Чтение онлайн

Ведьма сказала, что любой язык можно вполне прилично изучить за какие-нибудь семь дней. Конечно, если заниматься по-настоящему. И Рибела оказалась права.

Они говорили только по-урдхски, не занимались ничем другим, кроме изучения урдхского — и так все время, проведенное ими на борту корабля.

— Моя милая, твой ум еще молод, все еще достаточно гибок. Ты можешь развиться, можешь раскрыть все свои способности. Но ты не узнаешь о них, пока не начнешь ими пользоваться.

Теперь Лагдален с радостью обнаружила, что понимает почти все из того, что было сказано. Это было просто невероятно.

— Мы благодарим вас, — ответила Рибела. — А теперь отведите меня к Фидафиру.

Монстекиры невозмутимо закрутили свои тросточки и дружно покачали головами.

— Фидафир послал нас сказать, что он плохо себя чувствует и просит вас отменить назначенную аудиенцию. Обратитесь в приемную завтра, и вы, несомненно, узнаете, когда сможет состояться новая встреча.

Лагдален нахмурилась. Не стоило так играть с Королевой Мышей.

— В такое опасное время, — сказала Рибела, — мне грустно слышать о недомогании Фидафира. Что с ним приключилось? Я, конечно, обладаю некоторым опытом в целительстве и, возможно, могла бы ему помочь.

Монстекиры побледнели. Они явно не ожидали, что Рибела будет так хорошо, хотя и с акцентом, говорить по-урдхски.

— В этом нет необходимости, — быстро ответили они. — Лекари находятся с Фидафиром уже несколько часов, и…

— Но всего лишь час тому назад посыльный передал мне, что Фидафир готов меня принять, — прервала их Рибела. — Разве это возможно? Тут что-то не так.

Монстекиры поежились. Евнухи о чем-то беспокойно зашушукались.

И тут терпение Рибелы иссякло. Она сердито зашипела, и евнухи поспешно зажали руками уши. Но монстекиры оказались слишком медлительны.

Парой коротких заклинаний ведьма приковала их к месту. Потом прошептала еще одно. Минуту спустя, вслед за монстекирами, они уже шли в глубь дворца.

Евнухи толпой валили следом.

Они прошли через анфиладу комнат; каждая следующая была чуть меньше предыдущей и чуть больше похожа на усыпанную драгоценными камнями коробочку.

Наконец процессия остановилась перед высокими двойными дверями, которые охраняла стража.

Монстекиры замахали руками, воины расступились, и двери медленно раскрылись.

Фидафир Урдха, хозяин плодородной земли, владыка великой реки, кормилец миллионов, любимый сын Эуроса, живой супруг Гинго-Ла, царственное великолепие южного ветра, носитель дождя, сеятель семян, король Джмира, король Богры, король Пэтвы, высший лорд Шогимиссаров, Император Бэнви Великий, дрожа от страха, скорчился на кушетке в апартаментах своей тети Харумы.

— Что мне делать? — вопрошал он.

Харума глядела на него с откровенной жалостью. Бедняга, страшное бремя государственных забот сделало из него дрожащую тварь. Рано или поздно это должно было случиться, и нынешний кризис стал переломным. Лопитоли прекрасно все понимала. Она как раз и рассчитывала на слабость своего сына.

— Ты должен на время забыть об интригах своей матери, — сказала Харума. Если ты поймаешь Занизару, то скормишь его крокодилам. Ты уже один раз предупреждал его. Что до Лопитоли, то ее можно и не трогать. Без Занизару ей некого проталкивать на трон. Во всяком случае, до тех пор, пока не подрастет один из твоих юных кузенов. За это время ты вполне успеешь подготовиться к борьбе с матерью. Сейчас же она все еще слишком сильна.

— Ну вот! Ты говоришь — забыть о ней, но тот, кто забывает о Лопитоли, рискует жизнью! Я-то знаю, на что она способна. Есть так много ядов без вкуса и без запаха, и в том числе медленные яды, действующие только на следующий день.

Те, кто пробуют мою пищу, никогда не смогут найти такую отраву. А Лопитоли знает яды как свои пять пальцев. Вспомни, как умер мой отец. Он выступил против нее, и она его убила. А потом отравила моего дядю, и братьев, и кузена Элупа. И ты говоришь — забыть о ней?

Харума вздохнула:

— Ее положение не так сильно, как раньше. К тому же у тебя есть доказательства измены Занизару. Когда о стране идет гражданская война, Лопитоли не резон рваться к трону. Политическое преимущество на твоей стороне. Стекиры все, как один, последуют за тобой.

— Ах, где же Зеттила? Почему ее нет?

— Зеттила ведет свою собственную игру, — нахмурилась Харума. — Ты и сам это прекрасно знаешь. Ей можно доверять далеко не всегда.

— А я доверяю ей, — капризно ответил Бэнви. — Она мне дорога.

— Просто будь осторожен, мой господин, это все, что я хотела сказать. Харума знала, на что способна Зеттила, дочь Гинго-Ла. Действительно ли жрицы Гинго-Ла так уж пекутся об интересах Императора и Империи?

— Настоящая угроза — моя мать!

— Тебе, мой господин, надо сосредоточиться на врагах в Дзу. Они опаснее всех остальных.

— Пусть берут себе Запад. Они могут делать все что угодно, если я останусь правителем города и Востока.

— Но ты же король Эджмира.

— Ну и что? Там нет ничего, кроме песка и блох. Я могу подарить им Эджмир.

— Но, мой господин, почему ты думаешь, что они обязательно победят?

Генерал Гектор одержал победу под Селпелангумом.

— Хватит!

Генерал Гектор не мог победить. Император решил, что битва проиграна. Он бежал с поля боя, и вместе с ним — его наголову разбитая армия. И чтобы то же самое сражение оказалось выигранным аргонатскими легионами? Нет, это было просто невозможно!

— Мой господин, я всего только твоя глупая тетя Харума. Я хочу как лучше.

— Раньше ты вроде ничего не хотела. И мне так больше нравилось.

— Мой господин, почему ты даже не хочешь выслушать то, что генералу Гектору удалось узнать у пленных?

— Это, женщина, одна ложь. Неужели ты не понимаешь, что это ловушка? Что это попытка отнять у меня то немногое, что мне осталось! Аргонатцы полагают, будто могут захватить Восток, так же как сипхисты уже захватили Запад. Они думают, что могут оставить меня ни с чем! Но я вижу их насквозь! Им не удастся осуществить свои коварные замыслы.

Голос Бэнви сорвался на визг.

— Генерал Гектор идет на Дзу. Он рассчитывает быть там до того, как врагам удастся собрать новую армию.

— Его скормят Змею! Я видел это во сне! Харума обреченно закатила глаза.

Как может генерал Аргоната планировать захват Империи, если его вот-вот должен сожрать Змей? Ее племянник совершенно выжил из ума.

— Мой господин, поведай свои видения толковательнице снов. Почему ты не хочешь этого сделать?

— Она шпион.

— Миила — шпион? Чей шпион, мой господин? Я знаю ее всю жизнь и уверена, что ей можно доверять.