Чтение онлайн

В старшей школе, а позже в Университете Сан-Франциско в 1950-е тренеры учили Билла Расселла не отрывать стопы от пола, когда он блокирует броски соперников. Недолгое время Расселл следовал их советам, а потом стал поступать так, как подсказывал ему инстинкт – выпрыгивать и блокировать броски, как никто прежде.

«Мы были рождены, чтобы играть так, как играем, – скажет позже Джордан в разговоре с писателем Джоном Эдгаром Вайдманом. – Этому нельзя научить».

Из всех тренеров, у которых играл Джордан, только первые двое были афроамериканцами. Фред Линч и Поп Херринг имели возможность наблюдать за тем, как Джордан в годы учебы в старшей школе раскрывает и изучает возможности своего исключительного атлетизма. Они делали это, не указывая ему излишне активно на то, что он нарушает то или иное фундаментальное правило игры. Линч и Херринг работали с ним над основами игры в баскетбол и направляли его уникальный атлетизм в нужное русло. Херринг показывал ему, как максимально увеличить скорость на первом шаге за счет движения, которое потом судьи в студенческих матчах Северной Каролины будут классифицировать как пробежку, – до тех пор, пока Дин Смит не докажет им, что Джордан на самом деле не совершает лишнего шага.

Свидетельства говорят нам, что Херринг много времени обсуждал с Джорданом и его партнерами по команде умение правильно выбрать момент для броска и темп игры, столь же много внимания он уделял слаженности их действий в защите. О том, как Джордан облегчал такие разговоры тренеру, вспоминал ассистент тренера Рон Коули: «Ни у кого и никогда не было такой энергии, как у этого парня, даже в старшей школе. Он с гордостью защищался. Майк приходил в ярость, если его партнеры не отыгрывали в защите на тренировках как надо».

Но сколько бы Херринг ни нахваливал свою команду, он разумно ограничил себя в публичных комментариях касательно Джордана в те первые месяцы сезона. Он не распространялся ни о письмах, которые писал в колледжи, ни об утренних занятиях с Майклом в спортзале. Очень многие тренеры рассматривали свои команды и игроков с точки зрения своего профессионального резюме, но Херринг держал информацию о своих усилиях при себе. О них станет известно много позже, по большей части из воспоминаний Джордана. Херринг вряд ли тогда знал, что момент восхождения Джордана станет и его собственным коротким мигом славы. Поступки тренера были не идеальными, но в ретроспективе их точно можно назвать выдающимися. Херринг был энтузиастом, но молва о его стараниях оставалась за дверями раздевалки его неопытной команды.

Учитывая высокий рост Джордана и его прыгучесть, большинство тренеров логичным образом предпочли бы расположить его неподалеку от корзины или заставили бы играть вдоль лицевой линии. И хотя Джордан работал по всему периметру площадки, Херринг ставил его в основном на позицию защитника. «Поп дал ему возможность играть на позиции, на которой он будет действовать в колледже и в профессиональной карьере, – отмечал тренер Нью-Хановер Джим Хеброн. – Если бы Поп ставил его на лицевую или под кольцо, он мог бы выиграть чемпионат штата».

Спустя два дня после наступления Рождества команда школы Лэйни открывала Пригласительный турнир Нью-Хановер, организованный газетой Star-News и выигранный командой Херринга в предыдущем сезоне. Турнир сталкивал местные школьные команды с талантами не откуда-нибудь, а из Нью-Йорка. Первым соперником Лэйни стала команда школы Боумен из Уэйдсборо, приехавшая из южно-центральной части Северной Каролины. «Мы слышали о нем, – вспоминал в 2011 г. тренер Уэйдсборо Билл Такер. – Кое-кто из наших ребят считал, что сможет играть, как Майкл Джордан, но с этой задачей они не справились».

В частности, в составе его команды был атлетичный игрок Тим Стерлинг. Вот что вспоминал Такер: «Он считал, что сможет отвечать на каждый данк Майкла Джордана своим данком. Игра была очень напряженной, вперед выходили то одни, то другие».

Команды обменивались уколами с невероятной скоростью, и тон задавала команда Лэйни – своим прессингом и ловушками. За 6 минут до конца Лэйни вела со счетом 46: 44, Херринг взял тайм-аут, чтобы дать своим игрокам передышку и напомнить о том, что важно концентрироваться на метких бросках в оставшееся время матча. В первых выигранных матчах его беспокоило то, что его команда имела склонность терять контроль над игрой. В этот раз соперники тоже смогли подтянуться: за 3 минуты 47 секунд до конца счет был равным, 48: 48. Вернув утраченное хладнокровие, Джордан и его партнеры вновь успешно реализовали свою защитную стратегию и в оставшееся время набрали 18 очков против двух у соперников, завершив игру со счетом 66: 50. «Наши парни отлично оборонялись весь вечер, но особенно удачно действовали в конце», – сказал после матча Херринг. Особенно хорош был Джордан.

«У него была уйма энергии, целый вагон», – вспоминал Такер.

Однако оптимистичные ожидания не оправдались на следующий день, когда состоялся полуфинал против команды школы Холи Кросс, проделавшей для участия в турнире 15-часовой путь из Флашинга, Нью-Йорк. Лэйни имела преимущество в шесть очков в середине четвертого периода, а за 2 минуты до конца вела 51: 47. Но Джордан дважды промахнулся со штрафных бросков за 45 секунд до сирены, что позволило Холи Кросс сравнять счет в матче. У Джордана была возможность сделать победный бросок перед самой сиреной, но он снова промахнулся, после чего Холи Кросс взяла контроль над игрой и победила в овертайме 65: 61.

После поражения Херринг был изрядно зол. «Они должны были выполнять свою работу, – жаловался он репортеру. – У нас было собрание по этому поводу». То, что он сделал потом, затмило, наверное, даже психическое расстройство, открывшееся у него позже. Вероятно, он просто не хотел дать принципиальным соперникам из Нью-Хановер возможность оценить игру его основных игроков, а может, был попросту вне себя от злости. На следующий день Херринг оставил всех игроков стартового состава на скамейке, выпустив резервистов на матч за третье место против Нью-Хановер. Озадаченный и разозленный Джордан со скамейки наблюдал за тем, как его партнеры проводят хороший матч, но проигрывают 53: 50.

Какой бы ни была цель, преследуемая Херрингом, ему пришлось столкнуться с негативными последствиями своего решения. В течение следующих трех недель его команда потерпела пять поражений кряду, хотя даже в этой провальной серии нашлось место паре светлых пятен. В игре с мощным Голдсборо, в составе которого играл Энтони Тичи, будущая звезда команды Университета Уэйк Форест, Джордан набрал 40 очков. В тот вечер Тичи заблокировал 17 бросков игроков Лэйни, из-за чего Херрингу оставалось только разочарованно качать головой – его команда проиграла 72: 64.

«Тичи сыграл просто невероятно, – сказал он. – 17 блок-шотов – невероятный результат».

Быть может, предыстория этого матча поможет объяснить сумасшедший настрой Джордана на ту игру, в которой он набрал аж 40 очков. В 16-летнем возрасте он встречался с девушкой из Голдсборо, а поскольку город этот находился примерно в двух часах езды на северо-запад от Уилмингтона, Майкл ездил к ней по ночам. Эта девушка, Лакетта Робинсон, проживала в том же районе, что и Тичи, а потому звезда Голдсборо время от времени пересекался с Джорданом. «Он встречался с девчонкой, моей одноклассницей, поэтому знал местных из Голдсборо», – вспоминал Тичи в интервью 2012 г. – Он очень часто наведывался в Голдсборо».

Тичи вспоминал: «Он держался сдержанно. У него была такая аура. Она и на площадке окружала его. Если он не знал тебя, то не водился с тобой за пределами площадки. Если он не знал тебя, то не начинал с тобой разговоров».

Не то чтобы Джордан был грубым. Он был вполне дружелюбным, отмечал Тичи. «Он просто не доверял многим людям».

Джордан явно хотел впечатлить свою подругу игрой в матче против команды ее школы. Лучшая демонстрация повышенной мотивации? Сорок очков, набранные звездой одной команды, и 17 заблокированных бросков от звезды другой. Тичи не смог вспомнить, сколько из 17 его блок-шотов пришлись на броски Майкла, но признался: «Он очень активно атаковал корзину».