Чтение онлайн

Беренгела — дочь короля Альфонса VIII, а Уррака — дочь короля Альфонса VI.

Беренгела вышла замуж за Альфонса IX, короля Леона, а Уррака — за арагонского короля Альфонса I. В обоих случаях браки состоялись между родственниками, что было запрещено церковными законами, и через несколько лет были расторгнуты. За это время супруги, естественно, успели обзавестись детьми.

У Беренгелы, кстати, была родная сестра Уррака. И она — вот совпадение — тоже была замужем за королем Альфонсом, только португальским.

Сразу после восшествия на трон Беренгела формально уступила корону своему сыну Фердинанду. Реально же страной до её смерти они управляли вдвоем.

1492 год. Дата для Испании знаменательная. В этот год закончилась Реконкиста — отвоевывание белыми испанцами Пиренейского полуострова у захвативших его в начале VIII века арабов.

Реконкиста длилась более семи веков — невообразимо большое время для любого военно–политического процесса. Вольное обращение исследователей с цифрами привело к тому, что временные масштабы прошлых веков воспринимаются не только без критического мышления, но и вообще в обход какого–либо здравого смысла. Чудовищные для любого национального или государственного развития промежутки времени преподносятся историками как само собой разумеющееся, как некие проходящие моменты, из которых состоит жизнь любого общества. Путем шаманских заклинаний нам внушают, что так оно и было, подменяя при этом скорость общественных процессов отдельных народов и государств темпами развития всего человечества. Растягивая жизнь народов в прошлом, «шаманы» всеми силами пытаются не замечать и не дать заметить другим, что подобное представление идет вразрез с законами биологии, психологии и экономики. И пример Реконкисты — как раз из этой серии.

Менее двадцати лет понадобилось арабам, чтобы, переправившись через Гибралтар, завоевать территорию современной Испании, перевалить через Пиренеи и вторгнуться в страну франков. Цифра вполне правдоподобная. Завоеванный народ, естественно (естественно для традиционной истории), начал национально–освободительную борьбу, которая растянулась на столетия. Вопрос не в том, почему сдали свою территорию за полтора десятка лет. И не в том, откуда взялись для этого ресурсы в полностью завоеванном государстве. Дело в продолжительности освободительного движения.

Идея Реконкисты жила и питала силы белых иберийцев на протяжении почти восьми веков. Это, конечно же, абсурд, потому что никаких носителей этой идеи не существовало бы уже лет через сто после арабского завоевания. Это в лучшем случае. Возможно, ассимиляция и изменение национального самосознания — если оно вообще существовало — происходило ещё быстрее. Как бы там ни было, никакая Реконкиста смешанному населению не грозила, для него знание о том, кто здесь раньше жил и с кем воевал, не было актуальным. Легенды и мифы — это не источник для ведения войны. Да и с кем воевать, с самими собой?

Многовековое военное противостояние вообще невозможно ни в каких условиях. Меняются поколения, правители, политика, условия жизни. Меняется всё. Военно–политические идеи так долго не живут, а в эпоху Средневековья, когда отсутствовали средства массовой информации, сама их жизнеспособность представляется крайне сомнительной. Явление Реконкисты, в которой кастильские войска дошли наконец до Гибралтара под знаменами, шитыми семь с половиной веков назад, — это историческая нелепость.

Однако я завел разговор о Реконкисте вовсе не для того, чтобы лишний раз продемонстрировать, насколько бумажная история далека от реальной. Речь шла об изгнании арабов в одном случае и евреев — в другом.

Так вот, в 1492 году пала Гранада, последний оплот арабов на Иберийском полуострове. В результате происходит массовая депортация евреев. По самым скромным оценкам, из страны было выслано не менее ста тысяч человек. Позвольте, почему же депортировали евреев, ведь воевали против арабов? Может здесь какая–то ошибка? Нет, никакой ошибки здесь нет. Арабов, несколько сот тысяч человек, тоже изгонят, но только век спустя.