Мать твою, женщина!
Шрифт:
– Ты меня зажала, вспоминай милая, что лучше всего заставляет тело расслабиться?
Молчу, хлопая ресницами.
– Ну, рыбка ты должна знать.
Тело вновь окутывает лёгкая ласка, заставляя концентрироваться на его словах и понемногу расслабляться.
– Вода, маленькая, нам нужна вода.
– И что мы расклеимся? – шепчу недоверчиво.
– Типа того, – мужчина дарит вымученную улыбку. – Но для этого нам нужно встать. Закинь свои красивые ножки мне на поясницу.
Безмолвно выполняю просьбу, обнимаю ногами мужской торс как можно крепче.
– Хорошо. Теперь встаём.
Мой пленник отталкивается руками в попытке встать, но в этот момент моё тело перевешивает, и мы падаем обратно на кровать.
Новая порция боли пронзает тело, мужчина тоже болезненно шипит.
– Мать твою, рыбка!
Какая к чёрту рыбка! Мотылёк, прибитый булавкой! – проносится в голове, когда детородный орган, будто насквозь пронзает меня в момент падения…
– Дыши, пожалуйста, дыши.
И я старательно исполняю просьбу, сдерживая ярость, глуша боль.
– Так ещё раз, но более плавно.
Испугавшись повторения, я отрицательно мотаю головой.
– Хорошо. Давай хотя бы перевернёмся.
Эта идея мне нравится больше. Быть зажатой между телом и кроватью уже надоело.
Мужчина переворачивается на спину, и я ведомая местом стыка, оказываюсь сверху.
Эта поза дарит ощущение, что мы свободны. Мне просто нужно встать с него. Но наши тела против. Они сцепились, соединившись в одно единое.
– Не нервничай, рыбка, – произносит мужчина, видимо чувствуя, что я на пределе. – Всё будет хорошо…
Но это его хорошо уже не успокаивает. Как и то, что мужчина неспешна садится, подтягивает к себе моё тело, укладывает мои руки себе на плечи, обнимает.
– Ну, вот смотри уже лучше, – он разговаривает со мной как с младенцем в момент истерики. Хотя почему как? Истерика так и буйствует во мне.
С третьей попытки он всё-таки встаёт и, покачиваясь, идёт в сторону двери.
Напрягаюсь, испытав настоящий шок. Что если кто-то увидит нас в такой позе.
– Эй, ты куда? – напрягаясь всем телом, будто пытаясь остановить, мужчина материться, морщится, тяжело дышит, но восстановив дыхание, продолжает свой путь и говорит повседневным тоном.
– Купаться. Слышал, все рыбки любят купаться, может быть, в награду за возвращение в естественную среду, ты меня все-таки отпустишь?
Кто бы знал, как я хочу отпустить, сбежать отсюда и забыть эту ночь, как страшный сон, но, увы, тело не слушает… Со злобой сжимаю пальцы.
– Мать твою, женщина! Ты решила меня добить? Головку оторвать не получается, решила шею свернуть?
Глава 3.
Сегодня решил остаться в клубе. А почему бы нет?! Даром что ли организовал тут себе жилье, соответствующее всем требованиям? Тут можно отдохнуть, выспаться, ну и гульнуть при желании. Кабинет здесь делать не стал, вынес в основную часть клуба, работа работой, а личная жизнь отдельно.
Квартира в сердце клуба, это удобно, хозяин должен быть на месте, чтобы вовремя решать возникающие вопросы. А в силу режима работы заведения, ночь не время дрыхнуть в городской квартире. Не смотря на то, что она рядом, а ночные дороги не создают особых препятствий, всё равно это время.
В мою личную зону ведёт дверь, с отметкой «служебное помещение», никогда не утруждаю себя тем, чтобы запирать её. Сотрудники клуба прекрасно знают, что пересекать эту грань нельзя. Нужен – мне звонят.
Однако по коридору разносятся едва слышные шаги.
Лера?
Она одна нет-нет проникает в центр моего уединения. Однако, исключительно по предварительной договорённости, которой сегодня не было.
Выхожу в коридор. И взгляд тут же прилипает к мокрой ткани обтянувшей женскую грудь, сквозь белое полотно просвечивается тонкое белье, изящные формы тела.
Залипаю на неожиданном зрелище, а незваная гостья вжимается в стену, приоткрывает пухлые губы, будто пытаясь втянуть через них воздух, напоминая мне рыбку.
Какого чёрта она делает тут? И главное что с ней делать? Отправить бы обратно, но не в таком же виде… Как никак я не последняя сволочь и прекрасно понимаю, что в опьянённом напитками и атмосферой зале мало кто пройдёт мимо такого мокрого очарования.
Во время вспоминаю о вещах Леры, что на всякий случай хранятся в шкафу спальни. И принимаю единственное верное решение. Нужно позволить девушке переодеться во что-то менее провокационное и проводить подобру-поздорову.
Зову, и девушка безропотно следом за мной входит в спальню, но стоит оказаться в помещении её глаза широко распахиваются, демонстрируя чистую синеву высокогорных озёр. Хочется сказать – «я не обижу тебя девочка, рыбка», впрочем, что-то подобное я и говорю.
Но, несмотря на то, что я не проявляю агрессии, настроен более чем миролюбиво, девушка совершает робкую попытку бежать. И едва не падает.
Сегодня точно не её день.
Ловлю, на этот раз от падения. Наши глаза встречаются, и у меня перехватывает дыхание, будто от глубоководного погружения. Ныряю в пучину её глаз.
Что-то противоестественное творится с телом. Я далеко не маленький мальчик, и подобных этой рыбке не мало забрасывало в мою постель.
Да и с ней происходит чертовщина, прикрытое мокрой тканью тело, бьёт крупная дрожь, то ли от холода, то ли от страха. И эта реакция вне зависимости от её природы вызывает в моей душе порыв нежности.
«Так… Это уже не к добру… Поскорее нужно выпроводить девушку отсюда», – программирую себя. Но программа даёт сбой стоит моим пальцам прикоснуться к бархатной коже.
Мои губы касаются её, и последняя разумную мысль сносит волной желания, затопившей сущность.
Прикосновения тонких холодных пальцев не снимают жара. Напротив раздувают пламя, когда им одна за другой поддаются пуговицы моей рубашки. Я теряюсь в пространстве, не замечая, когда брюки покидают моё тело, когда куда-то улетает кружевное бельё. Я не понимаю, как преодолеваю заветные сантиметры и погружаюсь в манящую плоть. Резкий крик, который я ловлю губами, связывает меня с реальностью. Я понимаю, что веду себя как хищник, набросившийся на свою жертву, но давать заднюю поздновато.
Приняв меня девушка напрягается будто одновременно не хочет отпускать и боится того что происходит.
Желая успокоить снять напряжение, как в бреду целую бьющуюся на тонкой шее венку, и лёгкие наполняет запах девичьей кожи и кажется порошка. Что впрочем, не удивительно, учитывая её мокрый наряд. После её внешнего вида не удивлюсь, если этой рыбке приспичило устроить постирушки прямо в клубе.
Чудная. И очень тесная, тугая.
Двигаюсь с трудом. С каждым движением распластанное подо мной тело становится всё более напряжённым, её горячая плоть всё сильнее сжимает меня.