Чтение онлайн

Мы исполнили его просьбу, а он отошел к дверям.

– Значит, с порога рукоятка была хорошо видна. И вы и Паркер заметили ее сразу?

– Да.

Пуаро направился к окну.

– Электрический свет в комнате был, следовательно, включен, когда вы нашли тело? – спросил он, не оборачиваясь.

Я подтвердил это и подошел к нему. Он рассматривал следы.

– Узор на подошвах ботинок капитана Пейтена совпадает с этими отпечатками, – сказал он, отошел на середину комнаты и окинул все быстрым опытным взглядом. – Вы наблюдательный человек, доктор Шеппард? – спросил он вдруг.

– Да, – сказал я удивленно, – так мне кажется…

– Я вижу, что в камине горел огонь. Когда вы взломали дверь кабинета, пламя угасло или горело ярко?

Я смущенно усмехнулся:

– Право, не заметил. Может быть, мистер Реймонд или майор…

– Надо действовать методично, – с улыбкой покачал головой Пуаро. – Я напрасно задал вам этот вопрос. От вас не ускользнет ничего, когда речь идет о пациенте, у мистера Реймонда я смогу узнать, не случилось ли чего с бумагами. Каждому свое. Чтобы узнать о камине, мне следует обратиться к тому, кто им занимается. Вы разрешите? – Он позвонил.

Через минуту появился Паркер.

– Кто–то звонил, сэр? – спросил он неуверенно.

– Входите, Паркер, – сказал полковник Мелроз. – Этот джентльмен хочет задать вам несколько вопросов.

Паркер перевел почтительный взгляд на Пуаро.

– Паркер, когда вы с доктором Шеппардом взломали вчера дверь и нашли вашего хозяина мертвым, огонь в камине горел ярко?

– Нет, огонь почти угас, сэр, – тотчас ответил Паркер.

– Ага! – сказал Пуаро почти с торжеством. – А теперь, мой добрый Паркер, посмотрите вокруг: все ли здесь осталось в том же виде, как было в тот момент?

Взгляд дворецкого обежал комнату и задержался на окнах.

– Шторы были спущены, сэр. Горел электрический свет.

– Так, – одобрительно кивнул Пуаро. – Еще что–нибудь?

– Да, сэр. Это кресло было немного выдвинуто.

Он указал на кресло с высокой спинкой, стоявшее в углу между окном и дверью. (Я прикладываю план кабинета.)

– Покажите мне – как?

Дворецкий отодвинул кресло от стены на добрых два фута и повернул его так, что сиденье оказалось обращенным к двери.

– Voil'a се qui est curieux! [11] – пробормотал Пуаро. – Кто захочет сидеть в таком положении? А кто поставил его на место? Вы, мой друг?

Терраса

Буфетная

Столовая

Гостиная

Бильярдная

Холл

Лестница в спальню

Лестница

Кабинет

Парадный вход

Лужайка

Тропинка

Беседка

Сторожка

План нижнего этажа и лужайки

План кабинета

Дверь

Маленький столик

Кресло, в котором нашли Экройда

Кресло, в котором сидел Шеппард

Кресло с высокой спинкой

Стол

Камин

Письменный стол и стул

– Нет, сэр, – сказал Паркер. – Я был слишком взволнован смертью мистера Экройда и всем прочим.

– И не вы, доктор?

Я отрицательно покачал головой.

– Когда я вернулся с полицией, сэр, – добавил Паркер, – оно стояло на своем месте. Я это хорошо помню.

– Любопытно, – повторил Пуаро.

– Вероятно, Реймонд или Блент отодвинули его, – предположил я. – Но какое это может иметь значение?

– Никакого, – сказал Пуаро и добавил тихо: – Потому–то это и интересно.

– Извините меня, – сказал полковник и вышел с дворецким.

– Вы думаете, Паркер говорит правду? – спросил я.

– О кресле – да. В остальном – не знаю. Во всех подобных случаях, мсье, всегда есть одна общая черта.

– Какая же? – с интересом спросил я.

– Все причастные к ним что–то скрывают.

– И я тоже? – улыбнулся я.

Пуаро внимательно посмотрел на меня.

– Думаю, что и вы, – сказал он. – Вы сообщили мне все, что знаете об этом молодом человеке – о Ральфе Пейтене? – Я покраснел, и он улыбнулся. – Не бойтесь, я не буду настаивать. В свое время я и так узнаю.

– Мне хотелось бы разобраться в ваших методах, – сказал я поспешно, стараясь скрыть свое замешательство. – Почему, например, вас заинтересовал камин?

– Очень просто. Вы уходите от мистера Экройда… без десяти девять, не так ли?

– Да.

– Окно закрыто, дверь отперта. В четверть одиннадцатого, когда найдено тело, дверь заперта, а окно открыто. Кто его открыл? Ясно, что это мог сделать только сам мистер Экройд по одной из двух причин: либо потому, что в комнате стало жарко – но раз огонь угасал, а вчера погода была холодной, эта причина отпадает, – либо потому, что он кого–то впустил в комнату этим путем. А если это так, значит, он впустил лицо ему известное, поскольку раньше он настаивал на том, чтобы окно было заперто.

– Звучит очень просто, – сказал я.

– Все можно сделать простым, если аккуратно расположить факты. Нас теперь интересует, кто был с ним в половине десятого. Судя по всему – тот, кого он впустил через окно. И хотя мисс Флора видела мистера Экройда позже, не узнав, кто был этот посетитель, мы не раскроем тайны. Окно могло остаться открытым после его ухода, и этим воспользовался убийца. Или посетитель мог вернуться. А вот и полковник.

– Мы выяснили, доктор, откуда вам звонили тогда в двадцать два пятнадцать, – сказал возбужденно полковник. – Не отсюда, а из автомата на станции Кингз–Эббот. А в двадцать два двадцать три отходит поезд на Ливерпуль. [12]

Мы переглянулись.

– Вы, конечно, наведете справки на станции? – спросил я.

– Естественно, но на результаты не надеемся. Вы ведь знаете, какова наша станция.

Я знал: Кингз–Эббот – просто деревушка, но ее станция – важный железнодорожный узел. Здесь останавливается большинство экспрессов, перецепляются вагоны, составы переводятся с одной ветки на другую. Имеются три телефона–автомата. В это время один за другим подходят три местных поезда, чтобы их пассажиры могли пересесть на ливерпульский экспресс, который прибывает в 22.23. Все кипит, и шансы на то, что кем–нибудь будет замечено, кто именно звонил из одной из трех телефонных будок или сел в вагон экспресса, весьма незначительны.