Чтение онлайн

Он вёл себя так, будто ничего особенного не случилось. Так может, ничего и не случилось? Я думал об этом, и у меня кипели мозги.

Не под дверью же торчать, пока Кир свои дела делает. Искать стиралку я не стал, добрался до кухни, нашёл ту самую кофемашину. Она выглядела угрожающе со всеми этими хромированными деталями и кнопками. Ткнул в какую-то, похоже, попал – что-то там внутри загудело, замигало.

Оставалось лишь ждать, и я, налив себе воды из-под крана, уселся у барной стойки.

В голове – всё ещё мутной, дурной – ворочалось на повторе: у него такая хата, что можно на коньках кататься, куча свободных комнат. Так какого хрена мы спали вместе? Другой кровати для себя он не нашёл? Вот что он на это скажет? Мне было даже интересно послушать его объяснения. Я искренне верил, что Кирилл их найдёт. У него отлично подвешен язык и наглость размером с Нью-Йорк. Он сможет – или за дело получит по роже.

– Тебя рвало. – Свежевыбритый Кир в белом банном халате пил кофе маленькими глотками и жмурился довольно, будто большой кот. – Ты, похоже, вообще пить не умеешь.

– Я редко пью. С каких пор это недостаток?

– Ну, знаешь ли, – Кир хмыкнул, – когда тебя в такси начало рвать, то желания хвалить твой преимущественно здоровый образ жизни у меня не возникло.

– Ха-ха, – мрачно прокомментировал я.

Чёрт. Картинка, которую рисовал Кир, выглядела неприглядно.

– Ничего смешного, Дэн. Пришлось раздеть тебя и сунуть твою одежду в стиралку, ну и мою заодно. Я прилёг рядом с тобой, потому что боялся, что ты захлебнёшься. Ты реально был не в себе.

Ничего подобного я не помнил. С другой стороны, из этой ночи я не помнил вообще ничего. Как садились в такси – это помнил, а дальше – как бездонная пропасть.

– Костик бы мне твой труп не простил, так что хочешь – не хочешь, но я должен был за тобой присмотреть, – продолжил рассказывать Кир. – И я тоже устал, знаешь ли, наравне с тобой пил, вот и уснул. А ты что подумал?

Я пожал плечами. Свои мысли озвучивать даже себе во второй раз бы не стал. Ну его, и так выглядел идиотом.

Кир оказался решительнее меня. И с воображением у него был полный порядок.

– Ты подумал, что я тебя невинности лишить захотел? Вот такого вот решил поиметь, пьяного до бессознанки? Ну, знаешь ли, ты, конечно, красавчик, но свою привлекательность переоцениваешь. Пьяный, ты не был настолько хорош, чтобы дрочить на твой светлый образ.

Что он нёс?

– Не говори ерунды.

– Это ты не говори ерунды, – возразил Кирилл и выдал, не моргнув глазом: – Если бы я имел виды на твои тылы, то ты бы об этом сразу узнал. С пьяными я не трахаюсь – ни с бабами, ни с мужиками.

У меня приоткрылся рот, а Кир, будто не объявил только что о своих извращённых предпочтениях, продолжил уверенно говорить:

– Успокойся уже. Твоя гетеросексуальность не пострадала.

– А твоя? – спросил я.

– А моя вся при мне, как и всегда. – Кир допил свой кофе и спросил, указывая на мою чашку: – Ты кофе-то будешь? Смотрю, даже не пригубил.

Я качнул головой, и он забрал мою кружку себе.

– А как я вообще здесь оказался? – спросил я, разглядывая Кирилла.

Получается, он как Костя – и это не укладывалось в голове. Я правда расстроился. Он мне по-настоящему понравился, а оказался… м-да.

– Тебя так развезло, что ты даже свой адрес не вспомнил. Потому мы поехали ко мне. Я бы Костику позвонил, но подумал, что ты бы не хотел, чтобы он знал, что ты в таком состоянии. Трезвыми мы, конечно, не уходили, но и не настолько уж пьяными, чтоб вообще… А что, стоило позвонить?

Я представил перспективы и покачал головой.

– Нет, не стоило. Спасибо за то, что обо мне позаботился.

Кир улыбнулся во все тридцать два.

– Да я только начал заботиться. Яичницу будешь?

При мысли о еде мне стало нехорошо. Кирилла моё позеленевшее лицо не смутило.

– Вижу, аппетита у тебя нет, но ничего. Тебе обязательно надо поесть. И я сделаю тебе чашку чая. У меня зелёный есть, антиоксидант. Ты пьёшь зелёный?

Кир говорил это, уже колдуя у плиты.

– Не знаю, не пил до сих пор. И есть я не хочу.

– Понимаю. Но от рассола от солёненьких огурчиков не откажешься.

Он открыл небольшую банку, которую достал из холодильника, налил жидкость в стакан и подал мне.

– Это маринованные, но и так сойдёт. Пей, тебе сразу станет лучше.

От него прямо волна шла задорной энергии, отличного настроения. Он жарил яичницу, резал хлеб, овощи мыл и болтал, не переставая. После рассола мне и правда полегчало, потому я спросил:

– Я правильно понял, что ты… хм… ну, по парням?

– Как тебе сказать, – ответил Кирилл, не поворачиваясь, колдуя над сковородой. – Для меня не слишком важно, мальчики или девочки, лишь бы человек был хороший и, разумеется, взрослый.

Он переложил яичницу на тарелку и поставил её передо мной.

– Не беспокойся об этом. До тебя у меня было всего двое парней.

– До меня?

– Согласись с тем простым фактом, что мы вместе провели ночь. Так что ты будешь моим третьим. – Кирилл рассмеялся. – Знаешь эту присказку: Бог троицу любит? Давай считать, что это судьба и любовь.

– Ну ты и балабол, – ответил я, качая головой.

– Так это же хорошо. Так жить веселей, Дэн. Ярче, живей, красивей.

Я помолчал.

– Ты из-за Кости стал таким?

Кир приподнял брови и замер с наколотым на вилку куском колбасы.

– Я имею в виду, он твой сводный брат, и ты решил разобраться, что он в этом находит? – уточнил я, и Кир улыбнулся.

– Какой интересный вопрос, Дэн. Генка – твой младший брат. Ты тоже хочешь разобраться, что он в отношениях с Костей находит?

– Нет, не хочу.

– А обвинять меня или его хочешь? Гнобить там или презирать? – он спрашивал так, будто считал моё отношение важным.