Чтение онлайн

— Ты назвала меня енотом.

— Ага. Самым милым енотом в мире, — Сецуко ущипнула Хиори за щеку, хотя там было почти не за что щипать. — Очевидно.

— О, Сецуко, — вздохнула Мисаки.

— Ты ела? — спросила Сецуко у Хиори, коснувшись впадины ее щеки.

— Я… не была голодна, — Хиори сжала кулаками рукава своего кимоно, чтобы скрыть дрожь ладоней.

— Хиори-чан, тебе нужно есть, — сказала Мисаки.

— Ты пообедаешь с нами сегодня, — заявила Сецуко.

— Все хорошо, Сецуко-сан. Я не…

— Мы настаиваем, — сказал Мисаки, и Такеру поднялся на платформу и кашлянул.

— Люди Такаюби, — его голос был монотонным, звучал четко и сильно. — Доброе утро. Я созвал вас сюда, потому что я придумал план нашего выживания, — он не взял с собой страницы. Ему не нужно было. Он хранил цифры в голове, как компьютер. — Прошу, послушайте внимательно, ведь нам нужно придерживаться плана, если мы хотим выжить в ближайшие месяцы. Благодаря стараниям моей жены и жены моего брата, я получил список всей еды, какая сейчас есть в деревне. А еще наши соседи согласилась вносить щедрое количество риса, свежей рыбы и прочего каждый месяц, пока мы будем в этом нуждаться. По моим подсчетам, этот припас поддержит деревню и ограниченное количество волонтёров в следующие одиннадцать месяцев, до Соколокало 5370. Распределение еды и ее приготовление будут под присмотром моей жены, Мисаки, и тех, кого она назначит себе в помощники. Все просьбы о дополнительной еде передавать ей.

Мисаки нервно смотрела на толпу, но никто не спорил. Они доверяли ей. От осознания тепло появилось в ее груди, а Такеру продолжил:

— Я хочу, чтобы все поняли, что с этого дня я считаю, что внос еды и труда извне — долг, а не вклад.

— Что? — сказали несколько голосов.

— Что это означает, Мацуда-доно?

— Это означает, — спокойно сказал Такеру, — что мы будем платить тем хорошим людям за их услуги в будущем. Я понимаю, что вы сейчас заняты, восстанавливая дома, но так не будет всегда. Я ожидаю, что каждая семья найдет надежный источник дохода в следующие одиннадцать месяцев.

— Как? — осведомился кто-то.

— Мы все домохозяйки, — отметила одна из женщин Икено. — Как нам получить деньги для поддержки семьи, а потом еще и заплатить волонтёрам за все, что они сделали?

— Спасибо за вопрос, Икено-сан, — сказал Такеру. — Ваш вопрос приводит к следующей части моего плана. Я знаю, что у нас сейчас мало осталось, но один источник мы не заметили.

— Какой, Мацуда-доно? — спросил один из Гинкава.

— Сосновые леса, — сказал Такеру. — Большую часть древнего леса, окружавшего западную деревню, разгромил торнадо, остальная часть сильно пострадала. Разрушение чуда природы было трагедией, хотя никто не думал об этом толком посреди такого количества человеческих потерь. Когда жители деревни и волонтеры проверили павшие деревья в поисках тел, в лес никто не вернулся. Все вы знаете, что лес стоял с дней Юкино Хаясэ и Мацуды Такеру Первого, — сказал Такеру. — Его корни тянутся глубже, чем вы думаете, это важная часть этой горы. Павшие деревья нужно будет убрать, чтобы лес вырос снова, если мы не хотим оползней, и чтобы почва испортилась, чтобы наша гора стала опасно меняться экологически. Потребуется проделать огромную работу, но это шанс получить необходимые деньги для Такаюби в короткий срок. Котецу Каташи оценил, что мы можем собрать несколько тысяч гули с павших и повреждённых деревьев, если мы правильно обработаем дерево. Губернатор Ло дал нам лицензию продать дерево строительным компаниям в столице провинции весной. Часть припасов будет отложена для нашей стройки. Я хочу, чтобы дом каждой семьи был отстроен, но первым проектом будет простое школьное здание, чтобы заменить публичную начальную, среднюю и старшую школу Такаюби, уничтоженную бурей. Нуму Котецу нарисовал планы, строительство начнется немедленно.

— Что? — сказал кто-то в смятении.

— Зачем нам строить школу? У нас едва хватает домов для всех нас.

— Мы не можем позволить детям лишиться образования, — сказал Такеру. — И публичные школы в западной деревне были важным источником дохода для многих семей. Правительство не дает нам прямую помощь, но оно должно платить зарплату работникам публичной школы. Любой житель, который может читать и учить по стандартной программе Империи, может служить как учителя и администрация, включая женщин.

Идея была хорошей. Многие жители Такаюби были достаточно обучены, чтобы читать на кайгенгуа.

— Для тех, кто не может читать, школа предоставит места уборщиков и помощников, и ту зарплату тоже будет платить правительство. Если все будет идти по плану Нуму Котецу, школа будет построена и открыта через два месяца — раньше, если коро помогут нашим нуму. Губернатор провинции Ло согласился оставить активной лицензию публичной школы Такаюби, если у нас будут открыты классы за это время. Когда здание школы будет завершено, мы начнем строить новый офис, который даст еще не меньше четырех вакансий.

Глядя на Такеру, Мисаки поняла, что она держала Изумо крепко и нервно кусала губу. Одна школа и офис управления не могли дать работу всей деревне, и многие женщины Такаюби остались одни, не могли работать весь день. Но Такеру не закончил.

— Я хочу обратиться теперь к волонтерам, которые помогали нам эти недели. Мы щедро отплатим вам в будущем, а еще я хотел бы пригласить вас всех остаться.

Шепот смятения пробежал по толпе.

— Я не могу сразу заплатить монетами, но я открываю додзе Мацуда для обучения.

Это послало рябь восторженного шепота и восклицаний.

— Если мужчины хотят переехать в Такаюби, поддержать овдовевших родственниц — или поселить тут свои семьи — я обучу их.

Пару месяцев назад предложение не было бы таким заманчивым. Меч казался непрактичным, просто церемонией в мирное время. Но Ранга могла в любой день постучать в их дверь, и армия Империи не защитила бы их, так что обучение у величайшего бойца Меча Кайгена, вдруг стало заманчивым.

— Нуму Котецу Каташи ищет напарников и учеников, если мастера хотят присоединиться к нам, — еще одно заманчивое предложение. — Две рыбацкие семьи переехали к подножию горы, чтобы рыбачить тут, но все мы знаем, что берег Такаюби раньше поддерживал больше двадцати семей рыбаков, ньяма их душам, — Такеру склонил голову к Сецуко. — Я говорил с женой моего брата, которая одна выжила в одной из тех семей, и с Чиба из соседнего района. Они согласились, что берег должен быть открыт для всех рыбаков, желающих поселиться там. Любы рыбаки, которые переедут к горе, получат нашу помощь со строительством дома и всем, что нужно для начала.

— При всем уважении, Мацуда-доно, а как же помощь армии Империи?

— Ну… это не важно, — сказал Такеру. — Как я объяснил, нам она не понадобится.

Вся деревня наполнилась илами после речи Такеру и рьяно приступила к работе, собирая бревна со склонов и строя новую школу.

Исключением была Хиори. Пока другие боролись с горем, Хиори не смогла миновать ужасы атаки. В ее глазах была пустота, и Мисаки было не по себе, словно ее подруга умерла в ночь ветра и пуль.

Одной ночью Мисаки проснулась от звука босых ножек, топающих по татами.

— Каа-чан? — сказал голос, она села и увидела Нагасу на пороге.

— Нага-кун? Что такое?

— Снаружи призрак.

— Что? — шепнула Мисаки, протирая глаза. Нагаса стал за месяц лучше выражать словами мысли, но они не всегда имели смысл. Хотя он давно не просыпался от кошмаров.

— Снаружи призрак, — повторил Нагаса, глаза были огромными во тьме. — Я его слышу.

Такеру крепко спал рядом с Мисаки. Он так уставал, что проснулся бы, только если бы гора стала разваливаться под ними. Стараясь не беспокоить его, Мисаки выбралась из-под одеяла и прошла к Нагасе.

— Идем, Нага-кун. Вернем тебя в…

Она замерла и уловила звук, разбудивший ее сына.

— Призрак, — серьезно настаивал Нагаса.

Жалобный вой искажал ветер, но любая мать могла понять…

— Это не призрак, Нага-кун, — сказала Мисаки. — Это ребенок.

— Ребенок?

— Да, — звук доносился из дома Хиори. — Нага-кун, останься тут. Иди в постель. Каа-чан скоро вернется.

Мисаки поспешил к гэнкану, надела таби и закрепила их быстрыми пальцами, схватила по путти плащ. Когда она вышла за двери, Сецуко уже стояла снаружи.