Чтение онлайн

— Дыши глубже, парень. То ли хорошо, то ли плохо, — отвечает Бобби, подходя и встав рядом со мной.

— Какого хрена здесь происходит? — рычу я сквозь стиснутые зубы.

Бобби издает громкий, чрезмерно преувеличенный вздох, делает глоток пива и только потом бутылкой указывает в направлении Люси.

— Позволь тебе представить Люси. Твою БЫВШУЮ жену. Знаешь с той, с кем ты развелся год назад, а потом ушел? Мне кажется, у нее свидание. И поскольку она до сих пор разведена, то я думаю, она свободна и может ходить на свидания, — с сарказмом отвечает Бобби.

Я не в состоянии отвести глаз от женщины, сидящей по середине бара, ради которой я прошел через все, чтобы собрать себя по кускам и сделать цельным снова, для того, чтобы вернуться к ней, я протягиваю руку и хватаю Бобби за рубашку, перетаскивая его в поле своего зрения.

— Ты знал об этом, когда говорил мне, что для меня настало время как можно скорее вернуться сюда, не так ли?

Хотя я сам планировал вернуться, как только началось исцеление, и я понял, что смогу жить нормальной жизнью, если захочу, но телефонный звонок от Бобби, настаивающего сделать это в ближайшее время, потому что «время пришло» пошевелить своей задницей, ускорил мое возвращение в реальный мир, предварительно получив согласие от консультантов.

Бобби просто пожимает плечами и делает еще один глоток пива, совершенно не обращая внимания на мой яростный захват его рубашки, и те кинжалы, которые я продолжаю бросать, поглядывая на Люси и ее блядь «свидание».

— Чувак, ты прожил на этом острове всю свою жизнь. Люди не могут спокойно посрать, чтобы не узнали их соседи, какого размера и цвета? Ты действительно предполагаешь, что Люси смогла бы начать встречаться с кем-то, и весь остров не узнал бы об этом буквально через пять секунд, когда закончилось бы свидание?

Я отвожу взгляд от Люси, когда вижу, как она опускает свою руку поверх руки придурка, с которым сидит за столом.

— Я думал, ты сказал, что она «на свидании», а не «на встречи». Что это такое? Она на свидании или она встречается с ним? Между этими двумя вещами существует огромная разница, так что формулируй более четко, — говорю я Бобби, стараясь не повышать свой голос до определенного уровня, несмотря на то, что я уже совсем близок к тому, чтобы заорать во всю глотку.

Бобби спокойно убирает мою руку со своей рубашки, и отступает на шаг назад, скрестив на груди руки.

— Его зовут Стэнфорд, и он работает на твоего отца в главном отделении банка на материке. Твой отец нанял его, чтобы он провел некоторый аудит по кое-каким проектам, а Трип попросил его взглянуть на бухгалтерские книги «Butler House», пока он бывает здесь. Он пригласил Люси куда-нибудь сходить вечером месяц назад, и она согласилась. Они встречаются каждый раз, когда он приезжает сюда, и это происходит чертовски часто, если тебе это интересно, — добавляет Бобби. — И что за гребанное имя Стэнфорд? Это же название университета, но уж никак не имя для чувака. Блядь, девчонка.

Бобби продолжает жаловаться на имя этого мудака, но я отвожу от него взгляд, уставившись на Люси через всю комнату и мне хочется ее возненавидеть, потому что она решила продолжить жить. Она не должна была двигаться дальше без меня. Она должна была вечно любить только МЕНЯ и быть со МНОЙ всегда. Она стала еще красивее, чем я ее запомнил и фото, которое видел. Светло-голубой пояс на платье, подчеркивает каждый изгиб ее тела, а цвет платья оттеняет ее летний загар, демонстрируя веснушки, которые она всегда пытается скрыть с помощью макияжа. Она скрестила стройные ноги под столом, и мои руки чешутся, пройтись вверх по ее гладкой коже и ощутить, как они оборачиваются вокруг моих бедер. Я скучаю по ее запаху, ее смеху, ее прикосновениям настолько сильно, что мне хочется опуститься на колени посередине этого гребаного бара и разрыдаться, словно ребенок.

Конечно, она не стала стоять на месте и решила идти вперед. Конечно, она перестала любить меня. Я смотрел ей тогда прямо в глаза, говоря, что она не достойна меня, и что она была слабой и жалкой, оставаясь и ожидая меня все это время. Я сломал ее, и причинил ей столько боли, в самом худшем смысле слова, а затем я ушел. Это я не достоин ее, и она всегда знала это, всегда чувствовала, всегда понимала это. Я просто очень хоту, чтобы она была счастлива. Я хочу, чтобы она легко улыбалась и как можно чаще смеялась. Я вижу, как она смеется с этим мудаком в баре, но мне плевать. Я знаю, что это эгоистично, знаю, что это слабость, но мне насрать. Если бы я был лучше, лучшим мужчиной, я бы ушел и навсегда покинул бы этот остров и никогда бы не оглянулся назад. Я бы позволил ей испытать свое настоящее счастье, которое она заслуживает, даже если оно убивает все внутри меня.

Но жаль, что я не такой мужчина, не лучший. Она должна стать моей. Так было всегда и она станет опять моей, черт возьми.

Я прислушиваюсь к Бобби, который зовет меня и предупреждает не делать глупостей, я крепче хватаюсь за бокал, чтобы случайно не запустил его куда-нибудь и начинаю прокладывать путь через бар к своей Люси.

Люси

8 апреля 2014 г. – 1:45 вечера

— Фишер, пожалуйста, не делай этого! — прошу я сквозь слезы, стоя в дверях нашей спальни, обвив себя руками вокруг талии, и наблюдаю, как он мечется по комнате.

Он срывает одежду с вешалок в шкафу и вытаскивает все из ящиков моего комода, запихивая в два чемодана, лежащие на кровати.

За два месяца он почти не произнес больше, чем несколько слов, и сейчас он говорит одну восьмидесятую, чем я услышала за все это время.

— Мы закончили. Все кончено. Я собираю это дерьмо, и ты уезжаешь! — выплевывает он, хватая мои книги и очки для чтения с тумбочки, и бросая их поверх одежды.

Я несусь через комнату и хватаю его за руку, твердо веря, что он внемлет голосу разума, но он отталкивает меня, направляясь обратно к шкафу, хватает мои туфли.

— Ты можешь хотя бы остановиться и просто поговорить со мной? — кричу я, подходя к нему сзади, и потянувшись за туфлями, которые он сжимает в руке.

Он обходит меня, даже не взглянув в мою сторону.

— Не о чем говорить, и так понятно, что здесь происходит. Все хуево, как ты не понимаешь? Все разрушено, все стало хреново и тебе нужно уйти! — кричит он, запихивая мои туфли в чемодан.

Мое тело начинает сотрясаться от страха и рыданий, которые я пытаюсь как-то сдерживать. Я сделала все, что могла. Я пыталась вызвать его на разговор, я пыталась игнорировать многие вещи, изучая книг и общаясь с другими женами, чьи мужья тоже прошли через боевые задания, но ничего не помогало. Ни одного намека, чтобы что-то изменилось, я никак не могла пробиться через стены Фишера, окружавшие его мысли, он отгораживался от меня все дальше и дальше. Я совершила ошибку, предложив за завтраком как бы между прочим, что, возможно, ему следует обратиться к консультанту, и вот тогда мой мир со скрипом замер.