Чтение онлайн

– Вот ты и показывай, - Арина развернулась к нашему антиграву.
– А мы домой.

Графиня гордо, плавно покачивая бедрами, высоко задрав голову, и, подсвечивая наливающимся фонарем, подошла к нашей Чайке. Непьющая Елена быстренько заняла водительское место.

– Грррр....- зарычал Слава, но все же пошел за своей девушкой.

Мы с Гаделом прикрывали отступление, и погрузились крайними, все же именно мы морские пехотинцы, а наши друзья всего лишь пилоты.

Я постучался, и зашел в комнату к Евгению Михайловичу, у нас намечался очередной сеанс психотерапи.

– Здравствуйте.

– Привет Ростислав.
– капитан смотрел телевизор, и я не поверил своим глазам, на экране Стив Остин ставил знак качества на Винсе Мак Махоне.

– Занимательное шоу.
– кивнул мой психотерапевт на экран.

– Ледяная глыба внушает.
– подтвердил я, - это мой любимый рестлер.

– Мне еще нравится Рок, и Голдберг, монументальные ребята, - улыбнулся капитан.

– Согласен, вкусы у нас с Вами совпадают.

Качество записи было так себе, как будто ее десятки раз переводили с пленки в цифру, и обратно, но это был старый, добрый смакдаун. Епрст.

– Удивительно, что эти записи сохранились, не смотря на тысячи лет прошедшие с момента их создания.

– Где? Как?
– у меня перехватило дыхание.

– Заказал у старьевщиков по сети, - улыбнулся Евгений, - но это не важно, меня очень заинтересовали твои слова на втором нашем сеансе, вот я и решил поискать свидетельства, что в нашем мире существовало, что-то подобное.

Он имел в виду мои слова, что я поверю в то, что я не пришелец из другого мира только в том случае, если найду здесь подтверждения своей прошлой жизни.

– Пока это самое старое по времени видео, есть по новее, - он еще шире улыбнулся, - Скажи, почему люди так фанатеют от Джона Сины?

– Да кто их знает!
– воскликнул я, и рухнул в кресло.

– Попей водички, - капитан кивнул на стакан рядом со мной, и выключил телевизор.
– Кстати, рестлинг до сих пор популярен в США. Что бы ты хотел обсудить сегодня?

Я успокоился, выпив два стакана воды, и решил контраргументировать:

– Вы же понимаете, что это только одно совпадение?
– я набрал воздуха, и, пока он меня не перебил, продолжил, - такое и раньше случалось, даже, если историю почитать, как мы с Вами делали, но есть же мелочи, которых не должно быть!

– Возможно, - согласился он, - но откуда нам знать, то быть должно, а чего нет? Твой случай меня интересует, и я продолжу искать мелочи по твоему списку.

Ага, это тот самый список, где я указал все известные мне произведения с авторами, музыку, фильмы...

– Но исторические события мы с тобой уже обсудили, и ты не помнишь никаких, которые бы различались, даже, битву при Фермопилах мы нашли.

– Я Сарая не помню.
– задумчиво произнес я.

– В смысле?

– Ни одного упоминания о таком деятеле, а со слов Славы, его предок пожег кучу Сараев, чтобы получить это прозвище, и право основать род.

Евгений Михайлович побарабанил пальцами по подлокотнику кресла, размышляя над моими словами:

– Спроси у своего друга, упоминался ли его предок в исторических хрониках. Аристократы, они знаешь какие?
– он улыбнулся, - для доказательства древности рода начинают считать свои собственные предания, да и система родов и дворянства вернулась в нашу страну после появления индекса, и возвращения к монархии.

– Все равно, это все спорно.
– не согласился я.

– Конечно.
– кивнул психотерапевт, - мне просто интересно. Скажи, ты разрешишь написать твоим родителям, чтобы узнать, чем увлекался маленький Ростислав?

Я помедлил немного с ответом, раздумывая, как лучше поступить:

– Пишите, но, только Деду, не хочу тревожить маму.

– Конечно, Ростислав, только в рамках тобой разрешенного, - Евгений выставил вперед открытые ладони, - будет хорошо, если ты напишешь сопроводительное письмо.

Я кивнул.

– И так, о чем будем говорить сегодня?

– Евгений Михайлович, я очень сильно переживаю за своих друзей.
– я немного смутился, и пожал плечами.
– За Славу и Арину, они ругаются, и, Ярик даже чуть не сказал, что найдет другую, а я бы очень не хотел, что бы они расставались. Они мне дороги.

– А почему ты переживаешь?
– спросил психотерапевт.

– Ну, - я подбирал правильные слова.
– Мы дружим, у нас общая компания, нам хорошо вместе, и если они поругаются, то кто-то уйдет.

– Ростислав, я правильно понимаю, что тебе хорошо с твоими друзьями, и ты не хотел бы, что бы ситуация изменилась?
– уточнил капитан.

– Да, так точно.
– обрадовался я его помощи.
– Если уйдет Арина, то и Лена уйдет, а если Ярик, то без него будет совсем не так, я даже думаю, что Гадел с нами, только из-за Елены и общения со мной.

– То есть, в Вашей компании у каждого есть свой интерес, и только у тебя он распространяется на всех, и, если уйдет связующее звено, а это Арина, как я понял, то Ваше сообщество исчезнет.

– Да, хотя я всегда считал, что у нас заводила именно Слава, - я посмотрел с надеждой на психотерапевта.
– Вы же доктор человеческих душ, подскажите, как их помирить, что им сказать, может, советы какие?

– Именно потому, что я доктор, - Евгений улыбнулся, - я и не даю советов, и тебе не рекомендую. Твои друзья взрослые люди, и сами должны решать, чего они хотят, и как, а также нести ответственность за свои поступки. Разбрасываясь советами, ты сделаешь только хуже, и, в большинстве случаев, они не помогут. Давай лучше поговорим, почему ты так переживаешь из-за того, что происходит между твоими друзьями, а вернее, почему ты так боишься перемен, которые произойдут из-за их разрыва.

– Так, если они расстанутся, наша компания развалится, - неужели он не понимает этой простой мысли, - мы не будем собираться вместе, я буду один.

– Ты будешь один, ты боишься одиночества? А как же Родион Кириллович, и его супруга?

– Ну, они же друзья, я же не хожу куда-то с Родионом Кирилловичем, - я запнулся, - да вот, хотя бы тот случай, когда ко мне в обед пристали какие-то курсанты, именно Сарай и Гадел пришли мне на помощь.

– То есть ты опасаешься того, что останешься один, и никто не придет на помощь в трудной ситуации?