Чтение онлайн

Причины этого удивительного изменения для Сереги были непонятны. Да он, сказать честно, особо над этим и не задумывался. Просто радовался тому, что Максиму стало полегче.

Конечно, гулять с таким ребенком в центре города, прямо скажем, негде. Из зелени рядом - только маленький сквер с Пушкиным, да ещё сквер перед вокзалом. Но и там, и там всегда полно людей. А людей Максим по-прежнему не переносил…

Сереге было очень неудобно перед прохожими. Вот, остановится пожилая женщина, скажет что-то вроде: "Какой хороший мальчик!", а Максим начинает кричать, зажмуривается, отворачивается! Женщина пугается, бурчит что-то, уходит. Бывало, ругались… Раньше Серега, конечно, не стерпел бы такого. А сейчас извинится, да и пойдет с Максимом куда-нибудь в сторону. Где людей нет…

Особенно они Таврический сад любили. Там и припарковаться было проще, со стороны музея Суворова. И места много, можно постоять так, чтобы тебя не беспокоили. Деревья, вода, зелень, ребенок спит в колясочке… Что ещё нужно для счастья?

Там вот, в Таврическом, они встретились с дедушкой. Юлиным отцом, тем самым худющим очкариком. Семеном Дмитриевичем…

Не случайно, конечно. Тот позвонил Сергею, попросил встретиться, на внука взглянуть хоть глазком. Сергей отказал, Максим деда не переносил, как и всех прочих. После долгих уговоров решили всё же поговорить, но только когда мальчик уснёт; тогда Сергей позвонит деду, тот будет ждать где-нибудь неподалеку, подойдет к ним.

Говорили шепотом, чтобы ненароком не разбудить Максима.

– Виноват я перед тобой, Сергей, ой как виноват, - сказал Семен.
–  Промолчал потому что…

– Тише, тише, - Сергей покачал коляску.
–  Да в чем же ты виноват?

Они давно уже перешли на ты. Всё-таки тесть был его на три года младше…

– Видишь какое дело… Я ведь знал, что она тебя не любит.

– Да откуда же ты мог знать? Мы ведь только три дня с ней знакомы были! Никому ничего не говорили, сразу к вам пришли!

– Эх… Хороший ты человек, Сергей! Жаль мне тебя… Ты послушай, как всё тогда было… В тот день, когда у неё выпускной был, она ведь нам запретила в школу приходить. Говорит, не позорьте меня!

– То есть как? Родителям такое сказать?

– Вот так и сказала! Мы ей вообще старались не перечить… Знаешь, мы ведь её сперва как-то пытались воспитывать, а потом сдались. Не знаю, чем она мать припугнула, так и не решился жену спросить. Теперь уже и не спрошу…

Юлиной мамы не стало два года назад, через три месяца после рождения Максима. У неё был диабет, очередного обострения она не пережила. Сергею тогда было не до чего, как говорится, похоронами и всем прочим занималась Юля. Какой-то особой скорби на её лице Сергей не заметил. Впрочем, он и не вглядывался…

– У меня-то была… - Семен Дмитриевич снял очки, протер стекла.
–  Женщина была, в общем.
–  Он вздохнул, надевая очки.
–  Встречались… Юля как-то узнала, уж и не знаю, как именно. Сказала мне - воспитывать меня больше не надо. За собой следи! Или все узнают…

– И что, ты это мне тогда хотел рассказать?
–  брезгливо спросил Сергей.

– Нет, что ты… В общем, ты когда её с выпускного привез, она мне вот что выдала:

"Я, похоже, богатого папика подцепила! Старого, правда, старше тебя, но ещё крепкого! И я его не отпущу, понял? Придет свататься ко мне, не дай бог, соскочит! В окно выброшусь, понял?"

– Так что же, - с ужасом спросил Сергей, - меня, как рыбу поймали?

– Выходит, что так, - грустно согласился Семен.
–  Я тебе пытался тогда сказать, но ты же не слушал ничего…

– Да, поймали, выпотрошили и съели… - Сергей покачал головой.
–  Вот и вся любовь…

– Ты простишь меня?
–  спросил дед.

– Тебя?
–  грустно усмехнулся Сергей.
–  А в чем ты виноват? Что дочь плохо воспитал? Или что женщину завел? Так это ж не передо мной вина. А я… Я и её простил, понял? Вот за него!
–  он показал на мальчика, который всё так же спал в коляске.
–  Потому что есть теперь у меня для чего жить!

– Спасибо!
–  дед заплакал.
–  Спасибо, Сережа! Ты держись только!

Он ещё что-то хотел сказать, но Максим зашевелился. Дед встал так, чтобы мальчик его не увидел, если проснется.

– Спит ещё, - с улыбкой сказал Сергей.
–  Устал, долго ехали. Пробка была…

– Я вот ещё хотел что, - прошептал Семен, протягивая Сергею яркий пакет.
–  Я ему тут краски купил, карандаши, бумагу. Юля, когда маленькая была, больше всего рисовать любила. Замки, принцесс, лошадей… Может и Максим у тебя рисовать начнет?

– Рисовать… Не знаю. Может, и будет. Ему сейчас полегче стало. Спасибо!

На том и расстались.

Глава вторая. Доктор.

Рисовать Максиму понравилось. Краски только разливал без конца. Так что пока ограничились карандашами.

У Сергея хоть свободное время появилось. Небольшое, по полчасика в день. Пока сын рисовал, можно было от него отвлечься.

Рисунки, конечно, странные у него получались. Вот смотрит он, казалось бы, в окно, там солнышко, облака, небо голубое. А рисует только чёрным и серым. Вот так - на сером небе чёрные облака. Только Солнце у него яркое - то синее, то зеленое, то красное.

Впрочем, каким же цветом можно нарисовать зимнее питерское небо? Только серым и чёрным. Но Солнце-то должно быть желтым!

Вот он и озадачился - может, ребенок ещё и цвета не различает? Вызвал доктора на дом.

Максим на доктора как обычно отреагировал - раскричался, расплакался. А когда доктор стала ему в глаз заглядывать, вырвался и убежал. Спрятался под кровать…

– Я сейчас, - крикнул Сергей, - я достану!

– Да не надо уже, - с досадой сказала врач.
–  Не выйдет с таким ничего. Вы бы ему педагога нашли, что ли. Как он у вас жить будет, если он от врача бегает?

– Ну, я думал, может, попозже, - смутился Сергей.

– Да куда вам ждать-то, - покачала головой та.
–  Три с половиной ребенку, а он ни слова не говорит! Логопед вам нужен! Знаете, нам тут студентов прислали в поликлинику, на практику. Так что для вас это даже бесплатно будет. И девочка пусть посмотрит, чем ей потом заниматься придется. Может, передумает ещё…

Последнюю фразу она сказала уже в дверях. Серега её не расслышал. Может, и к лучшему.

…Девочка-практикантка пришла через день. Собственно, её трудно было назвать девочкой, хотя, как потом выяснилось, ей на самом деле было всего двадцать лет. Полная, если не сказать толстая, невысокая, с прической-хвостом. Никакой косметики, даже помады. Такие с юности уже кажутся тетками. Не повезло девчонке…

С замиранием сердца Сергей смотрел на сына, ожидая привычной реакции на незнакомого человека. Но Максим молчал, пристально глядя на неё.

– Гаврилюк, Оксана, - сказала она тихо.
–  Петровна. Детский психолог-логопед… Практикант…

– Только прошу вас, не кричите на него, - тихо сказал отец.
–  А то он расплачется…

Девчонка растерялась. Но случилось удивительное!

Максим сам к ней подошел, взял за руку и повел в свою комнату. Оксана послушно пошла следом.

Войдя к себе, Максим отпустил ее. Она так и осталась в дверях. В учебниках, наверное, не писали, что надо делать в таком случае.