Мазохистка-любовь
Шрифт:
– Здравствуйте. Я с Евой приходил поговорить.
– Зачем она тебе? – спросила меня мама Евы.
– Я люблю вашу дочь и хочу быть с ней вместе. Да, я ужасно поступил. Но я хочу получить еще один шанс. В этот раз я точно не причиню боли вашей дочери.
– Как долго ты хочешь быть с Евой? – уже серьезно спросила она.
– Всю жизнь, – честно ответил я.
– Ну, смотри у меня. Я даю тебе шанс и используй его с умом. Какой у тебя план? – я был безумно рад, что все складывается как нельзя лучше.
– Я хочу украсить Евину старую квартиру букетами из роз. Только я не знаю, как туда попасть.
– А почему старую? Она ведь там живет. А к нам она просто в гости приходит. Вот тебе ключи от той квартиры. Завтра Евы не будет дома целый день, так что действуй.
– Есть, – и я на крыльях полетел в гостиницу.
И вот я стою в Евиной квартире. Рабочие из службы доставки вносят букеты, а я их расставляю по местам, стараясь расставить их по всей квартире. Самый большой букет в форме сердца я ставлю на окно и кладу туда записку. Ну, вот и все. Моя миссия на сегодня закончена. Узнав от Стаса Евину реакцию, я остался доволен. Дальше, все серьезнее.
На следующий день, когда Ева еще спала, я написал на асфальте “Я люблю тебя моя девочка” и, сделав громкость проигрывателя на всю, так, чтобы слышала вся улица начал петь. Саша должна была разбудить Еву. И вот моя девочка вышла на балкон и началась песня.
Я, никогда не делал первые признания в любви,
И любовь ты первая, которую ....
Я, никогда не делал первые признания в любви.
Я, никогда не делал первые признания в любви,
Видит Бог, ты первая, которую я, полюбил,
Наконец сбылись мои мечты.
Я, исправлю прошлого погрешности свои.
Ты, та, которой принадлежит теперь мое сердце,
Я буду вспоминать тебя в каждом мегагерце этой песни.
Плевать, что будет с нами.
Через неделю или год я тот, кто будет рядом с тобой телом и душой.
Я буду дышать, детка, только тобой одной, только тобой одной.
Ты любимая моя девочка, я помню, как мы встретились, как мы познакомились,
Ты – душа компании, стала моей манией,
И я, сделал тебе признание.
Только тебе одной посвящаю теперь свои стихи,
Пускай, они полны чепухи,
И в синем экране совсем не слышны, только тебе одной адресованы они.
Я хочу утонуть в нежном омуте твоей любви.
Это ты, тот свет, который я, видел по ночам вдали.
Я дарю тебе ключик от сердца, бережно его храни,
И не познаешь ты тогда тоски.
Я, никогда не делал первые признания в любви,
Видит Бог, ты первая, которую я, полюбил,
Наконец сбылись мои мечты.
Я, исправлю прошлого погрешности свои.
Судьба, нас не зря с тобой свела,
Только ты мне одна теперь нужна.
Я люблю тебя и еще родная, я знаю,
Солнце на рассвете к тебе первой заглядывает,
Ниже лучиком к тебе прикасаясь, оно в новом дне растворяя,
Надеюсь, в этот момент ты меня вспоминаешь.
Потому что я с тобой рядом в эту секунду оказаться мечтаю.
Ты любимая моя девочка, ты та, которой принадлежит мое сердце
Я буду вспоминать тебя в каждом мегагерце этой песни.
Плевать, что будет с нами.
Через неделю или год я тот, кто будет рядом с тобой телом и душой.
Я буду дышать, детка, только тобой одной, только тобой одной.
Я, никогда не делал первые признания в любви,
Видит Бог, ты первая, которую я, полюбил,
Наконец сбылись мои мечты.
Я, исправлю прошлого погрешности свои.
Ты, та, которой принадлежит теперь мое сердце,
Я буду вспоминать тебя в каждом мегагерце этой песни.
Плевать, что будет с нами.
Через неделю или год я тот, кто будет рядом с тобой телом и душой.
Я буду дышать, детка, только тобой одной, только тобой одной.
Песня была с реповском стиле, и я совершенно не умел читать реп, но все равно продолжал. А в конце еще раз прокричал, как я люблю Еву. И пустил связку шаров, наполненных гелием, к которым был привязан букет роз. Моя девочка поймала букет и прокричала мне спасибо. Потом благодаря Саше я положил в Евину машину мишку в человеческий рост и серебряное колечко. Но Ева не предпринимала никаких шагов, и я уже совсем сник, как Фил предложил мне гениальную идею. Написать Еве письмо и рассказать ей все, абсолютно все. И я написал простое письмо на бумаге, отправив его по почте. А дальше мы все вместе собрались отметить помолвку Фила в одном ресторане. Вот там все и произошло. Моя мечта исполнилась.
Я сидела и переключала каналы по телевизору, ожидая приезда Дэна. И он не заставил себя долго ждать. Мне позвонила Саша и доложила, что он в городе. Скоро Денис найдет мой адрес и будет здесь. Прошло полчаса, и он пришел. Сначала, как порядочный позвонил в домофон, но когда его не захотели впустить, начал перелазить через забор. Охрана поймала его и вывела обратно на улицу. Тогда Денис начал кричать на всю улицу романтические слова: “Ева! Я тебя люблю! Нам надо поговорить! Пусти меня, пожалуйста! Я знаю, что меня слышишь!”. Я сидела у окна и наблюдала за Денисом, но я не собиралась идти к нему. Пусть помучается. Я думала, что Дэн развернётся и уйдет, но он сел у ворот и стал ждать. Дядя Вова, мой отчим, не раз мне намекал на то, чтобы впустить бедного парня. Но я каждый раз отказывалась. Когда уже время начала близиться к ужину, мой отчим пошел и сам впустил Дэна, а мне лишь оставалось приготовиться морально.
– Привет родная! – и рядом со мной на диван сел Дэн, положив мне букет из роз на колени. Это были мои самые любимые цветы, и мне пришлось приложить усилия, чтобы не улыбаться.
– Ну, привет. Это что такое? И как ты меня нашел?
– начала я допрос.
– Это тебе цветы. А как я тебя нашел, так это пусть останется моей тайной, – и этот гад подмигнул мне.
– Ты и вправду готов был целый день просидеть у моих ворот? – мне очень важно было услышать, на что он готов пойти ради меня.
– Да. Ради тебя все, что угодно, – ответил он, смотря на меня. Мне было так приятно слышать эти слова, что я немного все показала ему свою радость.
– Итак. Зачем ты здесь? – я волновалась очень сильно, ожидая ответа.
– Я приехал, чтобы быть с тобой, – у меня камень с души упал.
– А как же твоя свадьба? – тихо спросила я.
– Не будет никакой свадьбы. Я все отменил, – на этих словах мое сердце забилось, как сумасшедшее и я воскликнула:
– Не верю! – и я немного выдала себя, слишком сильно показывая свое удивление.