Чтение онлайн

Она оторвала от него взгляд и медленно вернулась к окну.

— И я предложила ему устроить гонки — с шампанским для победителя в «Беггарс-Руст».

Луч света с улицы вспыхнул на оконном стекле. На этом фоне совершенно неподвижно рисовался силуэт Мелоди. Бишоп некоторое время смотрел на него, потом заговорил:

— И ты считаешь, что убила его таким образом?

Она круто повернулась и почти рассмеялась.

— О боже, нет, конечно! Произошел несчастный случай — разве не такой вердикт вынес коронер? Когда Дэвид уходил отсюда, он был пьян. Он всегда быстро гонял на машине. Нолл-Хилл опасное место, и оно лежало на нашем пути. Ему бросили вызов, предложив гонку, и он принял его. Но произошел несчастный случай, и Дэвида не стало…

Бишоп поднялся с дивана и, ставя бокал на столик у стены, залюбовался его узором. Столик был вырезан из слоновой кости.

— Должно быть, ты прекрасно себя чувствовала в ту ночь, Мелоди. Среди всех несчастий.

До него донесся тихий голос:

— Не помню, как я чувствовала себя. Но знаю, что когда я подъехала и увидела пролом в ограждении, я ощутила, что свершилось чудо. На миг я испытала удивительное чувство — словно я бог.

Отвернувшись от резного столика, Бишоп поглядел на нее: глаза Мелоди блестели.

— Каин, — буркнул он.

— Бог или Каин, но Дэвид погиб. И он остался моим. Моим навсегда.

Она глубоко вздохнула, и тело ее расслабилось. Бишоп подошел к ней, остановился рядом и стал смотреть вниз в окно.

— И ты ни разу не пожалела о том, что сделала?

— Пока еще на это даже времени не было. Может, такой день и настанет когда-нибудь, но не думаю. Он ушел из жизни в полном своем великолепии, и таким я его запомню навсегда. Великолепным и моим.

— Но то будет какая-то однобокая жизнь, тебе не кажется?

— Нет. Теперь все это отступило в темноту, и теперь другой мужчина становится для меня Дэвидом. Отныне так будет всегда.

— Вот почему ты так часто прятала со мной свою гордость, — пробурчал Бишоп, обращаясь скорее к себе. — Ты откровенно предлагала себя. Думаю, ты не могла бы этого ни с одним другим мужчиной.

— Нет, только с тобой, милый.

Она тронула его руку. По коже его пробежали мурашки, он засунул руки в карманы и в упор посмотрел на нее; но прошла минута, прежде чем Бишопу удалось избавиться от стоявшего перед глазами образа — изуродованный труп за рулем в освещенном лунным светом лесу. И он, Бишоп, оказался связующим звеном между тем трупом и этой живой женщиной; по этой самой причине она хотела его.

— Пожалуй, я пойду, — сказал он.

— Хорошо. — Голос ее остался ровным.

Когда он уже дошел до двери, Мелоди проговорила:

— Хьюго.

— Да?

— Что ты собираешься делать?

— В каком смысле?

— Со мной.

— Забыть, — ответил он.

Стрелка спидометра прочно держалась у отметки семьдесят, когда большой серый автомобиль выехал на прямую. Лучи фар выхватили сначала красный треугольник, потом специальный знак, извещавший: «СТИП-ХИЛЛ — уклон 1 к 9».

Бишоп сбавил скорость, и на первом повороте его машина уже делала менее сорока миль в час. Фонари придавали листве желто-зеленый оттенок, тени падали на крутой известняковый склон с одной стороны дороги, покрывая его паутиной кружев. На третьем повороте Бишоп уже не увидел пробоины в черно-белом деревянном ограждении. Только у нижнего края столбов появился ряд красных лампочек — как рекомендовало жюри.

Он перевел взгляд и посмотрел на боковую дорогу, отходящую от шоссе там, где заканчивался изгиб. Фары на миг высветили дорожный указатель, потом он вновь канул в темноту, когда «роллс-ройс» спустился с холма и устремился на юг, к Телбриджу.

Через двадцать минут показались окна клуба «Беггарс-Руст», расцветшие на темном фоне деревьев словно бледные цветы олеандра на склоне горы. Колеса сухо шуршали, попав на гравиевую дорожку. Бишоп погасил фары, направляя машину в промежуток между чьей-то спортивной «альфой» и белой «тойотой».

Софи сидела одна в южной гостиной и читала журнал.

— Привет, — сказал Бишоп. — Извини, что задержался.

— Правда задержался? — Минуту она мрачно рассматривала его, потом улыбнулась. — Ладно уж, раз пришел. Вчера ты был так на меня сердит. Сегодня — нет.

— Вчера атмосфера была несколько перенасыщена психологическими бомбами. Некоторые из них даже взорвались. Что будешь пить?

— «Пиммз», пожалуй.

Он повернулся было, но Софи остановила его:

— Не спеши, я уже вызвала официанта.

— Хорошо, но мне нужно еще позвонить.

По дороге он встретил спешащего к ним официанта и заказал выпивку. Из телефонной будки в холле Бишоп позвонил, и через несколько секунд ответила мисс Горриндж.

— Это Хьюго, — сказал он в трубку.

— Где ты?

— В «Беггарс-Руст». Чувствую себя так, будто глотнул свежего воздуха.

— Как наша пламенная леди?

— Очень хорошо. Не могу многого сказать по телефону, но боюсь, Фредди предстоит помучиться головной болью. Очень нелегко будет припереть ее к стенке. Есть новости?

— Да, Хьюго.

Он внимательно слушал, делая записи в блокноте. Когда она закончила, Бишоп проговорил:

— Хорошо, Горри. — Он посмотрел на часы. Они показывали половину одиннадцатого. — Я вернусь скорее под утро.

— Ладно. Что сказать, если позвонит Фредди?

— Это будет зависеть от того, возьмут ли они Струве. Но в любом случае, думаю, к утру у нас для него кое-что будет. Если он согласится к нам заглянуть, мы все выложим перед ним на стол вместе с упаковкой аспирина.

— Так ему и передам, если он позвонит.

— Договорились. Пока, Горри.

Он вышел из телефонной будки и направился к подъездной аллее. Машины с выключенными огнями сбились в стадо напротив террасы, но людей тут не было. Бишоп приблизился к своей машине, еще раз окинул взглядом террасу, потом наклонился и открутил колпачок вентиля задней шины. В тишине тихо засвистел выходивший воздух. Через минуту Бишоп выпрямился и зашагал обратно к дому.

По пути в гостиную он встретил Поллинджера. На лице хозяина заведения промелькнула растерянность, он глянул поверх плеча Бишопа, никого не увидел и улыбнулся:

— А, привет!

— Не волнуйтесь, Поллинджер. Я всего на полчасика и с вполне мирными намерениями.

В улыбке появилось больше искренности.

— Я рад. Это прекрасно, прекрасно. Надеюсь, под словом «мирный» мы оба имеем в виду одно и то же. Вчера вечером вы пришли сюда просто поужинать и потанцевать, а тут черт-те что, только бомбы не бросали.