Чтение онлайн

– Правда, – подтвердил Жека. – Маникюр свежий, педикюр, макияж, стрижка, автозагар, ну… все дела. Дамочка не деревенская, это все городские услуги и причем сделанные не в третьеразрядном салоне.

– Вот что значит человек удачно женился, – Соколовский похлопал Жеку по плечу.

– Ну, понятно, – кивнула Родионова. – Приехала на дачу, переоделась в рабочую одежду… не местная.

Эксперт согласно кивнул. Подошедший Симоненко вытирал руки влажной салфеткой и стряхивал с колен мелкие травинки.

– Ее не здесь душили, – заявил он и показал назад, в сторону деревьев. – Пойдемте, я вам покажу. Вот здесь трава примята, тут тащили. Вот еще следы, где ее волокли по земле, и вот здесь. Я думаю, ее вот здесь душили, – показал он рукой на примятую траву на полянке. – Потом от тропинки туда уволокли. Обратите внимание на подвядшие сломанные веточки у куста. И вот на это.

Низко над землей на ветке кустика виднелся маленький кусочек оборванной зеленой ткани.

– С одежды убийцы? – предположила Вика.

– Однозначно. А вот еще интересная улика.

Сделав пару шагов в сторону, Симоненко присел на корточки и раздвинул пальцами густую траву. В траве лежала капсула-шприц с маркировкой.

– Адреналин, – внимательно изучив капсулу, заявил эксперт. – Экстренно вводится при анафилактическом шоке у аллергиков. Например, при укусе насекомых, особенно пчел, можно даже через одежду, главное, быстро.

Кассир в поселковом магазине оказалась женщиной деловой и не особенно впечатлительной. Она внимательно рассматривала около минуты фотографию мертвой женщины, потом решительно согласилась.

– Да, она вчера приходила, я запомнила ее. Мы с ее банковской карточкой замучились – не проходит и все, аж очередь собралась. А купила один творожок только. Я говорю: «Женщина, завтра приходите, творог свежий привезут». А она: «Нет, электричка рано».

– А одета как была? – спросил Жека.

– Да обычно, – пожала плечами кассирша.

– А с карточкой ее что получилось? – спросил Симоненко. – Она расплатилась ею или наличными?

– Расплатилась. Она полчаса в сумке рылась, другую карточку нашла.

Кивнув, Симоненко отошел в сторону и достал телефон.

– Капитан Симоненко. Мне нужно выяснить биллинг кассового терминала, все операции с шести вечера и до полуночи.

После опроса местного населения, работников на железнодорожной станции вся группа собралась в участковом пункте, где был компьютер и интернет. Симоненко уже сидел за столом и стучал и двигал мышкой компьютера. Когда вошли Родионова и оперативники, он сделал приглашающий жест и развернул монитор так, чтобы было видно всем.

– Пробили по банковской карте. Ее зовут Краснова Нина Валерьевна. Практикующий психиатр. Работала в закрытых лечебницах… Вот интересная информация: Краснова была председателем экспертной комиссии, то есть она принимала окончательное решение о том, вменяем преступник или нет! Я говорил с ее начальством. Аллергией она не страдала. А дача у нее в Черногории.

– Семья есть? – спросил Соколовский.

– Мужа нет. Жила с дочерью. Интересно, дача в Черногории, живет в центре… Как сюда занесло?

– Да, действительно загадка, – согласилась Родионова. – Симоненко с Аверьяновым, вы поезжайте к дочери, привезите в отдел. Мы с Соколовским в общину. Глава общины может выгораживать своих членов.

Игорь шел вместе с Родионовой за Кристиной и с интересом поглядывал по сторонам. Создавалось впечатление, что смотришь на массовку для какого-то исторического фильма. Деревянные дома, на лугах скошенная трава, и босоногие девчонки в косынках ворошат его, чтобы лучше сушилось. На реке деревянный настил, с которого несколько женщин, высоко подоткнув подолы длинных платьев, полоскали белье. По переулку промчались несколько лошадей, на передних трех подростки, до черноты загорелые, в одних трусах с гиканьем и посвистами стегали своих деревенских скакунов. Неподалеку звонко били кувалды и молоточки кузнецов. Несколько домов на окраине стояли брошенными. Заросшие бурьяном дворы да покосившиеся заборы.

– Экоферма, – сказал Соколовский.

– Что? – не поняла Вика.

– Модное течение в наше время – экоферма. Они на туристах могут хорошие бабки заколачивать. Полное погружение в старину. Фольклорного коллектива в штате не хватает.

Кристина, что-то сказавшая по пути босоногой девчонке в ярком сарафане, привела гостей под навес с длинным, хорошо выскобленным столом и лавками.

– Вы простите, что Борис с Татьяной вас не встретили, – улыбнулась девушка, приглашая садиться. – Дел у них много. Но я вам все покажу.

– Они у вас тут главные? – поинтересовалась Вика.

– Ну, как вам сказать. Не то чтобы главные. Просто Борис это все начал. Потом остальные приехали. Нас сорок человек. И мы полностью себя обеспечиваем. Вот угощайтесь!

Та самая девочка, которую Кристина остановила на улице, принесла и поставила на стол миску с крупной клубникой и небольшую крынку сметаны, накрытую чистой тряпочкой.

– Вам сейчас витамины нужны, – улыбнулась Кристина, кивнув на выпирающий живот Родионовой.

– Спасибо, – кивнула Вика и взяла пальцами ягоду. – Кристина, а вы здесь чем занимаетесь в общине?

– Я с детьми. В школе преподаю, – снова улыбнулась своей светлой улыбкой девушка.

– Да? – оживился Соколовский. – И чему учите?

– Истинной науке. Что земля плоская и стоит на трех китах, и она – центр мироздания.

Рука Родионовой замерла, так и не донеся до открытого рта ягоду. Наверное, выражение лица Соколовского было не менее красноречиво. Кристина восторженно хлопнула в ладоши и закатилась веселым смехом. Посмеявшись, она ответила.

– Обычная программа начальной школы! Вы что, думаете, мы тут дикари?

Кристина стала рассказывать, что у них вполне официально оформленная начальная школа, с лицензией и всеми другими атрибутами. Мы же понимаем, что не все дети, которые вырастут в общине, захотят провести свою жизнь в этих условиях. Будут разные интересы, кто-то захочет профессию летчика, моряка, кто-то захочет стать ученым. И это прекрасно, потому что человек свободен и имеет право делать сам свой выбор по велению души. Но они здесь в общине будут рады, если кто-то захочет вернуться и прожить свою жизнь в тишине и покое.