Чтение онлайн

Мы ждали атаки.

Тишина удушала.

— Сатору… прости. Я глупо поступила. Но я подумала, что психобастер заразит и тебя. И…

— Ничего. Я понимаю, — рассеянно сказал Сатору. — Бес был бы заражен, но убил бы меня до заражения… так что ты спасла меня.

— И все произошло, как ты сказал, — с горечью сказала я Киромару. — Я испортила наш шанс. Я умру, сожалея об этом.

— У нас есть поговорка: «Жалуйся червям, когда окажешься с ними в земле», — глаз Киромару блестел. — Вы любите сдаваться. Наш вид старается что-то изменить до смерти. Хоть усилия могут быть напрасными, мы ничего не теряем, пытаясь. Так должны себя вести не только солдаты, но и все живые существа.

Меня должна была впечатлять сила его воли, но пока я считала его слова просто бравадой. У нас кончились варианты, мы останемся под землей. Какой у него план?

— Киромару, я хочу задать вопрос, — Сатору поднял голову.

— Что?

— Мы попали в ловушку Якомару. Когда это произошло, я думал, ты предал нас.

— Ясно. Не удивительно так думать во время сильного шока. Вам хотелось бы иметь доказательства, что я не предал вас, — спокойно сказал Киромару. — Но у меня нет причины предавать. Если я вас предам, придется работать с тем мерзавцем, а я не собираюсь этого делать. Моя цель — спасти королеву и уничтожить Якомару. И, если бы я работал с врагом, я бы давно вас убил. Когда вы разделились, шанс был идеальным. Я мог сделать это за миг.

— Это точно.

Я смотрела на Якомару. Сколько бы я ни глядела, все равно не могла сдержать дрожь.

— Ты рисковал собой, спасая нас от беса. После этого сомневаться… Но я должен спросить еще кое-что.

— Я буду отвечать, пока есть силы.

— Ты сказал, что был с солдатами в Токио годы назад, и это видно по твоим знаниям местности. Но зачем вы приходили? Что тут было важного, из-за чего можно было потерять треть своих?

Киромару широко улыбнулся.

— Вот в чем корень ваших сомнений во мне. Я не хотел рассказывать раньше, но теперь нет смысла скрывать.

Он встал, понюхал воздух, пошевелил ушами, проверяя, не переместился ли враг.

— Мы прибыли сюда по тем же причинам, что и сейчас. Хотели найти оружие массового поражения, оставленные древней цивилизации.

— Зачем?

Его улыбка увяла.

— Зачем? Не для коллекции. Чтобы использовать. Психобастер не так силен, но с ядерным оружием мы могли бы занять место людей и править на земле.

— Зачем? Разве Шершни не были в хороших отношениях с людьми? А тут желание управлять как у Якомару, — потрясенно сказал Сатору.

— Посмотрите на все с нашей стороны. Все существа хотят жить и размножаться. Для нас вся жизнь связана с продолжением колонии. И нам нужно обеспечивать выживание. Шершни были в союзе со многими колониями, но у нас оставались враги, и в любой миг могла начаться война, — объяснял Киромару. — И легко представить существование людей большой угрозой для нашей колонии. Что такое «хорошие отношения?». Пока мы были верными, слушались всех ваших прихотей и делали вашу грязную работу, мы могли жить. Но все может измениться в любой миг. Колонии убирали без особых причин.

— И вы хотели убить людей, пока они не убили вас?

— Если бы мы могли победить упреждающей атакой, мы бы так и сделали. Как сделал Якомару. Но мы не нашли ядерное оружие и оставили эту идею.

— Но откуда вы знали о ядерном оружии?

— Вы уже поняли. Архивы библиотеки, которые вы зовете ложными миноширо. Мы давно знали, что знания — сила, так что старались поймать такого. Архивы давно развили защиту, став доступным только для людей, а новый тип поймать было еще сложнее… К сожалению, Якомару забрал наш архив, и у него их теперь не меньше четырех.

Мы слишком сильно полагались на проклятую силу. Эта наглость из-за силы и власти губила правящую верхушку в каждой эпохе.

— Спасибо за честность. Но, думаешь, после твоих слов мы можем тебе доверять?

— У вас нет выбора. И я ничего от вас не скрыл, — спокойно сказал он. — Хоть мы видим в людях своих врагов, мы не хотим подавлять их. Мы хотим процветания нашим колониям. Но сейчас колония Ктыря угрожает существованию нашей колонии, удерживая в плену нашу королеву.

Глаз Киромару блестел ненавистью.

— Этот мерзавец потерял основной инстинкт жить и умирать ради колонии и стал жадным до власти монстром. Под прикрытием демократии он распространяет идеи измены и пытается забрать всю власть себе, — прорычал он, понизил голос и продолжил. — Хоть наш вид создан для службы людям, мы всегда сохраняли свои традиции и культуру. Но если Якомару станет диктатором, это нас погубит. Мы не можем допустить, чтобы он создал общество, в котором королевы после лоботомии становятся рабами.

Я вспомнила ужасы в сарае в колонии Ктыря. Я впервые стала сочувствовать Киромару.

— И я должен убить беса любым способом и остановить планы Якомару. Думаю, в этом у нас совпадают интересы.

— Да, — кивнула я.

— И я согласен, но… — Сатору замолчал, но смысл был понятен. Мы могли доверять Киромару, но это нам не помогало.

Мы ничего не могли поделать. Мы верили, что Якомару тоже так думал. Но дело было не в этом. Если бы мы поняли это, могли бы победить без кровопролития.

Но мы не представляли, что у нас было огромное преимущество.

«Странно…» — снова тот голос в моей голове.

«Шун? Что странно?», — чтобы не привлекать внимание Сатору и Киромару, я задала вопрос в голове.

«Киромару. Он — джокер… или козырная карта».

«Я не понимаю. Объясни».

«Я же говорил. Он не бес. Подумай…» — голос Шуна растворился.

«Шун. Шун! Почему? Скажи».

«Ты знаешь… я показывал… над землей… мой…».

И тишина.

Я ничего не понимала.

— Саки, что такое? — спросил Сатору, заметив выражение моего лица.

Я хотела рассказать, что раскрыл Шун, но Киромару сказал:

— Он идет… бес.

Мы посмотрели на вход, затаив дыхание. Тупик, в котором мы были, находился за поворотом, и мы не видели главный туннель.

— Он идет медленно, чтобы не шуметь. Но еще два-три метра…

Бес нашел нас? Если он дойдет до тупика, мы не сможем сбежать. Я стала готовиться к обвалу в туннеле. Но это было самоубийство и нападение на другого человека. В последний миг мне помечает инстинкт.

Было лучше сделать это сейчас, пока я не увидела беса?

Я посмотрела на потолок… и не смогла это сделать. Я ощутила волну отчаяния.