Чтение онлайн

Во дворце поднялся переполох. Испуганные рабы и рабыни метались из комнаты в комнату.

Лекаря не пришлось долго искать, - он уже давно находился во дворце, так как заранее получил распоряжение Гатибы удостоверить смерть Абубекра от отравления, после чего рабыню Хюснию должны были немедленно предать казни, обвинив в злоумышленном покушении на жизнь велиахда.

Буквально через несколько минут после происшествия Гатибе уже стало известно, что во дворце Абубекра произошло несчастье и требуется помощь хакима. Она была вне себя от радости, решив, что Талиа выполнила наконец ее поручение.

Прибежавший в комнату велиахда лекарь быстро оказал девушке помощь. Открыв глаза и увидев перед собой Абубекра, Талиа со слезами на глазах прошептала:

– Почему ты не сжалился надо мной? Почему ты помешал мне навеки успокоиться? Ведь я была бы наконец свободна! Ты отнял у меня возможность избавиться от гнета злого человека. .Зачем?!

– Не плачь, милая не огорчайся, сейчас мне все ясно, - ответил Абубекр, гладя рукой волосы Талии.
– Помнишь, я говорил тебе, что среда дает людям содержание? Человек должен порвать со средой, которая вынуждает его к предательству и преступлениям!

Слезы еще обильнее полились из глаз Талии.

– Я хотела это сделать... Я хотела раз и навсегда порвать с преступной средой, но ты помешал мне. Я избрала смерть для того, чтобы избавить себя от оскорблений и оскорбительной среды. Ведь в иной среде мне нет места. Куда я пойду? Где я буду жить? Кто мне теперь подаст руку помощи? Если родная сестра принуждала меня к преступлению, чего же я могу ждать от других? Клянусь тебе, я так не хотела быть преступницей!

Теперь Гатиба сведет со мной счеты. Она запугивала меня, грозя надругаться над моей честью. Чтобы не видеть и не слышать ее, я решила умереть...

– Искать у смерти убежище от среды - малодушие, - сказал Абубекр. Клянусь, любимая, я помогу тебе обрести счастье и покой! Я не смею принуждать тебя, но я всем сердцем хочу, чтобы ты переменила среду. Ты заживешь совсем иной жизнью! Я буду твоим верным другом, любящим и нежным, и буду преданно служить твоему юному, чистому сердцу!

У ворот дворца Абубекра Гатиба столкнулась с лекарем, который, видя, что девушке не угрожает смерть, оказал ей помощъ, после чего решил удалиться,

– Говори, хаким, говори поскорее!
– воскликнула Гатиба.
– Отвечай, что за беда случилась с моим сыном?!

Хаким пристально посмотрел на Гатибу и усмехнулся.

– Несчастье случилось с вашей сестрой, а не с сыном, - ответил он. Что касается элахазрета велиахда, он в добром здравии.

Хаким поклонился и зашагал сваей дорогой.

Гатиба остолбенела. Придя в себя через мгновение, она подумала: "Как же быть? Вернуться назад? Или войти во дворец? Да, я должна идти к ним!"

Задыхаясь от волнения и обливаясь слезами, она влетела в комнату Абубекра.

– Сынок, что за беда приключилась с тобой?
– воскликнула она.
– Что с моей бедной сестрой?

Увидев Талиу лежащей на тахте, Гатиба бросилась к ней, но девушка замахала рукой.

– Ступай прочь, баджи, сказала она.
– Я хотела умереть, чтобы не видеть тебя, и вот ты опять передо мной. Для меня это пытка - видеть тебя. Ступай и не казни меня своим присутствием!

Гатиба, мгновенно перменившись в лице, закричала:

– Молчи, предательница! Мало того, что ты хотела совершить преступление, ты в довершение к этому хочешь еще оклеветать свою сестру!

По щекам девушки опять потекли слезы.

– Умоляю тебя, Талиа, успокойся ради Аллаха!
– воскликнул Абубекр и, обращаясь к Гатибе, добавил: - Прощу вас, мелеке, оставьте в покое меня и несчастную больную!

Гатиба, понурив голову, вышла из комнаты.

ОПЯТЬ ВОЙНА

Итак, замысел Гатибы провалился.

Неудавшаяся попытка отравить Абубекра окончательно разоблачила ее в глазах азербайджанцев. Через два дня ночью тайком она бежала из Тебриза в Рей к своему сыну Гютлюг-Инанчу. В Хамадан Гатиба решила не возвращаться, так как за день до этого пришло известие о том, что войско Багдада объедившись с войском Бахрам-шаха, перешло границу государства атабеков. Хорезмшах Текиш тоже не дремал: в течение нескольких дней его армия захватила многие деревни и города салтаната.

Кончина Кызыл-Арслана придала врагам смелость и уверенность в успехе.

Султан Тогрул поспешно бежал из столицы. Иракское войско, захватив Хамадан, наступало на Тебриз. Халиф багдадский мечтал стереть с карты Востока салтанат атабеков.

Сын Гатибы Гютлюг-Инанч был на стороне врагов империи, Его многотысячная конница продвигалась к Казвину, где должна была соединиться с войсками союзников.

Гатиба ликовала. Потерпев поражение, действуя с помощью козней и интриг, она решила поговорить с азербайджанцами языком копий и мечей. Она мечтала с победой вступить в Тебриз, повесить велиахда Абубекра и посадить на престол Азербайджана своего сына.

Через несколько дней известие об угрозе нашествия иноземцев добралась до Гянджи.

У городской знати и авторитетных людей Арана не было и мысли идти на помощь правительству Тогрула. Они решили действовать по-иному: заручиться поддержкой Ширванского государства и, когда враги подойдут к границе Северного Азербайджана, дать им отпор.

Противников этого плана было немного. Тем не менее некоторые считали, что подобные действия приведут к окончательному расколу Азербайджана и выступали на помощь южным братьям.

В один из дней улицы, и площади Гянджи огласились криками глашатаев правителя города;

– Эй, жители Гянджи! Слушайте и знайте, элахазрет велиахд прислал фирман, который сегодня после вечернего намаза будет оглашен в мечети Сельджука! Все мужчины в возрасте от двадцати до сорока пяти лет обязаны прийти к мечети Сельджука! Х-е-е-е-й!

Кроме того, правитель Гянджи направил всем знатным, авторитетным и просвещенным людям города письма, приглашая их пожаловать в мечеть Сельджука.

В тот же день в полдень Фахреддин и Алаэддин пришли вместе с женами на званый обед к поэту Низами.

Поэт принял гостей в своем маленьком садике. Приглашенных было немного. Ни то из гостей не знал, по какому случаю Низами пригласил их.

– Я уверена, поэт собирается сообщить нам нечто важное, -шепнула Дильшад на ухо Сюсан.

В саду на большом ковре была разостлана скатерть, на которой стояли блюда с едой, фруктами и кувшины с душистым шербетом.

Когда гости сели вокруг скатерти, Низами сказал, обращаясь К Фахреддину:

– Люди обычно мало думают о будущем, но часто возвращаются мыслями к прошлому. И в этом нет ничего удивительного и загадочного. Прекрасная невозвратная пора детства и