Чтение онлайн

Другое воспоминание всплывает в памяти — я вспоминаю, как мои родители запретили взять Маяк с собой домой, потому что он был слишком большим и не поместился бы в наши чемоданы, я проплакала почти всю дорогу с острова до дома.

Опустившись на колени, я поднимаю высокий деревянный Маяк с пола. В голове появляется еще одно воспоминание, и я хочу узнать верно ли оно. Перевернув Маяк вверх ногами, я всхлипываю, встретившись с действительной реальностью. Почерком Фишера, почти таким же, как и сейчас, только немного крупнее, и не столь аккуратным, вырезаны слова, которые заставляют мою трепыхающуюся душу болеть.

Я надеюсь, что однажды ты найдешь путь вернуться сюда.

И если ты это сделаешь, я буду ждать тебя у Маяка.

Я прижимаю Маяк к груди и раскачиваюсь вместе с ним взад-вперед. Как такое может происходить прямо сейчас? Он всегда мне обещал — найти свой путь вернуться ко мне, слова, которые мы сказали друг другу в день нашей свадьбы, о том, что мы возобновим наши клятвы и встретимся на Маяке... именно эти слова он вырезал на этом деревянном Маяке, когда ему было одиннадцать лет. Это кажется невозможным, но тем не менее это так. Я сама держу доказательство в руках и фото, рассказ Трипа, и мои маленькие воспоминания успокоили меня — это все правда и это действительно происходило.

— Я нашла свою вторую половинку, когда была еще ребенком, и она всегда будет любовью всей моей жизни, неважно, сколько пройдет лет.

Мы были предназначены друг для друга.

Нам было суждено влюбиться на этом острове…

Тебе суждено быть со мной, Люси.

У меня всплыли слова Трипа, рассказывающего нам, как сильно он любил свою жену и слова Фишера, которые он написал мне в своей записке, закружились быстрее ветра и дождя, который стучал по окнам.

Я ставлю Маяк на место, выбегаю за дверь и несусь вниз по лестнице. Залезаю в карман пальто Трипа, хватаю ключи от его внедорожника и несусь на улицу в суровый, пронизывающий ветер и дождь, оставшиеся спешат в холл и начинают звать меня обратно.

Люси

Сегодняшний день

Я пытаюсь снова дозвониться до Фишера, медленно пробираясь через затопленные улицы города, но бесконечно слышу один и тот же голос, сообщающий, что абонент вне зоны действия сети. Сердито закидываю телефон на сиденье, включаю дворники на более ускоренный режим и грудью наклоняюсь вперед на руль, пытаясь лучше разглядеть дорогу.

Я проезжаю мимо каждого заведения по Main Street, еду к Barney’s, на пляж, к дому Трипа, но нигде нет грузовика Фишера. Все окна закрыты ставнями, которые все установили сегодня днем, как только начали поступать сообщения о шторме, я единственная идиотка, которая рыскает по улицам.

Поездка в дом к Бобби приводит к тем же результатам, но, когда я добираюсь до Элли, я вижу припаркованные ее и машину Бобби на подъездной дорожке. Ее дом находится на холме, прямо на развилки дороги, разделяющая Main Street на две отдельные улицы, и относится к тем немногим домам, который не выходят непосредственно на пляж. Он стоит в стороне от отеля, которая представляет собой громадное сооружение и также является эвакуационным центром, дом Элли на данный момент является самым безопасным местом, потому что находится далеко от моря, и честно говоря, я рада, что она и Бобби находятся сейчас здесь, нежели у него в коттедже на берегу океана.

Я рванула на внедорожнике мимо их автомобилей прямо к дому, и замечаю, что ставни у Элли распахнуты и хлопают о стену. Дверь не заперта, я начинаю звать их, пробегаю через весь дом, но кругом тишина. Я слышу еле уловимый храп с цокольного этажа, который она использует в качестве дополнительной гостиной, быстро спускаюсь по лестнице, покрытой ковролином.

Я нахожу Бобби с Элли, свернувшимися на диванчике и крепко спящими. Наверное, в любое другое время я бы восхитилась этим милым зрелищем и засняла бы его на сотовый, но только не сегодня.

Я тихо пытаюсь их позвать, чтобы они не напугать, я спешно двигаюсь к дивану и трясу Элли за плечо. Она просыпается с рывком поднимаясь и смотрит на меня с растерянностью, потирая глаза спросонья.

— Что происходит? Сколько времени? — спрашивает она заспанно.

Бобби зевает и привстает за ней, моргая и глядя на меня с таким же растерянным выражением на лице, как у Элли.

— Вы не видели или может общались с Фишером сегодня? — спрашиваю я, пока они быстро пытаются свесить ноги и сесть на диване.

— Сколько сейчас времени? Господи, какой сегодня день? Почему, черт возьми, ты насквозь мокрая? — спрашивает Бобби, подавляя очередной зевок, осматривая мою мокрую одежду, которая закапала весь пол.

Я готова вытряхнуть из них дерьмо обоих, если они не начнут приходить в себя.

— Что такое с вами двумя? — спрашиваю я с раздражением.

— К сожалению, вчера вечером меня рвало каждый час. Каждый. Час. С девяти вчера до девяти утра, — объясняет Элли. — Мы перешли сюда на диван, чтобы посмотреть фильм, но возможно так и не досмотрели до конца. Мы, должно быть, заснули.

Бобби смотрит на часы.

— Вот черт. Мы проспали семь часов.

Он начинает подтрунивать над Элли, и я понимаю, что они вообще перестают обращать на меня внимание.

— ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ! КТО-НИБУДЬ ИЗ ВАС ВИДЕЛ ИЛИ РАЗГОВАРИВАЛ СЕГОДНЯ С ФИШЕРОМ?!

Они замолкают и смотрят на меня с некоторым удивлением.

— Хм, он заезжал сюда сегодня утром, перед тем, как мы заснули на диване. Господи, Люси, в чем проблема? Ты игнорируешь его целую неделю, можешь подождать еще один день? — язвительно спрашивает Бобби.

Элли толкает его рукой, говоря ему «заткнись», и он сразу же извиняется.

— Проблема заключается в том, что мы находимся в самом центре урагана, и я не могу дозвониться до Фишера! — кричу я.

Бобби вскакивает с дивана.

— Ты что, издеваешься надо мной? Мы проспали ураган?

Он мчится вверх по лестнице, Элли и я не отстаем от него.

— Господи Иисусе! — кричит он, как только добирается до верха лестницы и смотрит на кухонную окно. — Я пропустил все новости, сообщавшие об урагане?

Элли подходит к нему сзади и обнимает за талию, поднимается на цыпочки и смотрит через его плечо на дождь и ветер, бушующие за окном.

— Полагаю, теперь мы точно знаем, что подвал звуконепроницаемый, — бормочет она. — Черт возьми, летит мой куст гортензии.

Мы все наблюдаем за кустом гортензии, летящем прямо в окно.

— Дерьмо! — вдруг кричит Бобби, отцепляясь от рук Элли и хватает свой сотовый телефон с кухонного стола.

— Телефонные линии не работают, — говорю я ему. — Что случилось?