Чтение онлайн

Я с сомнением покачал головой, но мой консультант не обратил внимания.

— Вот и отлично! И не бойтесь того, что говорят некоторые…

— Вы о чём?

— Да, так… ни о чём.

Я остановился.

— Не уж. Теперь говорите.

— Некоторые будто бы видят чудовищ во время… хм, перемещения. Но это неправда. Всего лишь галлюцинации, вызванные изменениями на квантовом уровне. Они даже на состоянии мозга не отражаются. Просто картинки. Ничего больше.

Я открыл глаза.

Серый предрассветный сумрак заполнял дом. Геб посапывал в своей кровати, Юджа тихо дышала на лавке у стены — спала. Всё было спокойно.

А у меня в голове крутились слова того инструктора.

«Галлюцинации. Просто картинки».

Чушь какая. Я видел ту тварь и видел её не один раз. И старухина дверь… там было то же самое.

Своё перемещение с Земли на орбитальную станцию я не помнил. Слишком сумбурно, слишком быстро всё происходило. К тому же я перемещался «грузом». В состояние связывания входили другие люди — «основная матрица». Мы — те, кто тоже отправился в экспедицию, просто уснули, введённые в искусственный сон. Мог ли я тогда что-то видеть? Или это касается только тех, кто напрямую участвует в процессе? Скорее второе. Но как связаны перемещения и глубокая медитация? Я понимал, что в них есть что-то общее, но полной картинки не складывалось.

Я ещё немного полежал размышляя. Решил, что тварь не галлюцинации. Тварь существует. Буду считать так. В конце концов, лучше ожидать угрозы и быть к ней готовым, чем наоборот.

Я сел на лавке, потёр лицо. Спать больше не хотелось. Тело ломило после вчерашней стройки, но голова была ясной.

Осторожно, стараясь не разбудить спящих, я оделся, проверил нож и резак, сунул в карман несколько кристаллов — на всякий случай. Засов отодвинул бесшумно, дверь приоткрыл — и выскользнул наружу. Только сейчас понял, что вчера не предусмотрел механизма закрытия засова снаружи. Пришлось просунуть кончик ножа в щель между дверью и косяком, подцепить доску, служащую засовом, и аккуратно сдвинуть её. Удалось поставить в скобу самым кончиком, но дверь держалась, просто так уже не распахнёшь. И то ладно.

Утро встречало сыростью и туманом. Молочная пелена скрывала дальние дома, растекалась за околицу. Я быстро зашагал к южной границе, где уже привык выходить из деревни.

Лес принял меня сразу — тишиной, прохладой, лёгким шелестом листвы. Сквозь туман огромные стволы казались ногами великанов.

Тропинка, ведущая к поляне Лимы, нашлась удивительно быстро. Я почти не искал — ноги сами вывели на нужный путь.

Интересно. В прошлый раз я плутал, а сегодня вышел прямо на тропу. Может, Лес запомнил меня? Или место как-то «привязалось» ко мне?

Я оглянулся. Других тропинок видно не было. Только одна — моя. Если, у каждого, кто способен медитировать и копить раду, есть своё место, то Лес не пускает туда чужих.

Поляна встретила меня всё той же идеальной круглой формой и серым камнем в центре. Рада ещё не танцевала в лучах солнца — солнце только начинало вставать, — но воздух уже был напоен ею. Я чувствовал этот сладковатый, чуть пряный вкус на языке. Видел лёгкое, словно сонное кружение пыли.

Зачем пришёл так рано? Не хотел сидеть дома? Я вдруг понял, что мне сложно подойти, сесть на камень и начать медитировать. Тень твари в бездне преследовала меня, а воспоминания из прошлой жизни только подлили масло в огонь.

Я решил немного размяться. Если не готов к духовным практикам — начинай с физических.

Приседания, отжимания, растяжка. Тело слушалось лучше, чем в прошлый раз, несмотря на вчерашнюю серьёзную нагрузку. Но при этом мышцы чувствовались, словно говоря: «мы у тебя есть», суставы двигались свободнее, не щёлкали и не скрипели.

Система отозвалась через некоторое время:

[Физическая форма улучшилась.

Общее состояние тела: хорошее]

Я усмехнулся. Даже здесь, в этом мире магии и кристаллов, обычная физкультура работала.

— Рано сегодня, Ган.

Голос раздался за спиной, и я вздрогнул. Обернулся.

Лима стояла на краю поляны, прислонившись плечом к дереву. В серо-зелёной накидке, с колокольчиками на подоле, с лёгкой улыбкой на губах. Она выглядела так, будто ждала здесь всю ночь. Но я точно не видел её, когда пришёл.

Сквозь просветы в ветвях прокрался первый луч. Ещё бледный, тонкий и неуверенный. Но в нём тут же закружилась рада. А я и не заметил, как наступило утро.

— Ты всегда так бесшумно подходишь? — усмехнулся я.

— Когда хочу — да, — Лима отлепилась от дерева и плавно, словно танцуя, двинулась ко мне. — Не спится?

— Дел много, — ответил я. — Мысли всякие.

Лима уселась на камень рядом, подобрав под себя ноги. Колокольчики тихо звякнули.

— Рассказывай.

Я посмотрел на неё. В утреннем свете её глаза казались не чёрными, а тёмно-фиолетовыми. Красиво. И страшно одновременно.

— Лима, — сказал я. — Можно спросить?

— Можно.

— Сколько тебе лет?

Она удивлённо приподняла бровь.

— Вот с чего ты начинаешь разговор?

— Просто интересно.

Лима задумалась. На мгновение её лицо стало серьёзным, даже отстранённым.

— Этому телу девятнадцать, — наконец сказала она.

— Телу? — я уцепился за это слово.

— А ты хотел спросить что-то другое? — она усмехнулась. — Не бойся, Ган. Задавай прямые вопросы. Я отвечу. Если захочу.

Я выдохнул. Игра в прятки закончилась.

— Ты богиня? Из новых богов?

Лима посмотрела на меня долгим взглядом.

— А есть старые?

Она подловила меня на незнании так легко, будто чётко понимала границы.

— Не представляю. Для меня и новых не существует.

— Тогда зачем спрашиваешь? Поверишь ли в ответ?

— Я постараюсь, — улыбнулся я. — Но не обещаю. Возможно, придётся доказывать.

Лима рассмеялась мелодично и чисто, как горный ручей.

— А ты не промах, Ган. Или лучше использовать другое имя?

Вопрос застыл в чёрных глазах, снова изучающих меня, как под микроскопом. От этого стало зябко. А может, это просто утренняя прохлада так подействовала. Поверю ли я, если она назовётся богиней?

— Можно Ган, я уже привык. Так что насчёт тебя?

— Это не так просто, как кажется, — после долгой паузы произнесла Лима.

И я вдруг понял, что этого достаточно. Она не просто так, не абориген из деревни. Она — нечто большее. Но я решил попытаться понять.

— Попробуй объяснить. Вдруг пойму.