Чтение онлайн

Бросаю быстрый взгляд на часы. Уже поздно, очень поздно.

– Давай не будем терять время.

Иду в сторону письменного стола и по пути снимаю толстовку, в которой на улице была. В комнате жарко, футболки будет вполне достаточно.

– Я так и знал, что ты за этим меня позвала. Задание Краснова только предлог?!

Оборачиваюсь и недоуменно смотрю как Сафронов расстегивает верхние пуговицы на рубашке.

О чем это он?

Резко вздрагиваю как будто током ударяет.

– Да, предлог усадить тебя за книги.

В ответ дарю ему раздраженную улыбку.

– Тут прокол выйдет, Зубрила! Я с собой учебники не таскаю.

– Я сомневаюсь, что ты даже знаешь где находится библиотека, чтоб их взять.

Общение с Сафроновым - испытание для моей выдержки.

– Так что я скачала электронные версии, все равно думала…

Вовремя замолкаю, чтоб лишнего не взболтнуть. Я-то была уверена, что ни за что у меня не получится заставить Романа сделать его часть задания, так что качала их преимущественно для себя.

А тут вон он как удачненько сам на вечеринке подставился.

– Что думала?

Пока я пытаюсь открыть на ноуте нужные сборники и кликаю мышкой по разным окошкам, слишком близко ко мне раздается его голос.

Вздрагиваю и замираю.

Так, Лиза, без резких движений.

Сафронов отстраняться даже не думает, поэтому я продолжаю ощущать его дыхание в районе шеи, уха… Потом оно перемещается к щеке.

Сердечко колотиться начинает с каждым ударом все сильнее. Кожа на лице горит, в горле все пересохло.

Сейчас ко мне осознание приходит, что я самого заядлого бабника приволокла к себе в комнату. Ночью.

Так вот к чему была его фразочка, и почему он пуговицы на своей рубахе отстегивал.

– Думала за тебя все делать придется.
– Сглатываю и хочется откашляться, чтобы выплюнуть воображаемый комок в горле.
– Но ты до неприличия фотогеничен, так что я не смогла не сделать памятное видео…

Он отстраняется и это уже моя маленькая победа.

Дышать легче становится.

– Удали его.

– Ага. Слушаюсь и повинуюсь.
– Не дождется.
– Я ж тебя потом днем с огнем не отыщу.

– Ну что ты, Зубрила, только позови.
– И опять он резко на глазах меняется. Взгляд темнеет и голос звучит ниже.
– И я тут же окажусь у твоих ног.

Еще так медленно опять ко мне приближается и руки выставляет по обе стороны от моего тела. В подлокотники стула упирается и меня вынуждает вжаться в спинку.

– Все! Верю!

Чтоб хоть как-то смыть это наваждение, осторожно, но резко и изо всех сил хлопаю у него в ладоши перед лицом.

– Из тебя гениальный актер и влюбленность ты можешь разыграть уже на второй минуте знакомства.
– Всегда, когда я заметно нервничаю, решаю эту проблему сарказмом. Громко лаю, потому что на самом деле боюсь, что меня укусят.
– Теперь мы можем сесть за задание?

Резко на стуле разворачиваюсь, да так, что у него выбора не остается - приходится убрать руки.

– Что-то я устал сегодня.

Да этот псих надо мной надумал издеваться! Не иначе!

– Сил нет! Вряд ли смогу разобраться в новых темах по курсу Краснова. Лучше завтра.

И разворачивается, чтоб идти в сторону кровати, а потом и вовсе на нее заваливается.

Не поняла. Это что сейчас было?!

Вот только ты не на ту напал, красавчик.

– Можешь ничего не читать.
– Тянусь к комоду, где лежат пустые листы А4 и достаю стопочку. Делю не на две части.
– Но будь добр напиши десять листиков о том, как тебе ооочень жаль за свой поступок.

Он еще не понял, что нельзя злить терпеливого отличника? Ситуация с его мозгами запущеннее чем я думала.

– Так мне не жаль.

Едва сдерживаюсь, чтоб воздухом не поперхнуться.

– Да мне все равно, просто сделай как говорят. Никто тебя сажать на полиграф не будет, чтоб проверить чистосердечно ты выводил признание или нет.

Сама сажусь за стол и показываю пример как надо.

Сафронов с места не двигается, но я всеми фибрами ощущаю, что он прожигает мне взглядом спину.

И потом присоединяется.

Я прям выдыхаю. Не знаю, что еще бы сделала, если б мажор не одумался.

Нельзя же только шантажировать его тем видео.

Если шантаж не реализовывать, то он теряет смысл. А идти в открытую против Романа я боюсь. Видео - мой единственный козырь, разыграв который я вынесу себе социальный приговор.

– Эй, у тебя ручка не пишет. Дай другую.

Возвращаюсь в реальность и смотрю как он старательно расписывает засохшие чернила. Давит с такой силой, что несколько верхних листов рвется.

Потом на эмоциях отбрасывает ручку в сторону.

Какой чувствительный.

Я молча и неторопливо привстаю и тянусь к органайзеру на полке, где все ручки стоят.

В ту же секунду и Сафронов вскакивает. Действует мне на опережение.

– Быстрее уже.
– Кидает раздраженно и отпихивает мою руку.

Все происходит настолько стремительно, что я равновесие теряю, запутываясь в своих же ногах.

Стул подо мной на колесиках, поэтому в сторону отъезжает. До полки дотянуться на успеваю, за стол схватиться неудобно.

Есть только Роман, за него и держусь, чтоб устоять.

Все, пронесло. Такого громилу я точно с места не сдвину.

Как бы ни так.

Не знаю, как так выходит, но через секунду я снова понимаю, что падаю на кровать, а Сафронов летит сверху.

Этот гад Роман Сафронов украл мой первый поцелуй.

Секундное прикосновение губ и поцелуем назвать сложно, но то, что между нами произошло по неосторожности, иначе назвать я не могу.

Мне сейчас злиться надо и его отталкивать изо всех сил. Впору впадать в истерику как это делают красны девицы в книгах, но я замираю.