимость только во время военных действий. Всем понятно, что в мирное время штаб армии – лишняя структура. Ирония в том, что штаб укомплектован первоклассными сотрудниками, а они-то как раз необходимы нашей стране.

В то время главными американскими советниками были полковник Прайс, который целиком и полностью поддерживал министерство обороны, и лейтенант-полковник Барос, защищавший интересы штаба, – цапались они постоянно. Существовало единственное решение проблемы – чётко разделить обязанности и полномочия двух структур. Благодаря неимоверным усилиям обеих сторон наконец было достигнуто соглашение о разделении обязанностей. Обязанности по сохранению порядка и мира в государстве, охрана рубежей страны, контроль внутриполитической жизни страны возложили на министерство обороны. Главному штабу армии предстояло взять на себя административную работу.

Самый лакомый кусок – интендантство. В любом государстве нет ничего более экономически выгодного, чем снабжение армии. За поставки развернулась натурально война. На должность ответственного офицера претендовали все корейские военнослужащие. Но каково же было удивление, когда должность занял американец – майор Марш. Решение выглядело особенно несправедливым, так как конкретно за меня голосовали все высокопоставленные корейцы. Мою ярость было не унять! Я ворвался в кабинет майора Марша и устроил там драку. Нас быстро разняли, но я успел как следует врезать и Маршу, и ещё нескольким его офицерам.

Меня взяли под арест. Однако у меня оказалось много сторонников, поэтому судить меня как простого солдата не вышло. После недолгих разбирательств я получил выговор и вернулся к своим обязанностям. И вскоре – представьте себе! – меня назначили помощником того самого майора Марша, который отвечал за поставки в армии.

***

В 1948 году Южная Корея получила поддержку ООН и сформировала собственное правительство. В этом же году военную полицию переименовали в национальную армию. Затем последовала отставка генерала министерства обороны Ю Донг Рю. Генерал Ю был любимцем народа, известным патриотом. Он начинал карьеру в маленьком, тогда ещё провинциальном, правительстве Шанхая в Китае. Опытный правитель, он по праву занимал своё место в министерстве обороны. Его сменил основатель движения молодёжных патриотических клубов генерал Ли Бум Сук.

Вскоре после инаугурации новый премьер-министр переименовал министерство обороны в министерство национальной обороны. Из-за непримиримых разногласий снял с поста генерала Сонг Сан Хо, а на его место назначил полковника Че Бьюнг Дага. В руках полковника Че оказалась вся власть в армии. Сначала убрали старого и опытного полковника Ли Юнг Джана, выслав в самый отдалённый край Корейского полуострова. Меня собирались убрать следующим, поскольку я был правой рукой генерала Сонг Сан Хо и контролировал финансы целой армии. Я руководил логистикой, закупками, заготовкой боеприпасов и медицинскими поставками. Но теперь я знал все ходы и выходы, и меня не так-то легко было вышвырнуть. Мне доверяли американские советники, и не было никакого официального повода для моей отставки.