Чтение онлайн

Такую же операцию неизвестный провернул на Знаменской площади, что у Николаевского вокзала* в Санкт-Петербурге. Автомобиль, который из-за плотного потока так и не смогли опознать по камерам, чуть задержался у тротуара. К сожалению, здесь портал раскрылся полностью.

* Название Московского вокзала до 1924 года. До 1930 года именовался Октябрьским. Тогда же Знаменскую площадь переименовали в Площадь Восстания.

На связь я посадил Алису. В ее распоряжении оставалась резервная команда теневых рыцарей. Я дал ученице артефакт, способный вызвать их в любую точку, где она окажется сама. Также ее страховал Кару Голотс, контактировавший всегда и со всеми. Он существовал одновременно на всех планах бытия, так что именно к нему кинулась Арина, которую ограничивал Астрал.

— Уже больше сотни проколов! — душа Гипербореи не могла скрыть волнение. — Я не справляюсь, милый мальчик. Ну успеваю блокировать их все! А твой отец тоже, мягко говоря, занят! В Питере резня. Сделай что-нибудь, пожалуйста!

— Алиса, я сейчас открою портал к вокзалу, — сообщил Кару. — Я там, к счастью, был. Тебе придется разобраться со вторжением самостоятельно. Я подскажу тебе заклинание, но ты закроешь прокол сама.

Полицейский поручик Ларцев выстрелил в черную зубастую морду твари, что неслась на него во весь опор. Пистолет устало щелкнул, не найдя патрон. «Все, — подумал полицейский, — отвоевался». Страха он не чувствовал. Вокруг гибли люди. Много людей. А он выпалил всю обойму в голову твари, что походила на огромную псину без шеи, слепленную из маслянистой субстанции вроде загустевшего машинного масла.

Ларцев не стал закрывать глаза, выронив ненужный ствол, он потянулся к ножу, понимая, что не успеет его достать. И тут произошло странное: голова монстра сама собой отделилась от тела, отлетев далеко в сторону. Туловище рухнуло к ногам поручика, корчась в предсмертных судорогах.

Поручик подобрал табельное оружие. Вокруг происходило то же самое — невидимые клинки рубили монстров в капусту. Разрез в пространстве, испускавший фиолетовый дым, затянулся. Будто кто-то склеил бумагу. Ларцев со мстительным удовольствием заметил, как склейка эта разорвала пополам очередную масляную псину, лезущую на площадь откуда-то из невообразимых далей.

За спинами мечущихся людей он не рассмотрел, кто тот чудесник, что только что спас Петербург. Но ему хотелось бы поблагодарить спасителя.

В то же время Манежную площадь, чудом избавленную от резни, пересек офицер СИБ в штатском. Он прошел через арку на Красную Площадь, еле заметно вздрогнув. Но момент слабости остался позади, и агент уверенно пошел дальше, чеканя шаг по каменной мостовой, с заметным интересом поглядывая по сторонам.

Примерно на середине площади он остановился, заглядевшись на собор Василия Блаженного. Потом присел на корточки, поправляя шнурки на ботинке. Никто и не заметил, как он выбросил из кармана горсть блестящих бусин из белого металла. Они весело попрыгали по камням в направлении Кремлевской стены.

Подойдя к пропускному пункту, офицер предъявил удостоверение.

— Капитан Резников, вам отведены Боровицкие ворота, — проворчал проверяющий. — Уж извините, но Спасская башня вам не по чину.

Но заветную кнопку страж все-таки нажал, и Резников проследовал в сердце Российской Империи. Идти пришлось не слишком далеко, очень скоро по дороге ему попался небольшой стеклянный павильон, плохо вписывающийся в старинный антураж этого места. Там капитан вновь предъявил пропуск.

— Витя, привет! — сказал часовой куда более приветливее. — Иди быстрее, тебя Покровский ищет. Чего ты к телефону не подходишь?

— Сломался, гад, — спокойно ответил капитан. — Сейчас новый получу.

— Короче, шуруй, одна нога здесь, другая там. Такое творится по всей стране, день будет долгим.

— Не сомневаюсь, — хмыкнул Резников и прошел по коридору.

Уже через несколько метров его шаги стали куда менее уверенными. Он вглядывался в таблички на дверях, морщась, будто вспоминая что-то. Это не помешало ему достичь нужного коридора. По крайней мере Покровский вышел из своего кабинета как раз в тот момент, когда капитан показался из-за поворота.

— Витенька, дружок, где тебя носит?

— Господин советник, — четко, по-военному отреагировал капитан, — я получил важную информацию о текущем кризисе. Мне кажется, мы должны немедленно известить императора!

— Прямо-таки императора? — прищурился Покровский. — Сейчас к нам Бобров присоединится, и расскажешь, что там за новость.

— Бобров? — переспросил капитан. — Очень удачно!

Генерал показался в конце коридора. Вид у него был взъерошенный. В тот самый момент, когда все трое увидели друг друга у Боброва зазвонил телефон.

— Сергей Геннадьевич, — зазвучал в гаджете взволнованный женский голос. — Это Юля, то есть капитан Градова.

— Я понял, что случилось?

— Физик, то есть капитан Резников, в общем Витя тяжело ранен!

— Как так, — удивился на миг генерал, глядя на Резникова в паре десятков метров от себя.

Но уже через миг Бобров выверенным движением достал пистолет.

— Коля, на пол, быстро! А ты, сука, не двигайся.

— Черт! — пробормотал ложный Резников, — слишком рано!

Он резко достал из кармана стеклянную палочку. В тот же миг Бобров начал стрелять, пули вонзились самозванцу в плечо и бок. Но все же он успел пальцами переломить стекляшку пополам. И тут же Кремль вздрогнул. Ложный Резников кинул обломки палочки на пол, она разлетелась на облако мелких осколков, часть из которых попала Покровскому на лицо и руки.

Очередной толчок искусственного землетрясения, и с самозванца слетела личина агента Физика. На самом деле он выглядел как вполне благообразный светловолосый джентльмен.

Из кармана он вытащил какую-то сложную конструкцию с красным камнем в основе и провернул какую-то ее деталь вокруг оси. Раскаленная воздушная волна сбила с ног Покровского и Боброва. поток протащил генерала по полу, несколько метров. Но пистолет он не выронил, и как только удалось остановиться, продолжил стрельбу. К сожалению, пули вязли в невидимой защите, что образовалась вокруг блондина, и падали на пол.

— Что ж ты не уймешься! — проворчал диверсант. — Дай делом заняться!

Он достал бусину, типа той, что штурмовали Кремлевскую стену, и швырнул ее в Боброва. После этого блондин повернулся к Покровскому. Но там уже стоял, загораживая советника, Беринг.

— Курак! Как долго я тебя искал!

— Твою мать, носорог! Что ж ты всюду свой рогатый нос суешь? — в сердцах выпалил блондин. — Мы с тобой поговорим, потом, если захочешь!

Невесть откуда у Курака в руках появился кинжал. Блондинчик взмахнул им вертикально. Пространство перед ним распахнулось, будто распоротая ткань. Блондин, истекая кровью, рванулся в эту дыру, и она мгновенно заросла за ним.

— Николай Александрович, вы живы? — кинулся Беринг к советнику, корчившемуся на полу.