Чтение онлайн

Архиерейский Собор РПЦ отлучил семью Рерихов от православия, - на Руси на каждого Льва Толстого есть свой дьякон-хулитель, не путайте с ангелом! Скандальный дьякон А. Кураев "вещует" анафему: "В конце второго тома "Сатанизма для интеллигенции" в специальной главке я перечислил основные противоречия между христианством и теософией. Среди них не были упомянуты картины Николая Рёриха. Напротив, я специально сказал, что "о вкладе Рёрихов в созидание культуры (а не просто в ее защиту) сам я говорить не решаюсь. В конце концов, "на вкус и цвет товарищей нет". Лично мне, например, и живопись Н. Рёриха кажется чужой: холодной, бесчеловечной, безблагодатной. На мой вкус, свет, которым пронизаны его полотна - это не теплый свет Евангелия, это действительно ледяное излучение космоса. Но это - вопрос вкуса, вопрос ощущения".

Святослав Рерих, словно предчувствуя крах гуманизма в России, перед тем как навсегда уйти из жизни в 1993 году в Индии, отдал материалы семьи в "Советский фонд Рерихов", организованный еще при "Горби", который вскоре был приватизирован фондом Шапошниковой. Фонд раскололся по принципу наследия и теперь находится во взаимной ненависти.

Что Святослава подвигло на тот последний шаг, - не мог он не видеть, какие люди его окружали в Москве? Он ведь помнил треск опаленных крыльев брата своего Юрия. Эпоха Рериха ушла, а вместе с ней и Серебряный век России. Вселенское сиротство!

Вот и ТВ показывает, как Великий виолончелист, крывший матом со ступеней Белого Дома "совецку власть", получает очередной орден от В.В.П., и пиликает в ногах у князя Монако, а мимо гроба идут "лучшие" монархические семьи Европы. Кто сейчас вспоминает, что родословная княжества Монако началась с итальянского разбойника, захватившего еще во времена Возрождения свой клочок земли на Лазурном берегу Средиземного моря.

Никогда не было в истории такого подлого добровольного срастания идеологии и власти. А тут еще и РПЦ как всегда подменяет свои религиозные цели политическими. Идет чудовищная профанация русского исторического искусства, подмена его - "симулякрами" бывшими "оппортунистами". Замена старого, уже отжившего современным, скользящим, поверхностным.

Я не сторонник святотатства, - рубить иконы или вставлять фитиль Пророку Всевышнего - меня не вдохновляет. Православие никогда не отличалось приверженностью европейской традиции Гуманизма. У религиозных бонз всегда было стремление к Византийской теократической государственности, если не быть посредниками власти, то хотя бы - услужить ей. В этом трагедия русского народа.

В литературе, живописи и скульптуре авторы прикладных искусств направляются интересами, а не идеями, отсюда и цеховые отношения между ними в этой среде подчинялись всегда личной неприязнью или корпоративными интересами. Ремесленники от искусства всегда, как РПЦ, хотели приватизировать даже естественный процесс рождения младенцев. В других традициях "инициация" обычно происходит с вступлением во взрослую жизнь.

Участие в возведении ХХС для Белоусова - только укрепило его веру, избавив от мирской суетности. Скульптору Белоусову дали восстановить один из фризов Храма, тот, который с Пожарским и Мининым, и гигантский медальон Спаса, во главе Храма. Два сюжета на северной стене - "Сергий Радонежский благословляет Дмитрия Донского на битву с татарами" и "Игумен Дионисий благословляет Минина и Пожарского", - зафиксировали место России между враждебным мусульманским Востоком и враждебным католическим Западом. И пусть эта вера - только страх перед Богом, и его судом над человеками. Но ведь - есть Заступница в деревянной церквушке рядом с громадиной Храма ХС.

Эти мысли подкатили к Владу, когда он пустым Соймоновским проездом спускался к Пречистенской набережной мимо решетки ограды парка ХХС, и засмотрелся на маленькую темную церквушку "Покрова". И словно в подтверждение его мыслям, прокаркала ворона в ночь полнолуния.

Нет, Белоусов не стал успешным "новым русским", творчество не принесло ему ни славы, ни денег. Пробивается оформлением ресторанчиков на Петровке. Вот и сейчас, он занят заказом - создает одетых в настоящие костюмы кукол в полный рост - "Шурика и Кавказской пленницы". Вырастил двух сыновей, один - художник, а младший - скульптор.

Большой урон живописному "буму" в столице нанесли некие "кавказцы", ездившие по мастерским художников в те времена, где скупали за бесценок, "на вес", невостребованные при коммунистах холсты. Эти сыновья "Оси Бендера" отправили вагон на Запад, где забили все галереи в Германии и Франции "советскими" работами, что напрочь подорвало интерес иностранцев к современной московской живописи, в частности к арбатскому "соц-арту".

На этом закончился "Fine-art" галлерейного бизнеса Влада на Волхонке.

Лечо Кафиев - убит "эмиром" Басаевым в Чечне.

Гриня добежал до Литвы, хотел перебраться в США, но умерла его мать и погиб двоюродный брат-коммерсант, бывший районный комсомольский секретарь с Колпачного переулка, что на Маросейке.

Как проявляется "карма" для человека? Это те события и люди, которые компонуются вокруг него в течение его жизни.

Может быть, я буду писать чудовищные вещи и нужно время, время перемен, снова и снова трансформирующее ложное в мертвящее, чтобы понять, что кружишься как турецкий дервиш на одном месте.

Страшнее смерти - смерть души. Для создания и разрушения мифа нужна вся цельность характера, опора на него - мужество жить. Претензия на жизнеспособный миф - это претензия на полноту охвата бытия и его закрепление в сознании социума. Поэтому так кощунственно воспринимается всякое новое мифотворчество, любое изменение старого. Дать мифу жизнь - значит, дать ему бытие. Миф - это стабильность бытия, разрушение мифа - революционное преобразование бытия.

При сохранении мифа всегда поражаешься его союзниками, порой настолько несовместимыми, но логически оправданными в данный момент. Если поставить рядом успешного и неудачника, то в мифе - нет различия между ними, в тоже время пропасть между адептами одной идеи непреодолима. Отпад от мифа человеков - и есть разрушение мифа.

Творчество это порождение духа, т.е. истинно человеческого. Когда уничтожается дух - уничтожается сам человек. Нет дальше смысла жить. Тот, кто в жизни мифа видит жизнь духа - уже умер. Регалии, коими награждается в социуме мифотворец - это ступени мифа, путь от зарождения до смерти, и этот путь должен быть пройден полностью. Становясь, все более явным, проявленным, стабильным - последовательно шагаешь к окостенению, омертвению, подверженному уничтожению и гниению, распространению процессу смерти. Смерти духа. Тупик, безвыходность, абсурд, хаос - как окончательное разрушение. Кто знает высоту мифа, как окончательную смерть духа? Подняться по ступеням социума на вершину мифа, чтобы увидеть смерть его - это и есть трагедия человека. Принятие чужого мифа - тоже смерть. Само существование другого мифа - угроза твоему существованию, конец смысла.

Человека страшит не сама смерть тела, - он и так знает, что смертен, носит как Кощей смерть в себе, а его уничтожает именно - смерть духа, парализует страх перед смертью духа. Не видя в бытии - Вечности и Любви, как освобождения и очищения - мы говорим о приоритете Смерти. Смерть не освобождение - мы не свободны, прежде всего, от нее самой. Ибо смерть (как в простом, так и в трансцендентном смысле) заложена в нас еще при рождении, то мы приходим к ней как к чему-то заведомо данному. Она родилась с нами. Человек - это отсроченная Смерть. Отсроченная на более-менее длительный срок, который, по сути, так мал, что им можно пренебречь. От этого не освободишься. Алкающий смерти смешон - он ее априори уже получил. Она у него уже есть. Допустим, ваши собеседники-буддисты, надеются на какие то там собственные реинкарнации в последующие жизни. Но реинкарнация в таком случае - бодрствование после очередного сна. И в этом случае, окончательная смерть (нирвана) заложена в нас при самом первом рождении. И в этом случае человек - отсроченная смерть. Но, чуть более отсроченная смерть. Впрочем, по сравнению с вечностью это "более" не имеет особого смысла.