Мажор на мою голову
Шрифт:
— Рит, я идиот! Я признаю это, но я не могу так больше! Я сдохну.
С непонимание смотрю на Кирилла, во взгляде которого плещется боль и отчаянье.
— Что случилось? Я не понимаю. — дрожащим голосом отвечаю в ответ.
Кир горько усмехается.
— Я не могу больше жить не сказав тебе правды.
— Какой правды, Кир? И зачем ты все это затеял, и зачем избил Макса?
— Я объясню тебе, но чуть позже. Сейчас о другом. У тебя все серьезно с Максимом?
Что? Его сейчас волнует это?
— Тебя это не касается! — холодно отвечаю я. — Это моя личная жизнь!
— Значит опоздал… Прости, больше не потревожу. — Он размыкает наши пальцы и разворачивается в сторону машины. Я не сопротивляюсь порыву догнать Кира и разворачиваю его к себе.
— Я не понимаю, — с отчаяньем в голосе шепчу я, — зачем тебе это?
— Мне нужно было знать правду… И я надеялся на другой ответ.
Кир сново поворачивается и идёт в сторону машины. Я не могу его отпустить. Не сейчас. И единственный, что его остановит — это правда. Я нервно сглатываю и дрожащим голосом отвечаю.
— Нет. Мой ответ — нет. У нас не серьезно. Просто… просто Макс предложил мне сделать это, чтобы… — я запнулась и уставилась на остановившегося Кира в смущении.
— Чтобы что? — слышу его тихий голос, а сама давлюсь слезами.
— Чтобы доказать мне, что я тебе не безразлична. Доволен? — я срываюсь на крик, а Кир расплывается в улыбке. Зачем? Ну зачем я сказала правду? Слезы душат меня.
— Чего ты лыбишься, придурок?
Кир долго молчит не сводя с меня взгляда. А потом подходит и обнимает. Я утопаю в его объятиях. Чувствую себя защищённой в его руках. За ним я как за каменной стеной, но он жалеет меня. Мне не нужна его жалость! Но и скинуть его руки я тоже не в силах. Я просто утыкаюсь ему в шею и заливаюсь слезами. Холод обжигает мои щеки, но мне все равно. Хорошо встретила новый год, ничего не скажешь! Кир наклоняется к моему уху и тихо шепчет:
— А лыблюсь я, потому что чувствую себя самым счастливым придурком в мире! Потому, что я хочу предложить тебе начать встречаться.
Надежда в моей груди затрепетала как бешеная. Встречаться? Он шутит или я сошла с ума и мой мозг выдает желаемое за действительное? Не может быть, чтобы Кир сказал это серьезно, а если это шутка — я не переживу.
— Это шутка? — задаю я волнующий меня вопрос.
— Только если тебе смешно. Для меня же все серьезно.
Я таю. Нет серьезно! Мое сердце сейчас выпрыгнет из груди и отдастся в руки Корсакова. Он только, что предложил встречаться, а значит… значит я ему нравлюсь! И действительно не безразлична.
В голове всплыла та самая надпись, которую Кир написал на асфальте во дворе универа:
Если не хочешь на свидание, давай просто покувыркаемся?
И тут я понимаю, что не могу так. Если и будут отношения, то только серьезные. Других мне не надо…
— Ты наиграешься со мной и бросишь. А когда твоя симпатия пройдет, я не смогу залечить свое разбитое сердце. Я так не могу.
Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но Корсаков не даёт мне этого сделать.
— Не пройдет… Я тоже так думал, но вот уже пол года сохну по тебе.
На душе теплеет и сердце делает кульбит, но я не могу поверить. Он спал с другой и я сама была свидетелем этого.
— Так сохнешь, что трахаешься с кем попало? — взрываюсь я.
Кир с недоумением смотрит на меня.
— У меня никого не было уже полгода. Всех тех девиц я использовал только чтобы ты преривновала, не более. Я не спал с ними.
И вот он мне врёт. Нагло врёт, прямо в лицо.
— Я лично слышала… Тогда… в тот день я пришла признаться тебе в своих чувствах, но когда подошла к двери услышала… — сльозы накатили мне на глаза. И я не закончила.
Кир в замешательстве смотрит на меня, а после я понимаю, что он вспомнил. Озарение пришло… Ну вот и не надо никаких слов, все написано на его лице. И вот последний надежда умирает. Но дальше маска его лица превращается из недоуменной в злобную гримасу.
— О боже! Я убью его. Я убью Тимура! — Кир был в не себя от злости, а я не понимала о чем он.
— При чем здесь, Тим? — я так удивилась, что даже рыдать перестала.
— При том, что в той квартире был не я, а Тим. Он несколько раз просил одолжить ему квартиру. В его ремонт и он не может водить туда баб. Ну я и одолжил. Теперь понятно почему ты стала такой холодной, ты думала, что я там развлекаюсь?
Я кивнула, а сама вспомнила разговор Тима и Кирилла столетней давности. Тим ещё тогда благодарил Корсакова за ключи. Я искренне хотела поверить ему и надеялась, что это правда. И я поверила. Бросилась к Кириллу на шею и уткнулась носом в его грудь. Такой теплый, такой родной, такой мой… Так мы и простояли не знаю сколько. Может минуту, а может прошел целый час, но рядом с Киром меня окутало блаженство. Я была самой счастливой девушкой в мире. Издалека я услышала бой курантов. Вот и наступил новый год. Я потянулась к губам Кирилла и он меня понял. Взяв инициативу он накрыл мои губы своими и поцелуй был точно таким же как во сне. Только реальным. Счастье пришло откуда не ждали. Никогда бы не подумала, что Коскаов, мажор и эгоистичный болван, чувствует ко мне то же, что и я к нему. Ослепла дурочка и не замечала… Мои ноги стали ватными, я цепляясь руками за шею и плечи любимого, тихо шепча признания в любви. Пусть в ответ он мне и не сказал ничего, но в его взгляде все было написано как на бумаге. Нежность, любовь и страсть. Это самый лучший новый год в моей жизни. Только на секунду мы смогли оторваться друг от друга, когда я прошептала в его губы:
— И откуда ты взялся на мою голову, Корсаков?
Вместо ответа он с ещё большим пылом накинулся на меня. И тут-то я и поняла, что влюбилась в этого засранца, окончательно и безповоротно. Он стал частью моей жизни. Моим кислородом и теперь я не понимала как жила без него раньше. Как могла не обращать внимание на свои и его чувства. Просто игнорировать их. Люблю… люблю его.
Он нашел ключ к сердцу снежной королевы…
Глава 16
— Ну ты где? Я уже под домом минут двадцать тебя жду! — слышу в трубку недовольный голос Корсакова.
— Да иду я, иду!
Я действительно опаздываю. На целых двадцать две минуты. Ну а что я могу сделать, если не могу найти эту чёртову сумку? Уже все перерыла, но ее нигде нет. Да плюнула б уже давно и ушла, если бы ключи от квартиры не лежали в этой самой сумке. И как назло Ули дома нет, чтобы ее ключи одолжить. Шляется не понятно где и как она сказала "Не обязана перед тобой отчитываться, а режим ответственной старшой сестрёнки можешь выключить".
Встала я сегодня по-раньше, как говорится марафет наводить. Никогда с этим не парилась, но теперь когда я официально в отношениях с Киром, хочется выглядеть на все сто, или точнее лучше куриц которые засматриваются на моего парня и строят ему глазки. Скажите ревнивая? Да, я такая. Собственица. Не хочу ни с кем делить любимого, он — только мой. Кир и не давал поводов для ревности, но все же… Короче говоря, девочки меня поймут.
Аллилуйя! Вот она! Сумочка лежала на тумбочке в гостиной. Я бегом схватила ее и помчалась вниз.
Знакомый мне Мерседес стоял на парковке. Любимого я рассмотреть не могла, так как стекла тонированные. Бегом подошла к машине и прыгнула на переднее сиденье.
— Кирилл прости, я… — договорить я не успела. Меня сразу обняли крепкие мужские руки и Кир запечатлил на моих губах страстный поцелуй. Все мысли сразу вылетели из головы.
Мы встречаемся с Киром уже неделю. И сегодня решили отметить наш маленький праздник. Ну и к тому же сегоднясегодня рождество. Решили отмечать без друзей. У них и так дел невпроворот. Уля, как я уже сказала, где-то тусуется. Полина празднует с семьёй. Ну и Леха там же, так как теперь он для мамы Полины ее парень. Вот пусть выкручивается шутник. Про Тима знаю, что он с семьёй. Должен же хоть один Матвеев быть с родителями в праздник. Ну а про Яну с Егором и так все понятно. У них свадьба на носу, готовятся во всю. Дату назначили на четырнадцатое февраля. Очень романтично, идею, кстати, подкинула я. Я вообще стала до глубины души романтична. Вот так на меня влияет Корсаков, да в принципе и он не отстаёт. Взять хотя бы его недавний подарок. Обычный браслетик с половинкой сердца на которой вырезана буква "К", у него же вторая половинка с буквой "Р". Вот так романтично. Помню как он сказал: "Знаю, что бонально, но похоже я становлюсь сентиментальным". Я тогда расхохоталась и зацеловала его так, что еле отлипился от меня и пообещал приносить такие браслетики по сто штук в день, если я так буду реагировать.